Кайнозой (СИ) - Медведев Дмитрий Сергеевич - Страница 21

Грент вздохнул еще раз, извлек из-под стола бутыль и наполнил свой бокал вином. На звук и запах подтянулся Сеня. Поднял голову и робкой дурацкой улыбкой подтолкнул вперед свой бокал. Видя, как Грент наливает Арсентию новую порцию, Кирилл пододвинул другу еще и свою, сказав:

- Не стесняйся, угощайся. Я тебе потом все расскажу.

- Ох, спасибо, ты вдохнул в меня надежду, - в словах Сени слышалась искренняя благодарность. - Я уже начинаю вас понимать. Еще столько же выпью - сам заговорю.

Дождавшись окончания фразы Арсентия, Грент поспешил вклиниться и увести беседу в нужное ему русло.

- Ну, так вот. Мы здесь неплохо живем, в общем-то. Да, ветер и холод могут доконать кого угодно, но нас много, дороги наезжены, все вокруг разведано и разузнано. Все предсказуемо, понимаешь? Мы не воюем, не делим ничего, потому как за этим строго следят старейшины. Такие, как твой Каресан. Сами того не ведая, они стали нашими надзирателями, тюремщиками, а мы сами - заключенными. Просто понимают это люди, кому тесно. Мечтатели. А большинству привольно и благостно. Им нравится знать, что завтра мир не рухнет. И послезавтра тоже. Растить детей, смотреть вперед, уверенно загадывать...

Сотни раз я взбирался на мыс Кейли, сотни раз смотрел на другой берег и ждал, когда что-нибудь появится. Иногда там и вправду мерцают огни, иногда оттуда на самом деле долетают какие-то непонятные звуки, одновременно и притягательные, и леденящие кровь. Но стоит кому-то из нас собраться и силами и пересечь пролив, как остальные вычеркивают его из своей жизни.

- Каресан говорил, что никто не ходит туда уже давно, - Кирилл нахмурился. Он-то был уверен, что старик знает абсолютно все. - А те, кто когда-то покинул Двенадцатый материк, уже не вернулись.

- Он не знает всего, - Грент горько усмехнулся. - Не знает. Никто не знает всего. Кроме того, седого, я сам видывал еще одного скитальца. Он оставил самый большой и богатый город, Мано-Праакс, сел в небольшой корабль, поднял паруса и взял курс на юго-восток. Он плыл две недели, прежде чем достиг побережья. И ушел туда. А потом вернулся. Он лечился здесь, у меня - подхватил там какую-то дурную хворь, от которой кожа покрывается ужасными зелеными волдырями.

Но я выходил его, и это отняло у меня без малого три месяца. Он завалил меня деньгами и благодарностью, но при этом почти ничего не сказал. Отвечал лишь, что увиденное и испытанное там не стоит и пытаться пересказать, что это, представьте себе, оскорбительно, - Грент чванливо поджал губы, всем своим видом показывая, как обидел его тот товарищ. - Советовал глянуть самому, но, если уж я отважусь, то стоит со всем распрощаться. Потому что, когда возвращаешься, все кажется уже другим. Даже не кажется, а становится.

Так вот, Кирилл. Интересное имя у тебя, кстати. Я бы и сам туда рванул, правда. Но я не могу бросить Куго. Мальчик потерял мать. Я не смог спасти ее, хоть врачую с младых ногтей. Представляешь, лекарь не смог спасти жену от воспаления легких? Стыд и срам. Но так бывает. Просмотрели, проглядели, а потом стало поздно. Эмант имела очень хрупкое здоровье... А я старею. Нам с Куго итак недолго осталось, если начистоту. Надеюсь, я доживу до того момента, когда он станет настоящим мужчиной и сможет продолжать мое дело. Надеюсь, Рыйза снизойдет и дарует мне еще немного времени...

Грент отхлебнул вина - так, что осталось только полбокала. Он понял, что увлекся и отклонился от темы, и заговорил деловым тоном.

Итак, еще раз. Мое предложение заключается в следующем. Я, почитай, поставил вашего друга на ноги. Спина у него будет еще болеть, и шея, и даже голова. Но он сможет нормально двигаться, бегать, прятаться, драться. Он будет в порядке. Я и тебя могу подлечить, Кирилл. Негоже с синяком-то шататься...

Я в порядке, - покачал головой Кирилл и коснулся места, куда врезался ботинок кого-то из удальцов Элвина. - Само пройдет.

Ну, как знаешь, - пожал плечами Грент. - Больше того, я дам вам отлично выученного тарбана взамен убитого. Не обижу и провиантом - этого добра у нас хватает. Шкуры, конечно же. Не знаю, почему Каресан не дал их вам. Может, на той стороне нет ветров? Что ж, возможно, но у нас-то они есть. Лишней защита от холода еще никогда не была.

Наконец, я безопасно переправлю вас на другой берег. С вами отправится мой человек. Он дойдет до конца, после чего возвратится сюда. Этот парень многим мне обязан, без меня он был бы бездетным. И это же станет главной причиной, по которой он непременно вернется - две дочери-погодки. Восемь лет назад я здорово помог ему и с тех пор наши с ним пути ни разу не пересеклись. Но я знаю, где он живет и чем занимается.

Ты уже успел ответить согласием, Кирилл, но я все же еще раз спрошу. После всех описанных мною подробностей предстоящего дела, каков твой ответ?

- Я согласен, - твердо произнес Кирилл. И вправду, что он теряет? Ничего. Дадут в дорогу больше еды, да еще и лишнего попутчика. Он может пригодится, если они встрянут в очередной переплет. А они ведь встрянут, в этом можно не сомневаться. - Только один вопрос. Можно ли будет переправить на тот берег и тарбанов тоже?

- Конечно, - не мешкая, ответил Грент.

- Тогда вопросов все же два. В Хаве нас просили оставить тарбанов на этом берегу, когда мы начнем переправу.

- Это я улажу, - пообещал Грент все так же уверенно. - Я завтра же выеду в Хаву и обсужу этот вопрос с Каресаном лично.

- Что ж, - Кирилл счастливо и устало улыбнулся. - Тогда по рукам, Грент.

Они пожали руки. Хозяин дома, наконец, поднялся из-за стола. Он осунулся, глаза окружила тень усталости - Грент даже немного пошатывался, и вовсе не от вина. Лекарское дело отнимало сил не меньше, чем битва от рассвета до заката.

- Ступайте на второй этаж, в третью комнату. Утром я сам разбужу вас. А товарищ ваш пусть пока остается в моем доме, ему нельзя менять положение тела до утра, иначе мои усилия пойдут насмарку.

- Хорошо, я вас понял, - кивнул Кирилл. Он уже развернулся, когда Грент вдруг сказал.

- Кирилл! Твое лицо мне будто бы знакомо. Ты точно не из местных? Не дурачишь меня?

Кирилл удивленно вскинул брови, посмотрел лекарю в глаза.

И зачем мне это, по вашему? Нет, я никогда прежде не бывал здесь.

Грент задержал взор на лице Кирилла, потом дернул головой, отгоняя наваждение, и махнул рукой.

Показалось. День выдался сложным, да еще, как видишь, дал слабинку - выпил немного. Не стоило, наверное... Что ж, доброй ночи.

И вам.

Раскланявшись с Грентом, Кирилл сгреб сонного Сеню в охапку, и они потащились вверх по широкой каменной лестнице. Арсентий изрядно сомлел от выпитого и в прямом смысле клевал носом - отпусти его Кирилл, и любитель вина расквасил бы себе лицо об острые ступени.

В ходе интересного разговора Кирилл и сам не заметил, как веселые гуляки умолкли окончательно и, судя по тому, что коридор на втором этаже был чист и пуст, разбрелись по комнатам. Из-за некоторых дверей доносился богатырский храп, а возле одной из комнат Кирилл явственно расслышал чувственные женские стоны. Вздыхая с белой завистью, Кирилл поволок Арсентия дальше.

Они добрались до комнаты. Кирилл захлопнул дверь, а Сеня, не раздеваясь и не разуваясь, рухнул на тоненько скрипнувшую кровать. У Кирилла мелькнула сердобольная мыслишка укрыть приятеля одеялом, но в конечном итоге он решил, что в комнате не холодно. Да и не стоило Сене столько пить. Может, это вино какое-нибудь чудное, сорокаградусное, а он аж три бокала пропустил.

Изготовившись ко сну, Кирилл на секунду задержался у окна, выходящего аккурат на ворота и тракт. Как выяснилось, не напрасно. Своего зрелища он не упустил.

Большая темная тень пса по имени Кан мягко, но невероятно быстро пересекла территорию сада и на всем ходу ударила в другую, бело-серую фигуру. Смела ее, придавила к земле и вонзила могучие челюсти в плоть.

Жертва трепыхалась недолго, считанные мгновения. Кирилл ожидал, что Кан теперь отойдет и вернется на дежурство, но зверюга начал жадно пожирать добычу. Вроде бы и ничего необычного и тем более странного, но Кирилл все же поспешил отойти от окна. Почему-то такая сцена вызывала у него отторжение и даже легкую тошноту. Кан этот все-же дикая зверюга, как ни крути. Такая и с молодым келенкеном может потягаться.