Учиться бывает опасно (СИ) - Ренард Мария - Страница 47

Когда-то отец мне говорил, что настоящей дружбы не бывает. Это все выдумки мечтательных людей. Тот, кто притворяется другом, и предаст, и обманет, и воспользуется тобой под каким-либо, довольно уважительным на первый взгляд, предлогом. Но, если разобрать все его намерения со стороны, то будет ясно, что тобой манипулировали.

«Разве бывало так, чтобы так называемый друг делил с тобой горе и радовался твоему счастью вместе с тобой? Нет! Либо завидуют, либо злорадствуют, либо просто бросают», — говорил мой отец. Было время, когда я была с ним согласна и никого близко к себе не подпускала, боясь обжечься.

Но вот в моей жизни появился маленький Котенок, который оказался один в чужом мире. И мне так захотелось помочь ему, уберечь от всех бед и просто приласкать. Илато отмахивается, говоря, что просто материнский инстинкт проснулся. Я не спорю, но мне кажется, что было еще что-то важное.

А сейчас что?

Илато — самый настоящий друг. Преданный, заботливый и любящий. Он полностью опроверг слова моего отца, хоть тот этого никогда и не признает, как ему не объясняй. Пока он САМ этого не почувствует, все слова бессмысленны. Но отец никогда никого не подпустит к себе близко. О чем вы? Если он так с собственной дочерью...

Зная, как Илато не любит нежности, я все же не удержалась и обняла его. Крепко-крепко.

«Заду-ушишь», — прохрипел Кот. Опомнившись, расслабила объятья.

«Прости, родной. — Позволив Коту слезть с моих колен, пересела в позу полу-лотоса. — Пойми, я очень ценю твою помощь. Без тебя мне бы тут не быть. Точно все еще сидела бы дома в четырех стенах, мечтая о занятиях магией, но никогда бы не позволила себе этого, зная, как к этому относится отец. Но, знаешь…. Ты не можешь решать все проблемы за меня. Ты и так для столько всего для меня сделал, что мне одной жизни не хватит, чтобы отблагодарить тебя!»

«Я же не за что-то помогаю. — Илато пересел поближе ко мне и начал ласково бодаться. — Ты мне жизнь спасла. Ты заменила мне мать и стала для меня новой семьей. Так о чем ты тогда?»

«Тогда это не меня нужно благодарить, а отца, который ни с того ни с сего решил взять меня в такое место, как черный рынок». — Засмеявшись, взяла Кота на руки и направилась прямиком в здание. Ух, какой тяжелый! Из-за него-то у меня, наверно, руки сильные. Но для того, чтобы отжиматься больше двух-трех раз (которые я еле-еле могу сделать), этого маловато.

«А я его и благодарю. Каждый дин. Ведь если бы не он, меня бы уже не было. Мне досадно, что он не хочет даже знать меня, но мне достаточно того, что он разрешил остаться с тобой».

«Очередная задушевная беседа. Давай почаще болтать именно во время занятий».

«Ну, уж нет, дорогая. — Илато спрыгнул с моих рук и на глазах сменил окрас с зеленого на серый, сливаясь с окружающей обстановкой. — Больше не прокатит. Будем совмещать с тобой физические и умственные упражнения».

«Как? Буду приседать перед учебником, стараясь понять, что в нем написано?»

«А я тебе на что? Читать я, если ты не забыла, умею».

«Благодаря чьим стараниям-то?» — С улыбкой посмотрев на невозмутимого Кота, достала ключ и открыла двери, пропуская его вперед. Илато тут же забрался на свое любимое место — подоконник, на который я положила подушку, чтобы ему было удобнее — свесил хвост и продолжил сверлить меня взглядом.

«Ладно-ладно, — спустя миг воскликнул Кот, взмахнув лапой, и повернулся ко мне спиной. — Ты выиграла на этот раз».

«Думала: не доживу до этого момента! — Достав из-под стола сумку, оглянулась в поисках расписания, которого не нашла на привычном месте. — Ты не видел мое расписание?»

«Держи». — Илато встал, достал из-под подушки мятый листок бумаги и передал мне.

«Эм…. Как он там оказался?»

«Я перепутал. Извини». — Всплеснув руками от досады (а что мне еще оставалось делать?), попыталась разгладить лист и разглядеть на нем хоть что-нибудь, но мои усилия оказались тщетны. Бумагу словно жевали, от чего чернила размазались и превратились в одну сплошную кляксу! Шасс. Я же не помню его наизусть!

«Илато, знай: ты самое странное существо на всем белом свете. То ведешь задушевные беседы, при этом не противясь нежностям, то вредничаешь и не подпускаешь к себе, чтобы просто погладить! Я уже не знаю, чего от тебя ожидать. Ты хоть предупреждай, какой ты сегодня: вредная недотрога или, наоборот, готовый к откровениям Кот? — Вздохнув, посмотрела на Илато, который в это время лежал неподвижно, прикрыв глаза; лишь хвост лениво покачивал влево-вправо. — И что мне теперь делать?»

«Я же сказал, что не специально. — Илато лениво потянулся, выпустив когти из мягких подушечек, спрыгнул с подоконника, достал лист бумаги и на вытянутой лапе протянул мне. — Держи. Сейчас напишешь сегодняшнее расписание. Пока тебя не будет, я напишу на всю ниду».

«Ты помнишь его наизусть? — Взяв листок, достала перо и чернильницу и приготовилась писать. — Хотя… кого это я спрашиваю?»

«Вот именно. Итак, на пятый дин у нас запланировано… Ты приготовилась писать или как?»

«Я готова. Говори уже». — Черкнув палочку, которая являлась единицей, приготовилась писать дальше.

«Перейди уже на нормальную речь, а то мысленно ты больно кричишь. — Выразительно прочистив ухо (хотя оно тут роли не играет), Кот продолжил своим обычным тоном. — Первое — «Руны», далее — контроль, потом вы завтракаете. После завтрака — «Алхимия», бой медитации, твоя любимая физкультура. После обеда — «Математика» и внеклассные занятия. Все записала?»

— Да. Кстати, ты тоже можешь перейти на человеческую речь.

«Могу. Но не хочу».

— Ой, да ну тебя. Твое настроение за бой может поменяться несколько раз. А еще девушек упрекают в этом. — Покачав головой, принялась собирать сумку. — Раз сегодня физкультура, то я занесу тебе еды с завтрака, когда за формой поднимусь. Если на внеклассных ничего не предвидится, то и обед принесу. Хорошо?

«Не-а. После внеклассных (или во время их) занятий ты ищешь Риэля. Хватит искать отговорки!»

— Ничего я не ищу. О тебе же беспокоюсь! Мне совсем не хочется, чтобы ты тут голодал.

«Все со мной будет в порядке. Кстати, когда ты к ректору?»

— Буду ходить в третий дин каждые две ниды. То есть на следующей мне идти не надо, а вот после — обязательно. Только не знаю, когда именно. Может, он сам меня вызовет?

«Каждые две ниды в один и тот же дин. Это будет выглядеть странно со стороны». — Илато покачал головой.

— Ты про сплетни? Вокруг меня их уже столько.… Про ректора отец в курсе, поэтому внимания не обратит. Если повезет, то и на другие тоже. Он же должен понимать, в какой я ситуации!

«Опять все разговоры свелись к отцу. Иди уже, иначе точно опоздаешь. Звонок через десять мигов».

— Что? Уже? Ох, Темная, какая же я… Илато, не мог раньше сказать?

«Привыкай сама. Все. Дверь я сам закрою. До скорой встречи!»

Кивнув, схватила сумку и быстрым шагом направилась в Общий зал. Бегать как-то не прилично, ведь вокруг ходят люди. Это тогда была тишина, а сейчас — увы.

В Общем зале я столкнулась с де Ванном, который не спеша шел на занятие. Видимо, давал шанс всем опаздывающим успеть вовремя. Проходя мимо, поймала на себе его веселый взгляд и, притормозив, вежливо поздоровалась:

— Доброе утро, де Ванн.

— Здравствуй… ли Браун? А можно называть Вас просто Сандра?

— Разумеется. — Кивнула я, с тщательно скрываемым любопытством смотря на преподавателя.

— Вот и замечательно. Знаешь, имя у тебя очень интересное и немного необычное. — Де Ванн весело улыбнулся, показав свои белые ровные зубы, и начал подъем по лестнице. Как же жаль, что у них нет перил! — А что это мы опаздываем, Сандра?

— Не нашла расписания на месте. Наверно, ветер унес. Пока нашла, пока собрала сумку… Время и пролетело.

— А что же ты вечером не собралась?

— Я привыкла делать это по утрам. — Мимо нас пробежал адепт, даже не остановившись, чтобы извиниться за то, что толкнул. Наморщившись, потерла плечо.