Попадалово, или Любовь по-драконьи (СИ) - Ягушинская Вероника - Страница 9

— Медина, Элина, Милана, — приказала хранительница, — принесите госпоже подготовленные для нее платья.

— Да, Мудрая, — поклонились три миниатюрных девушки с темно-каштановыми волосами до пояса и поспешили на выход.

— Гияра, приведи госпожу в порядок. Макияж, прическа. Хотя прическа, смотрю, уже есть, — недобро усмехнулась старуха.

— А мну? — влезла Аленка.

— А про тебя распоряжений не было, значит, тут останешься.

— Но мну вызбранный, мну не мочь остаться сторона! — заголосила рыжая, а глаза прямо так и засияли праведным гневом.

Итэль бросила на меня еще один снисходительный взгляд. Как же она меня достала! Но надо держать себя в руках. Сейчас я здесь в качестве официального представителя Университета (надеюсь), поэтому и вести себя следует в соответствии со статусом.

— Алена, угомонись, пожалуйста, — попросила я.

— Марина! Ты взять мое себе!

— Алена, я и так тебя себе взяла, — сдуру! Лучше бы в библиотеке пыль с реликтов протирала. — Пойми, это официальный ужин, на нем присутствуют только приглашенные, а приглашал Мессир только меня.

— Но это не мужчина! Оно должен приглашать и мне.

— Алена, — ласково, как маленькой, — он Патрон целого континента. Он волен делать то, что хочет, тем более у себя дома.

— Но ужин скромное! — продолжала требовать Аленка.

— Да. Персон на десять. Со своим протоколом. Вот ты знаешь полную сервировку стола?

— Мну уметь жрат в общество.

— И именно поэтому я тебя не беру, — отрезала я и позволила, наконец-то, узкоглазой красавице Гияре, приступить к макияжу.

— Но…

— Разговор окончен!

Вскоре явились три оставшихся девицы, неся ворох тряпок. Из всего этого аляповатого великолепия, явно изъятого на скорую руку из гардеробов наложниц, я с горем пополам нарыла темно-синее шелковое платье в пол со струящейся юбкой. Его бы даже можно было назвать строгим — длинный рукав, широкая юбка, закрытая спина, — если бы не декольте.

— Госпожа, возьмите вот это, — ко мне подошла одна из рыженьких, протягивая палантин в тон к платью.

— Спаси… бо.

А вот это было больно! На шее сероглазой брюнетки красовалось широкое плетеное ожерелье из кошачьего глаза. Мое ожерелье.

Сволочь ты, Свэн!

Кивком головы отпустив девушку, я накинула палантин, выпрямила спину, натянула на лицо вежливо-отстраненное выражение и последовала за довольно скалящейся Итэль. Все-то эта грымза подметила, и моя непроизвольная реакция явно доставила ей удовольствие. Мы с этой драконицей никогда не ладили.

Аленка осталась обиженно сопеть в общей гостиной. Я надеялась, Итэль догадается запереть ее на этаже, но, как оказалось, я сильно недооценила степень нелюбви ко мне старухи.

ГЛАВА 4

На ужин я почти опоздала. Моветон. Все приглашенные уже толпились группками в маленькой гостиной. По счастью, драконов было немного, как я и ожидала, всего семь особей: шестеро мужчин и женщина. Среди них присутствовал брат Свэна и по совместительству министр обороны Шандал — высокий широкоплечий брюнет с характерным золотом на кончиках волос. Красивый, но, к сожалению, лишенный обаяния младшенького, Шан всегда был солдафоном, им и остался. Вот и сейчас он, недовольно поджав тонкие губы, что-то выговаривал Лирелле — миловидной юной миниатюрной блондинке с небесно-голубыми глазками — троюродной кузине Мессира, которая, видать, приехала погостить (считай, на случку (Драконы всегда жили в непростых условиях, и выживание стаи зависело от самцов, так как самки неспособны долго извергать пламя. Для того, чтобы обогреть детеныша, пещеру или подогреть пищу их возможностей хватало, а вот для защиты или охоты, увы. Именно поэтому в драконьем обществе и сложился патриархальный строй. После обращения в людей мало что изменилось, разве что в гаремах драконов появились девушки иных рас. По достижении девочками детородного возраста, родители везут их на так называемую случку к потенциальным женихам. По сути это просто знакомство. Если девушка нравится дракону, тот забирает ее себе в гарем. Количество мест в гареме ограничивается лишь благосостоянием дракона. По своей природе ящеры очень капризны, свободолюбивы и привередливы, поэтому довольно часто так случается, что «жена» надоела. В таких случаях ее возвращают родителям обратно. А вот дети уже являются собственностью отца.

Для многих такой строй может показаться диким, но у драконов он складывался веками, и их женщины с самого рождения учатся покорности, смирению и прекрасно знают, какая их ждет судьба. Единственное, о чем они действительно мечтают — это, чтобы господин, он же муж, позволил растить детей и не возвращал надоевшую драконицу отцу, который мог отдать дочь повторно. Но из любого правила всегда есть исключения, и даже среди драконов встречаются однолюбы, всю жизнь живущие с одной женщиной не только потому, что денег на большее не хватает, а по любви, но это большая редкость.

Кстати, такая радикальная ситуация присутствует только на Третьем континенте. На двух других драконы в виду их небольшого количества в сравнении с другими расами уже «окультурились» и дали своим женщинам больше свободы: как минимум право отказать не понравившемуся кандидату в мужья) к кому-то в Истарионе) вместе с отцом и братом. Вышеозначенные светловолосые мужчины стояли у окна и делали вид, будто они не замечают просительных взглядов сестры и дочери. Меня досточтимое семейство поприветствовало кивками, Шан даже головы не повернул. Как я уже говорила, солдафон.

В небольшом отдалении от парочки Шан — Лира (а не к нему ли случаем ее привезли, бедняжку) расположились три пожилых министра (внутренних дел, внешней политики и экономики). Дедки облюбовали фуршетный столик и теперь неторопливо попивали рубиновое вино, явно с кровью, судя по слегка осоловевшим блестящим глазкам драконов (Алкоголь на драконов не действует, но в человеческой ипостаси подобный пьянящий эффект на них оказывает свежая кровь, поэтому ящеры довольно часто добавляют ее в виноградное вино, которое просто нравится им по вкусу.). Мирная и мерная беседа настолько увлекла их, что министры не обращали внимания ни на что вокруг, а тем более на меня. Этакое откровенное хамство с их стороны могло объясняться только тем, что эти ящеры принадлежали к старшему поколению и служили еще отцу Свэна, поэтому и считали себя незаменимыми. Возможно, конечно, не безосновательно, но, зная Свэна, очень опрометчиво.

Я неспешно проследовала к еще одному окну и уставилась невидящим взглядом вдаль. Солнце уже скрылось за ближайшим склоном и теперь красным ореолом подсвечивало темную гору. Вид умопомрачительный. Раньше я могла часами просто смотреть в окно, любуясь природой, а сейчас… я не люблю горы!

Вскоре в гостиную вошел Мессир, ведя под руку высокую стройную черноглазую брюнетку. Как и полагается, пришлось изобразить очередной глубокий реверанс. Не обращая внимания на склоненных подданных, Свэн неспешно провел свою спутницу через распахнутые лакеем двери в столовую. За ним нестройной толпой устремились оголодавшие драконы, а я, слегка покачнувшись от нового приступа боли, неуклюже выпрямилась и нехотя поплелась следом.

В дверях, как обычно, образовалась давка, кто-то лез вперед, кто-то пропускал, ведь проходить вслед за Мессиром следовало строго по уменьшению ранга, а как определить, кто важнее: троюродный дядька Свэна или министр внешней политики, если титул у них одинаковый? Я всегда предпочитала в этом не участвовать. Как выяснилось, зря. Мне оставили место напротив Патрона, где обычно сидят хозяйка или почетный гость, следовательно, я должна была входить следом за ним. Но кто ж знал-то, Свэн ведь не предупредил, и теперь все присутствующие, кроме хозяина, с недоуменным недовольством уставились на меня. Упс! Накладочка вышла.

Слегка улыбнувшись, я пожала плечами и двинулась к оставленному месту. Радовало в таком положении только то, что вряд ли Свэн будет орать через весь стол, а, следовательно, на активную беседу можно не рассчитывать.