Под сенью пророчества (СИ) - Лешева Мила - Страница 223

На стуле, за который он схватился, лежала одежда. Возблагодарив Богов, он как можно быстрее натянул короткие подштанники, сразу почувствовав себя лучше: сон это или явь, но голым он чувствовал себя чересчур уязвимым. Потянулся к висящему на спинке халату, замер, услышав шаги за дверью, и настороженно уставился на нее, жалея, что под рукой нет ничего, что могло бы сойти за оружие.

Лиасса поцеловала детей, в последние дни те капризничали, словно чувствуя ее напряжение. Дав указания няне, она вышла из детской и направилась в спальню Корриса. "Может, он уже проснулся? - задумалась она, - и как мне тогда начать разговор? Как объяснить ему все произошедшее?"

Подойдя к двери, она услышала за ней какое-то движение. На миг замерев, вознесла жаркую молитву небесам, потянулась к ручке двери и вдруг отдернула руку. С некоторым трудом стянула с пальца родовой перстень дер Сартонов, сняла венчальный браслет, спрятав украшения в скрытый в складках юбки карман, собралась с духом и толкнула дверь.

Первым, что она увидела, был Коррис, он стоял, весь напружинившись, словно готовясь защищаться от врагов. Их взгляды встретились, он застыл, жадно разглядывая её, и лицо его исказилось в горестной гримасе.

Лиассе показалось, что её ударили под дых. Он совсем не рад её видеть? Слезы затуманили глаза, она сделала шаг назад, но его хриплый шепот остановил бегство:

- Значит, все-таки сон, или я умер... Боги, какая же ты красивая...

Всхлипнув, она бросилась к нему, приникла всем телом к тому, кого так долго искала и ждала, и прошептала:

- Ты вернулся! Я так ждала, так надеялась...

Коррис застыл, ощущая ее прикосновение, а потом спросил, покачнувшись:

- Это не сон? Не предсмертный бред? Ты настоящая?

- Да, настоящая, живая, и ты жив - твои люди вытащили тебя из шахт.

- Родная моя...

Он прижал ее к себе, точно пытаясь напитаться ее силой, ее любовью, словно не было боли, тоски и разлуки... Пьяный от счастья, Коррис целовал губы, мокрые от слез щеки, глаза, волосы любимой, с восторгом чувствуя, как она отвечает на каждое его движение. Чуть отстранившись - это было почти физически больно - он повторил, глядя в огромные сияющие глаза:

- Прости, что я тогда уехал, я был таким дураком!

- Прощаю, - сквозь слезы улыбнулась она, - и ты прости меня, что ничего не сказала тогда. Клянусь, я хотела, но не смогла! И я отказалась стать твоей женой...

- Из-за бесплодия? - тихо спросил он, - жаль, что уезжая, я не знал об этом. Я не хотел делать тебе больно, но сделал...

- Мы оба тогда ошибались, милый, - шепнула Лия, нежно касаясь его щеки, - видно, так было нужно. Главное, что сейчас мы снова вместе! Я уже почти и не надеялась...

Коррис на миг прикрыл глаза, наслаждаясь ощущениями ее рук на своей коже, и Лиасса встрепенулась:

- Тебе плохо? Ложись, тебе надо отдыхать!

- Мне очень хорошо, - качнул он головой, - пожалуй, так хорошо мне было только один раз в жизни. Тогда, в Каррасе...

Лиасса вспыхнула, а затем сдвинула брови:

- И всё же тебе лучше лечь, это предписание целителя. Как и усиленное питание!

- Я не стану спорить с целителем, только ты не уходи, ладно? - с надеждой посмотрел на нее Коррис.

- Я лишь принесу еду, тебе обязательно нужно поесть!

Лиасса помогла ему вернуться в постель и, нежно поцеловав его в щеку, ускользнула раньше, чем он успел ее удержать. Через несколько минут она вернулась с подносом, и от одного вида и запаха еды у Корриса потекли слюнки. Потянувшись к чашке с куриным бульоном, он вдруг остановился:

- Лия, я долго голодал, мне можно...

- Да, - кивнула она, - я все вылечила.

У нее вдруг изменилось лицо, она едва слышно прошептала:

- Я думала, умру, когда увидела тебя таким. Бедный мой...

- Радость моя, все это уже позади, - он переплел ее пальцы со своими, - теперь мы вместе, а все враги повержены.

Сметя все до последней крошки, он снова лег, почувствовав усталость, а Лиасса опустилась рядом с ним на кровать. Он положил голову ей на колени и тихо признался:

- Мне до сих пор кажется, что все это лишь сон, и скоро я проснусь и снова буду чувствовать лишь боль и тоску.

- Когда я увидела тебя, - Лиасса на миг сжала зубы, гладя его по голове, - впервые в жизни мне захотелось стать безжалостной убийцей, чтобы вывернуть наизнанку того, кто сотворил это с тобой!

- Шш, милая, оставь убийства мне, хорошо? Ты мое светлое чудо, тьма - это моя ноша...

- Не говори так, я не хочу слышать ничего о тьме. Для меня ты - мой свет. Ох, Кор, как же я по тебе стосковалась...

Он притянул ее к себе, целуя, наслаждаясь тем, как доверчиво она прильнула к нему и купаясь в ее нежности. Поцелуй оборвался только когда они оба начали задыхаться, после чего Коррис чуть отстранился и спросил:

- Милая, я не вижу на тебе никаких артефактов. Значит ли это, что ты больше не связана с родом Эс'Шери?

- Только кровным родством и любовью: они стали мне подлинной семьей. Но я больше не Глава Эс'Шери, если ты об этом.

- Раз это так... Лия, родная, ты станешь моей женой?

Лиасса закусила губу. И как рассказать ему о том, что для всех вокруг они уже давно супруги? Растерянность ее не укрылась от Корриса, который вдруг почувствовал себя так, словно его ударили: неужели даже теперь она ему откажет? Он бессильно опустил руки, но Лия удержала его:

- Я буду твоей женой, но ты должен до этого узнать кое-что, надеюсь, это не изменит твое решение...

- Его ничто не изменит, - ответил он, с невероятным облегчением прижимая ее к себе, - давай ты мне все расскажешь! Что произошло с момента нашего расставания, как я очутился здесь, где мы находимся, все, чем ты захочешь со мной поделиться... Я мечтаю узнать о тебе все, и тебе расскажу все, о чем ты захочешь узнать...

Лия счастливо вздохнула и улыбнулась:

- Это будет очень долгий разговор! А где мы... Неужто не узнал?

- Это похоже на мой дом...

- Это и есть он. А то, что я хочу - должна - тебе рассказать... - она как-то беспомощно оглянулась по сторонам, - словом, я лучше покажу! Как ты себя чувствуешь, сможешь дойти до другой комнаты?

- Смогу, конечно, - улыбнулся Коррис, с любопытством наблюдая за тем, как замешательство на ее лице сменилось решимостью, - только надо одеться!

- Где... ага, вот, - она протянула ему халат, - идем, если тебе будет тяжело, обопрись на меня. И не смотри так, я сильная!

- Я знаю, - он нежно провел пальцами по ее скуле, - мой храбрый воин.

Обнимая девушку за талию - не потому, что ему нужна была поддержка, с каждой минутой он чувствовал, как прибывают силы, а ради удовольствия прикасаться к ней - Коррис вышел в коридор. Удивительно, но старый особняк явно жил: негромкие звуки, запах вкусной еды, да и вся обстановка в доме неуловимо переменилась, словно в него вернулась душа. Лия тревожно взглянула на него и тихо произнесла:

- Я все объясню попозже, хорошо?

Он поцеловал ее в висок, ответив:

- Милая, мне все нравится!

Она как-то неуверенно кивнула. Через несколько шагов они остановились перед дверью, Лия еще раз посмотрела на него и, закусив губу, толкнула дверь.

Коррис шагнул следом и замер, не в силах поверить тому, что видит. Лиасса посмотрела на его потрясенное лицо, сделала знак няне выйти и, когда та притворила за собой дверь, тихо произнесла:

- Это Дариэн и Элира, через неделю им исполнится пять месяцев.

Коррис сделал несколько шагов на ватных ногах и опустился на колени рядом с кроватками, жадно вглядываясь в личики сладко спящих детей. Почти пять месяцев, а это значит, та ночь в Каррасе... Протянув руку, он коснулся щечки мальчика, а тот вдруг открыл серые, так похожие на его глаза, и принялся рассматривать его. По-прежнему стоя на коленях, мужчина поднял глаза на полное тревоги лицо Лиассы и произнес хриплым от бушующих в душе чувств голосом:

- Они прекрасны, как и ты! Элира... Так звали мою маму...