Хрупкость тени (ЛП) - Форд Ша - Страница 100

Нет… не мог. И не будет. Он отказывался. Он все еще собирался сражаться за горы, но один.

И он выдавил улыбку и сказал Бренду.

- Знать, что друзья в долинах живы, уже дар, - Лисандр ткнул его локтем, но он не обращал внимания. – Если мне потребуются друзья, я точно вспомню о великанах.

На этом он стряхнул руку Бренда и пошел прочь. Лисандр схватил его за рубаху.

- О, нет. Ты слишком сильно сражался, чтобы отвернуться. Если не скажешь сам, я скажу за тебя, - предупредил он с решимостью во взгляде.

Каэл пожал плечами.

- Говори. Я не передумаю.

Это потрясало Лисандра, и Каэл выскользнул из его хватки. Он пошел к амбарам и услышал, как Лисандр начинает рассказ, начав с момента, когда Каэл оказался на борту его корабля. Он не знал, как Лисандр расскажет историю, хотя представлял, что он потеряет много фактов. Случилось многое из не задуманного, много в его жизни зависело от Судьбы. Но это уже не имело значения.

Теперь был важен конец, и Каэл намеревался написать его сам, начав с этой ночи. Он не даст Судьбе и шанса. Он сделает то, что должен, скажет то, что нужно.

Килэй смотрела, как он уходит. В шагах Каэла была решимость, которую она тут же узнала, он умело поднимал ноги и твердо опускал их. Он о чем-то усиленно думал, и ей было интересно, о чем. Она хотела пойти за ним, но Сайлас ткнул локтем в ее ребра.

Она проследила за его взглядом на дорогу, где Смельчак Элены уже был оседлан и с сумками. Великаны дали ей столько еды, что мешки висели гроздьями по бокам. Было ясно, что она хочет уйти тихо, но Джейк поймал ее.

Они стояли и говорили о чем-то. Килэй видела, как опущены плечи Джейка, как Элена вскинула голову. Они говорили минуту, а потом Элена вытащила что-то из-за спины и вложила в ладонь Джейка.

Не оглядываясь, она вскочила на Смельчака и сорвалась с места. Вскоре они стали точкой вдали. Но Джейк не двигался. Он смотрел им вслед, сжимая то, что Элена дала ему.

- Идем, драконесса, - прошептал Сайлас. – Мы нужны нашему шаману.

Когда они подошли, то увидели, что лицо и взгляд Джейка были пустыми. Он выглядел так, словно не спал неделями. Он устал, но дело было не только в этом.

Она стояла с одной стороны от него, а Сайлас – с другой, словно могли как-то поддержать его. Они молчали, ожидая, пока заговорит Джейк.

- Она дала мне свои перчатки, - сказал он, протянув их Килэй. – Не знаю, что делать с ними.

Она сжала его пальцы на нежной черной коже.

- Береги их. И, когда будешь готов, твое сердце подскажет, что делать.

Джейк кивнул. И он мрачно спрятал перчатки в складки мантии.

Сайлас попытался похлопать его по спине, но его пальцы были так напряжены, что он словно давил паука, а не успокаивал.

- Нужно поесть, это тебя взбодрит.

- Это взбодрит вас, - вздохнул Джейк. – Я не голоден.

- Бред, - Килэй обхватила его рукой. – Тебе нужно заглушить печали пиром. Я видела большой торт пару минут назад. Клянусь, он был высоким-высоким, весь в сахаре и клубнике. Что может взбодрить лучше?

Они провели Джейка во двор и устроили за столом. Вскоре его заметила великанша и была потрясена его худобой, так что сама следила за наполнением его тарелки.

Другие великаны окружили его, желая услышать истории и узнать о магии. Джейк увлекся рассказами и словно забыл о проблемах. Вскоре он так углубился в объяснения, почему сложно превратить человека в лягушку, что даже смог слабо улыбнуться.

Один из великанов вынес Тельреда из амбара и устроил его на покрывале во дворе. Его прислонили к стене, обрубок устроили на свернутом покрывале.

К нему постоянно все подходили, включая Морриса, который уверял его, что потеря конечностей не так и страшна.

- Поверь, может быть хуже, чем потеря ноги. Ты хоть можешь застегивать штаны!

Дядя Мартин тоже старался успокоить. Он не отходил от Тельреда, оживленно говорил всю ночь о том, как радовался он тому, что Тельред теперь будет помогать ему варить грог, и что он хотел, чтобы у них были похожие трости.

- Ты не помогаешь, отец, - проворчал Тельред.

Но дядя Мартин помогал, вскоре к ним присоединилась небольшая группа великанш. Они смеялись над шутками дяди Мартина, ворковали над Тельредом, и его ворчливость таяла от их ласки.

Лисандр и Аэрилин сидели с Брендом с другой стороны двора. Принц ел одной рукой, а другой рукой держал за ладонь Дарру. Ее лицо сияло, ее ладонь лежала на ее животе, пока она слушала рассказы Лисанрда.

Килэй улыбнулась при мысли, что дитя Дарры будет расти свободно, под защитой принца. Она не знала Бренда хорошо, но видела его любовь к своему народу, знала, что он будет любить этого ребенка как своего.

Лисандр болтал, задавал великанам вопросы, но Аэрилин больше интересовало происходящее на другой стороне стола, где сидели Джонатан и Клейри. Точнее, Джонатан сидел на коленях у Клейри, и они скорее целовались, чем ели.

Аэрилин смотрела на них, прижав ладони к щекам, словно была сильно потрясена. Килэй читала по ее губам, что она бормотала: «Ой-ой-ой».

До этого Килэй согласилась бы. Но теперь она завидовала. Было приятно целоваться, когда пожелаешь. Она бы все отдала, чтобы вести себя так глупо.

Килэй отвела взгляд, стараясь отвлечься соседями по скамейке.

Сайлас и Вечерокрыл сидели по бокам от нее, жуя мясо. Оно было во всех возможных формах: ножки, крылышки, окорока, отбивные и не только. Великанша поставила перед ними зажаренную свинью, и Сайлас оторвал кусок и простонал.

- Как они это делают? – он оторвал кусок плоти и сунул в рот. Его глаза закатились, он жевал. – Мясо поет для меня!

Вечерокрыл сунул отбивную на растущую гору на своей тарелке. Он держал в руках по куку, словно боялся, что они убегут. Он опускал голову на большой скорости, отрывал куски мяса зубами. А потом он тряс головой, и в них летел жир.

- Хватит уже так делать, - проворчал Сайлас, вытирая жир с глаз. – Твоя добыча уже мертва, и кровь приготовлена.

Вечерокрыл смущенно посмотрел на него.

- Прости, я забыл, - сказал он с полным ртом еды. – Я все еще учусь манерам.

Килэй так давно вела себя правильно, что было даже приятно сидеть с людьми, которые не морщили носы от того, как она ест. О манерах можно подумать позже.

Она схватила куриную ножку и подняла над головой.

- За победу!

Сайлас присоединился к ней с цепочкой сосисок.

- За еду!

Они посмотрели на Вечерокрыла, уткнувшегося в еду.

- О, - он быстро схватил кусок мяса с тарелки и поднял. – За то и другое!

Они продолжили есть. Килэй оторвала кусок, когда ощутила, как кто-то постучал по ее плечу. Она развернулась и чуть не подавилась при виде Каэла.

Он не сказал ничего о куске мяса в ее рту. Он только улыбнулся.

Но не обычной улыбкой. Уголки его губ подрагивали, она едва заметила это. Она пыталась понять, что это значит, когда он заговорил:

- Я хотел бы поговорить с тобой, - он огляделся. – Где-нибудь в тишине, если можно.

Она тут же бросила еду и пошла за ним в ночь. Они шли, пока не оказались за двором, хотя свет костров еще достигал их. Килэй пыталась убедиться, что на ее лице не прилипла курица, когда пальцы Каэла задели ее щеку.

Она застыла.

Он редко касался ее, тем более, просто так. Но вот его пальцы оказались на ее коже, и ее сердце забилось так сильно, что он мог это услышать. Она смотрела ему в глаза, он вытер кусочек мяса с ее лица, и в его глазах мелькнули искры.

Она знала, что он что-то задумал, ведь не зря он размышлял о чем-то. Его рука опустилась, он сунул ладонь в карман. Свет в его глазах стал сильнее, он посмотрел поверх ее плеча.

- Я злюсь на тебя, чтобы ты знала.

Килэй удивилась. Он не выглядел злым на первый взгляд. Но, пока они стояли в тишине, она читала его лицо. Он не сверлил взглядом, но его губы были сжаты. И он не смотрел на нее.

- Прости, что дала Гилдерику уйти, но я не могла бросить тебя. Я думала, ты ранен…