Цвет сверхдержавы - красный. Восхождение. часть 3 (СИ) - Симонов Сергей - Страница 334

                В прессе высказывалось много догадок и спекуляций по поводу «штуковины с вентиляторами», которой Никита Сергеевич размахивал при выступлении и стучал по трибуне. Низкое разрешение телекамер не позволяло рассмотреть её в подробностях даже на стоп-кадрах. Пара репортёров, сумевших заснять плату фотоаппаратами с телеобъективами, озолотились на торговле фотоснимками. Впрочем, одного из фотографов вскоре нашли мёртвым – по слухам, он отказался продать негативы американской разведке.

                К какому-либо единому мнению по поводу этой электронной платы западные эксперты так и не смогли прийти – не хватало данных. Ясно было одно – плата содержит некое высокопроизводительное электронное устройство, выделяющее много тепла при работе. Что это за устройство, и какие данные оно может обрабатывать, они могли только догадываться. Высказывались мнения, что плата могла использоваться для криптографических вычислений, но в ответ приводились резонные возражения – подобные устройства всегда секретны, и даже Хрущёв не стал бы махать такой платой с трибуны ООН.

                Сессия Генеральной Ассамблеи ещё продолжала свою работу, но большинство глав государств и правительств, возглавлявших делегации, покинули Нью-Йорк в середине октября.

                (Последняя из принятых резолюций датирована 5 декабря 1960 г http://web.archive.org/web/20070818231952/http://www.un.org/russian/ga/15/docs/res15_1.htm)

                На сессии были приняты важные резолюции в отношении гуманитарной помощи, оказываемой посредством учреждений, входящих в систему ООН, о положении алжирских беженцев в Марокко и Тунисе, но наиболее серьёзные противоречия, обсуждавшиеся на заседаниях, оставались неразрешёнными.

                #Обновление 19.03.2017

20. Мясо натуральное и искусственное.

     14 октября Никита Сергеевич возвратился в Москву, завершив своё участие в работе 15-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, и занялся подведением итогов года в сельском хозяйстве. По уже сложившейся привычке он сравнивал полученные показатели с информацией из «документов 2012», проверяя, насколько эффективно сработали различные меры, принятые ранее для недопущения ошибок и ликвидации отставания, выявленных из тех же присланных документов.

                Битва за урожай шла с переменным успехом. Каких-либо неблагоприятных климатических событий в 1960 году в стране не произошло: ни сильной засухи, ни пыльных бурь. Хрущёв рассчитывал если не на рекордный сбор зерна, но и не на меньший в сравнению с 1958 годом, когда собрали около 135 миллионов тонн. В 1960-м с полей, засеянных обычной пшеницей, собрали 125 с половиной миллионов тонн, чуть больше, чем в неудачном 1959-м году (урожай 1959-го г – 119,5 млн.т). Урожайность оказалась ненамного выше прошлогодней – 10,9 ц/га против 10,4.

                Конечно, если сравнивать с 31,1 миллиона тонн, собранными в 1953-м году, успех был невероятный. Но увеличилось и потребление. Люди в стране больше не голодали, не давились в очередях за хлебом, не считали больше пакет муки на прилавке даром небес, как было в 53-м, однако всё произведенное все ещё проедали без остатка.

                На этом фоне выгодно выделялись поля, на которых ради эксперимента посеяли семена пшенично-пырейного гибрида академика Цицина. Эксперимент начали в 1959-м году и посевные площади для начала отвели небольшие – 200 000 гектаров. С них собрали чуть более миллиона тонн, урожайность составила невиданные ранее в РСФСР 50-60 ц/га. Рабочие в совхозах, выбранных для проведения эксперимента, ходили с круглыми глазами, директора и агрономы трясущимися руками подсчитывали выручку. На деньги, «поднятые» с продажи государству такого большого урожая, построили детские сады, новые школы, и коттеджи для рабочих из бригад – «рекордсменов» (АИ).

                В 1960-м площади под цицинские гибриды увеличили в 5 раз, засеяли миллион гектаров и осенью сняли с них более 5 миллионов тонн зерна. Невероятный урожай окупал даже непривычную для крестьянства возню с принудительным опылением засеянных полей. Опыление наладили при помощи обычной верёвки. Два человека проходили по полю, в несколько приёмов протаскивая по нему верёвку. Она пригибала растения, стряхивая пыльцу с одного на другое.

                Ещё один, более производительный способ опыления, придуманный в ЦАГИ, включал в себя использование воздушного шара-прыгуна с привешенными к нему вентиляторами с бензиновым приводом от мотоциклетного мотора. Воздушный поток эффективнее разгонял пыльцу. Важно было не упустить момент для опыления. Большая ответственность при этом ложилась на агронома – он должен был вовремя дать указание приступить к опылению, распланировать количество занятых работников, чтобы провести процедуру в оптимальные сроки (АИ).

                Также агрономам приходилось тщательно планировать и распределять посевные площади, чтобы не допустить соседства гибридов и обычной пшеницы

                Пока выращиванием гибридов занимались грамотные специалисты-растениеводы на опытных делянках – опасаться было нечего, всё делалось профессионально и в оптимальные сроки. Но в каждый совхоз доцента с лаборантами на постоянную работу не отправишь. Пришлось организовывать курсы повышения квалификации для агрономов, рассылать справочную литературу и краткие пошаговые инструкции с картинками, по типу комиксов, разъясняющие, как выращивать новую культуру. Эта обязанность была возложена на местные партийные организации, обкомы и райкомы КПСС, которые Никита Сергеевич последовательно преобразовывал в органы просвещения и контроля за народным хозяйством. Руководящая роль партии при этом не утрачивалась, а наоборот, усиливалась, переходя от командной к просветительской (АИ).

                Однако госзакупки на 1960-й год составили около 47 миллионов тонн, чуть больше, чем в 1959-м. Ежегодное потребление зерна в тот период составляло около 50 миллионов тонн, но нужно было ещё иметь государственный запас, на случай неурожая или чрезвычайных обстоятельств. США имели двухлетний запас зерна. По подсчётам Госплана, на ближайшие годы требовалось 67,2 миллиона тонн зерна в год, для выпечки хлеба и на корм скоту, и ещё дополнительные миллионы тонн – для закладки в госрезерв.

                В 1960-м главная житница страны – Украина сдала всего 5,5 миллиона тонн. Хрущёв на итоговом совещании возмутился:

                – Это меньше, чем за все последние годы. Меньше этого Украина продавала государству хлеба только в 1946 году. Но вы знаете, каким был 1946 год — первый год после войны, хозяйство совершенно разрушено, в колхозах пахали на коровах, почти все полевые работы выполнялись вручную. На поля тогда обрушились чёрные бури, а засуха добила разрушенное войной хозяйство! – бушевал Первый секретарь. – А сейчас на вас что обрушилось? Изобилие? Куда остальное зерно ушло? На корм скоту? И после этого вы ещё утверждаете, что Украина кормит Россию?

                Бушевал он не зря. Много зерна расходовалось на фураж, при этом республики, отчитавшись осенью за сданный государству урожай, доложив о полной обеспеченности колхозов и совхозов семенами и кормами, вскоре начинали просить зерно обратно – чтобы кормить сильно увеличившееся поголовье скота.

                Зерно было основой комбикорма, к нему в рационе домашнего скота добавляли сенаж и силос, как из привычных кормовых культур, так и из появившихся недавно – люпина, амаранта, козлятника, окопника, кукурузы и топинсолнечника. Всё это приправляли хлореллой – как витаминная добавка она шла очень хорошо, увеличивая привесы и надои, но белковой основой корма всё же оставались зерно и травы в виде сенажа и силоса. Для производства 1 кг домашней птицы, свинины и говядины нужно 2, 4 и 7 кг зерна соответственно.

                Когда начинали разбираться, почему не хватает кормов – казалось бы, обеспечению кормами в стране уже лет 6 уделялся максимум внимания, выяснялись неприятные подробности: бардак и жульничество. Где-то заложенное на хранение кормовое зерно сгнило из-за рас3,14здяйства работников элеватора, сгорело, или было съедено мышами. Где-то обсчитались при планировании, не учли рост поголовья, ведь для обеспечения кормами по программе «2+1» скота, находящегося на индивидуальном откорме, тоже требовалось зерно, как основа комбикорма, а инициативу населения было сложно учитывать. Где-то жуликоватое местное начальство, в желании красиво отрапортовать, сдавало государству все или почти все резервы, завышая показатели, и рассчитывая затем на государственную поддержку.