Кровь с молоком или неоплаченный долг (СИ) - Крутько Лариса - Страница 38

Рюдигер задал давно мучивший его вопрос:

-Святой отец, почему готхеймцы считают нас исчадием ада, настоящим злом?Ведь это они вторглись на наши земли, и открыто говорят, что мы должны быть уничтожены?Где же справедливость?

-Что тебе ответить на это, сын мой? Они охвачены страшной гордыней, считая себя лучше других, и не менее страшной жадностью, заявив права на приграничные земли. Но Бог поставит их на место, и уж поверь, это место будет совсем не тем, на которое они рассчитывали. .

Рюдигер фон Шлотерштайн сильно изменился в последнее время, взрослый сильный мужчина, успевший узнать, что такое война и смерть, почти ничем не напоминал изящного, почти по девически красивого юношу . Ну разве что ресницы остались такими же, неуместно длинными и пушистыми на строгом мужественном лице. Но видно он сумел сохранить в душе веру в добро и справедливость, остался таким же искренним и честным, каким был раньше. Отец Григорий подумал, что редко сейчас встретишь такого достойного человека или нечеловека?Слегка запутавшись в определениях, он устыдился своих мыслей, ведь все мы дети божьи, и все должны стараться быть настоящими людьми в своих делах и помыслах!Бог оценит чистое сердце и добрые дела, а на клыки или хвост и не посмотрит!

Выйдя из исповедальни, он подвел Рюга к стоящей у стены длинной деревянной скамье.

-Послушай, юноша, как ты смотришь на то, чтобы присесть?Я бы хотел рассказать тебе одну историю, тут в двух словах не уложишься. -усевшись поудобнее и не слушая возражений, усадив рядом молодого барона, священник начал рассказ.

-Как тебе наверное известно, славный король Максимилиан Первый почти триста лет назад возвратился из крестового похода, в котором он и наши рыцари показали себя на редкость достойно, поставив нашу маленькую страну в один ряд с могущественными державами. Из святой земли его Величество привез драгоценную реликвию, кубок, вырезанный из цельного изумруда святым отшельником и чудотворцем.

Этот предмет был сам по себе немалой драгоценностью, стоимостью не в одно состояние, но кроме этого, он обладал чудодейственными свойствами. Говорили, что обычная вода, налитая в этот кубок, могла исцелять любые болезни, но главным его достоинством было то, что своей силой он оберегал страну и трон ее властителя от всех напастей.

Даже в королевском дворце было трудно сохранить эту великую драгоценность невредимой, и король отдал ее на хранение твоему славному предку и кстати твоему тезке, Рюдигеру фон Шлотерштайну. Из поколения в поколения твоя семья хранила сокровище, секрет передавался из уст в уста, нередко перед последним вздохом. Отдать его можно было только посланцам короля, которые должны были назвать секретный пароль.

Но видимо тайна стала известна нашим врагам. Последним хранителем кубка был твой дед, Артур фон Шлотерштайн. Возможно, узнавшие тайный пароль, злоумышленники выманили его на встречу, где убили вместе с женой. До сих пор неизвестно, кто лишил их жизни. . Зато появились сведения, что драгоценный талисман теперь в Готхейме...

Я слышал, что вместе с тобой вернулся Иоганн Кранц, он был серьезно ранен, но теперь его здоровье не внушает опасений. Надо сказать, в свое время твои родители удивили меня, выбрав этого отчаянного головореза тебе в крестные отцы. .

Рюдигер, не сдержавшись, пылко возразил:

-Он был и остается самым лучшим крестным на свете!

-Не горячись по пустякам, я знаю, что ты всегда готов встать на защиту тех, кого любишь. К тому же ты прав, пусть он не самый примерный прихожанин, но по отношению к тебе его не в чем упрекнуть. Вряд ли он бы возился с тобой больше, если бы ты был его родным сыном!Но речь совсем не об этом. Этот. . -отец Григорий замешкался, пытаясь выбрать наиболее безобидное определение для того, кто в совершенстве овладел исскуством убивать, и наконец остановился на наемнике, -бывший наемник хорошо знал твоего деда, был его другом.

Поговори с ним, он первый прискакал на место убийства и долго пытался сам разобраться, что к чему, но только все следы обрывались. Если Бог поможет, то к весне вы перейдете границу, и может быть, ты сможешь вернуть реликвию на ее законное место.

Пораженный услышанным, Рюдигер растерянно ответил:

-Я не могу ничего обещать, но если что-то станет мне известно...

Старый священник улыбнулся:

-Ну что ты, я вовсе не требую обещаний, на войне и без этого не просто. Но я почему-то уверен, что судьба кубка как-то связана с вашей семьей, и вернуть его сможет только один из вас.

Теперь же, начисто позабыв о семейных тайнах, он всем сердцем внимал торжественной службе, изредка поглядывая на красивые и строгие лица его жены и матери, и горевшее румянцем хорошенькое личико Анны, без конца обменивающейся улыбками со своим столь неожиданно появившимся поклонником.

За праздничным столом все вдруг ощутили себя одной семьей, несмотря что более разных родственников было трудно придумать. Рождественское угощение радовало своим изобилием и отвечало самым изысканным вкусам. Почетное место занимал молочный поросенок, зажаренный целиком, следом шли утка с яблоками, жареные карпы, свинина на ребрышках с кислой капустой, а также знаменитые на все Кулички домашние колбаски тетушки Крины, и не менее знаменитые пирожки бабки Насти с самой разнообразной начинкой, рождественское печенье тети Иванны. Лиза внесла в меню некоторые изменения по собственному вкусу, добавив квашенную капусту, моченые яблоки и также широко известные своим качеством Настасьины соленые огурцы. Мария сама испекла хлеб с кровью, такой пекли на праздники у нее на родине. Она не раз пыталась научить этому Лизу, но упрямая невестка отшучивалась:

-Я все равно все испорчу, лучше Анну учите, у нее получится, я уверена.

В остальном все было совершенно обычным, по бокалам разлили подогретое красное вино с пряностями, и торжественно помолившись, принялись за еду. Отвыкшие в казармах от хорошей домашней еды, голодные мужчины набросились на угощение, грозя в один миг опустошить весь праздничный стол. Женщины старались следовать хорошим манерам, ели аккуратно и неспешно, и только с веселым изумлением поглядывали на пустеющие тарелки.

Вскоре все кругом перемешалось, началась веселая праздничная неразбериха, с нижнего этажа, где был накрыт стол для слуг и охраны, уже доносились песни и громкий хохот.

Всеобщее внимание было приковано к Лотару. Старший барон, не жалея красок и импровизируя на ходу, рассказывал об отчаянной вылазке его отряда в тыл противника, попутно расхваливая смелость и умение сражаться Дитриха фон Брауна.

Рюдигер, с трудом успевая за поворотами отцовской фантазии, улыбнулся про себя. Рассказывать занимательные истории его отец умеет, но солдат он действительно хороший, и храбрости ему не занимать. На самом деле во время этой разведки боем все они чуть не погибли. Их отряд бросили в самое пекло, особо не беспокоясь, удастся ли им выбраться оттуда живыми. Однако они сумели вернуться из деревеньки, где в строгой тайне проходил военный совет, почти без потерь . Несмотря на окружавшую вражеский штаб огромную армию, они еще взяли в плен одного из адьютантов главнокомандующего и заодно прихватили карту с планом военных действий.

Мария улыбалась и кивала, не вслушиваясь в слова. Она с гордостью смотрела на мужа и сына, одинаково высоких и сильных, красивых строгой мужской красотой, и старалась не думать о том, что вскоре они снова покинут ее.

Ян Кречет, разволновавшись от этой истории, и также от хорошего вина, проклинал фризов и готхеймцев, этих лицемерных святош, из-за которых у честных людей одни убытки. Если так пойдет дальше, горячился он, то каждый возьмется за оружие!При этих словах Лиза с испугом посмотрела на отца, но Лотар поймал ее взгляд и хитро подмигнул ей, мол будь спокойна, мы его никуда не пустим!

Взглянув на часы, Лизина мать принялась уговаривать Антона лечь спать, приговаривая, что все малыши уже давно в кроватках, вот и Уленька сейчас тоже пойдет спать, но Уленька только отрицательно качала хорошенькой головкой и звонко смеялась. Вздохнув, Катерина отступилась, подумав, что после тесного общения с племянниками ее сын совершенно перепутает день с ночью. Но тут Рюг пришел ей на помощь. С некоторым трудом выбравшись из-за стола после обильного ужина, он взял дочку на руки: