Пути и стены (СИ) - Егоров Алексей - Страница 53

- Благословен день, в который мы встретились, - произнес Виал, отпивая.

- И боги, благодаря которым пересеклись пути.

Сам Фартеш не был старым, чуть моложе торговца. Но возраст тиринцев сложно оценить, солнце старит их быстрее, а морской ветер и соль придают их облику величественность многих десятилетий жизни! К тому же смуглая кожа, умасленная борода и тени меняют облик до неузнаваемости.

Виал знал собеседника, знал, его возраст, знал его статус. Положение в обществе придавало этому молодому человеку величие, которого не имели люди в стороне от него. Он владел коллегией ростовщиков и менял, был их патроном. И сидел здесь просто ради разнообразия, а весы - посеребренная бронза, служили чем-то вроде царской диадемы.

- Ты бы не обратился ко мне без надобности, - перешел сразу к делу Фартеш.

Он знал, что торговцы с севера не любят болтовни. А так бы он обязательно полдня болтал о стервозных женах, нерадивых детях и последних событиях на рынке.

- Деньги. Все упирается в деньги.

- Занимать не хочешь.

Скорее утверждение, чем вопрос.

- Но и работы ты здесь не найдешь, - заключил Фартеш.

- Так ли не найду? - Виал искоса посмотрел на собеседника.

Тот знал, чем занимается торговец. Вот только лично марать руки не собирался.

- Не сезон сейчас, если ты о торговле... Я думаю, смогу пойти тебе на встречу, найти пару заказов.

Вот так и получается, рисковать приходится навклерам, а большую часть выручки получают пузатые бездельники. И как он обставляет это - пойду тебе на встречу! Словно делает одолжение.

Виал не раз сталкивался с подобным, но так и не привык. Он мог отказаться от великодушного предложения Фартеша, мог бы просто занять денег, но стал торговаться. Ему, как контрабандисту, полагалась одна десятая стоимости товара. В Циралисе Виал взял бы половину.

Здесь не стоило рассчитывать на большее, чем одна пятая. И то, он не знал, что повезет. Может быть, ткани. Или металл? Или камни? В зависимости от товара будет итоговый доход.

Вот только пятую часть выбить из Фартеша не вышло. Седьмая часть и все, больше он не соглашался, не уступал чужаку. Сошлись и на том, хоть не кабала.

О месте назначения и роде груза узнает позже, уже в порту ему сообщат.

Не особо радуясь этому успеху, Виал вернулся к лодке, отправил Эгрегия гулять. Тот уже не хотел уходить, боялся чужого города, но уступил настойчивости торговца. А тот просто хотел избавиться от свидетелей.

Ведь грузом мог оказаться живой товар. Вот уж безумие, в его-то лодочку садить рабов. Они даже в путах передушат команду. Хотя порой Виал проделывал такой трюк, даже двадцатку рабов перевозил.

Эгрегий получил от него пару медяков и был послан гулять по улочкам. Виал даже не стал его предупреждать куда можно идти, а куда не стоит соваться. Парень сам сообразит, что в этом городе нет безопасных мест.

Нож и праща при нем, так что сумеет защититься.

Расположившись на дне лодки, Виал размышлял, дожидаясь посланника. А Эгрегий не стал далеко уходить. Не столько из страха перед незнакомым местом, сколько из любопытства. Он ходил по набережной, иногда заглядывал на соседние улочки, заходил в лавки и харчевни. Всегда отпущенник держал в поле зрения причал, где пришвартовалось его судно.

Гардуметские торговцы даже не окликали чужака, понимая, что тот не собирается ничего покупать. Есть у них такая способность, которую ни один цивилизованный человек не понимает. Эти варвары с первого взгляда оценивают платежеспособность посетителя.

Они хотя бы не прогоняли Эгрегия. Отпущенника не интересовали ни цветные ткани, ни ароматные пряности, даже еда его не привлекала. Зато интересно было, что творится в гавани.

Он увидел, как к лодке торговца направился человек в белом халате. Типичный местный житель, можно сказать, если бы не цвет кожи. Кожа у него была бледной, а не оливковой или даже черной, как у тиринцев. Эгрегию этот человек показался знакомым, словно был родственником. Сам-то отпущенник тоже не блистал красотой кожи. Да и успел обгореть за те дни, что провел в море.

Зато чужак сохранил белизну кожи, если судить по лунному цвету лица и рук.

Не часто ему приходится выходить под жаркие лучи солнца.

Чужак остановился возле лодки, обратился к ее хозяину. Виал поднялся и помог чужаку спуститься. Больше отпущенник ничего увидеть не успел. Он досчитал до ста, и чужак поднялся на причал, направился быстрым шагом к выходу из порта.

Проследить бы за ним, но где гарантия, что этот человек не заметит постороннего. К тому же внешность Эгрегия слишком приметная. Пришлось отказаться от этой затеи.

Выдержав положенное время, отпущенник вернулся на причал, у которого пришвартовано судно Виала. Хозяин перебирал вещи, словно пытался спрятать что-то от команды. Заметив Эгрегия, Виал махнул рукой. Казалось, он не смутился, что отпущенник появился так рано.

- Нашел нам работу, - объяснил Виал.

- Незаконную?

Виал приподнял бровь, сообразил, что отпущенник наблюдал за ним. Но укорять его не стал, как впрочем, объяснять.

- Завтра загрузимся вином, пойдем на запад в эмпорий тиринцев.

- Торговый пост? А зачем им, если есть этот город?

- А ты подумай сам. Если царь Кемила разрешил им селиться только здесь. Запретил уходить далеко вглубь страны. А эморий расположен в устье реки, которая летом пересыхает.

- Промышляют чем-то? - сообразил Эгрегий.

- Именно! Добывают слоновую кость выше по течению. А это запрещено.

- И чем это нам грозит?

- Смертью, как и все в нашем деле - нам это грозит смертью.

Виал рассмеялся, заметив, как вытянулось лицо Эгрегия.

- Ты пять дней был во власти волн и морских духов. Чего бояться каких-то варварских царей?! Тем более деньги хорошие.

Эгрегий понял, что хозяин судна что-то недоговаривает. Много вина они погрузить не смогут, даже если это какое-то подарочное вино. Как бы дар вождю племени, на чьей земле охотятся тиринцы. Давить на капитана он не стал - бессмысленно.

Виал махнул отпущеннику, чтобы тот отправлялся в город развлекаться. Сколько бы у него не было денег, пусть тратит их. К тому же, ему могло повезти в азартных играх. Или он мог банально отобрать деньги у такого же чужака, как он.

- Вечером жду тебя здесь.

- А моряки?

- Так они сами сюда приползут пьяные и избитые.

Эгрегия не очень-то радовала перспектива одному бродить по незнакомому городу. Страх мешался с любопытством. Он не знал языка тиринцев, не знал международного языка торговцев. Вряд ли в городе много тех, кто знает язык жителей Гирции. И все же, он отправился на поиски приключений.

Драк устраивать он не собирался, но местные к чужакам настроены особенно. Да почти в любом городе найдутся люди, желающие отнять чужое добро. Брать у отпущенника нечего, кроме нескольких медяков, но даже этого он отдавать не хотел. Выглядел чужак легкой добычей, что внушало бандитам ложное чувство превосходства.

После двух стычек от Эгрегия отстали. А он обзавелся несколькими кошельками с местными монетами. Неплохой улов, к тому же у нападавших удалось отобрать оружие. Все это тут же было сдано на ближайшем рынке. Кинжалы были оценены по одному серебряному, а дубинки пополнили запас медяков.

Наверняка оружие стоило дороже, да и монеты могли быть тяжелее. Те чешуйки, что получил Эгрегий, выглядели не очень. Но даже такая прибыль его порадовала, тем более сам он отделался несколькими царапинами да синяками.

С таким запасом монет уже не стыдно пройтись по рынку. Эгрегий не дошел до крупного рынка, где Виал общался с менялами. Зато он нашел местный мясной рынок, где были представлены всевозможные домашние животные со всей Вии. Как пастуху Эгрегий заинтересовался зверями, что обитают в чужих странах. Особенно удивили козы: с их маленькими рожками и густой шерстью. Совсем не похожие на тех, что пас Эгрегий на лугах Гирции.

Домашняя птица выглядела отвратительно: вонючие и тощие куры. Разве можно от них получить больше одного яичка, и в суп они не годились. Не было тех прекрасных птиц, что порой выставляют на ярмарках. Устраивались даже соревнования, победителю дарили позолоченный тирс, а призовую несушку отдавали в дар лесному богу.