Философия права. Учебник для вузов - Нерсесянц Владик Сумбатович - Страница 198

Концепция "естественного права с меняющимся содержанием" (непосредственно и в различных последующих вариациях) содействовала существенной методологической, гносеологической и общетеоретической модернизации естественноправового подхода в XX в., особенно — во второй ее половине.

Теологические учения традиционно занимали доминирующие позиции в рамках всего естественноправового подхода. В рамках теологических учений имеется два основных направления: томистское (и неотомистское) направление, ориентированное на учение Фомы Аквинского о разумности божественного порядка мироздания и естественном праве как выражении этого разумного порядка, и протестантское (и неопротестантское) направление, восходящее к положению Августина о воле бога как основе и источнике естественного права.

В отличие от томистов, признающих познаваемость разума божественного порядка, представители протестантских учений отрицают такую познаваемость и ориентируются прежде всего на Священное Писание как источник божественных установлений.

В рамках теологических учений в целом явно превалируют и задают тон томистские (католические) концепции естественного права.

Один из крупных представителей неотомизма в XX в. французский богослов Ж. Маритен, профессор католического университета в Вашингтоне, развивал персоналистскую концепцию естественного права[1209]. Согласно этой концепции, естественное право изначально вложено в природу человека вечным законом, который трактовался уже Фомой Аквинским как источник всех остальных законов и всеобщий закон мирозданья, непосредственным проявлением которого является естественный закон.

Здесь же, в естественном законе, исходящем от вечного закона, коренятся, по концепции Маритена, права человека. Различая в человеке индивидуальность (материальное и низшее в человеке) и личность (высшее и ценное в человеке), он трактовал права человека как естественноправовое признание достоинства человеческой личности.

Естественное право Маритен определяет как идеальный порядок человеческих действий, которому как божественно-разумному образцу (модели) должны соответствовать позитивное право и его применение на практике. При этом Маритен, ссылаясь на невозможность абсолютного познания естественного права, таящегося в глубине человеческого сердца, предупреждает против отождествления естественного права с той или иной концепцией (неизбежно ограниченной и относительной) его понимания и попыток выражения принципов иерархической системы естественноправовых ценностей в виде некоего кодекса норм.

Концепцию вечного и неизменного естественного права, от которого зависят и из которого происходят все человеческие правила, предписания и установления, включая позитивное право и мораль, отстаивал бельгийский неотомист Ж. Дабен. Естественное право трактуется им как основание позитивного права, но его влияние на позитивное право опосредуется через мораль. Вечность и неизменность естественноправовых предписаний обусловлена их источником — вечностью и неизменностью природы человека, которая проявляется в человеческих склонностях и влечениях.

К природе человека апеллирует и австрийский неотомист И. Месснер в своей антропологической концепции естественного права[1210]. Он выступает за исследование естественного права в духе "традиционной естественноправовой этики", которая в основном и главном "восходит к Платону и Аристотелю, была развита дальше Августином и Фомой Аквинским", разрабатывалась великими испанцами XVI и XVII вв. и тянется до современности в виде "непрерывной традиции"[1211]. Эта линия развития традиционного естественноправового учения, являющаяся результатом усилий двух тысячелетий, по оценке Месснера, особо значима в современную эпоху "кризиса этики" для ответа на фундаментальные вопросы человеческого существования, сформулированные еще Кантом: Что мы можем знать? Что мы должны делать? На что мы можем надеяться? И в целом: Что есть человек?[1212]

Человек по своей природе, согласно Месснеру, обладает нравственно-правовым сознанием. "Непосредственное нравственно-правовое сознание человека, — пишет Месснер, — само сообщает ему об основных требованиях порядка общественных отношений через нравственный естественный закон, естественное понимание совестью всеобщих нравственно-правовых принципов. Естественная совесть — это не только совесть долга и совесть ценности, но также и правовая совесть в собственном смысле"[1213].

В отличие от формальных трактовок нравственной природы права Месснер стремится к учету "вещественного содержания" проблемы условий, потребностей и целей человеческого бытия, "требований нравственно-правового порядка природы в различных сферах общественной жизни перед лицом сегодняшней общественной действительности[1214]. Эта содержательная сторона выражается в естественноправовой этике Месснера с помощью понятия "экзистенциальные цели" человеческого бытия. В этом смысле Месснер утверждает, что право "основывается в экзистенциальных человеческих целях"[1215].

Поясняя отличие своего всеобще-объективистского понимания "экзистенции" от индивидуальноситуативного подхода представителей экзистенциальной философии, Месснер пишет: "Наше понятие "экзистенции" включает в себя порядок экзистенции для отдельного человека и общества, который каждый человек находит уже обозначенным в своей природе во всеобщих очертаниях и который в частностях ему в соответствующей ситуации надо осуществить, руководствуясь своим разумным познанием и своей разумной волей, на основе чего со свободой у него все отлично. Все направления экзистенциальной философии, поскольку они не считаются с христианским гуманизмом, понимают человека исключительно из его свободы, не связанной с таким экзистенциальным порядком. По экзистенциальной философии, нет никакого нравственного порядка, который обязывает всеобщим и равным способом, невозможна никакая "этика норм", а можно дать лишь "этику ситуации"[1216].

В естественноправовой антропологии Месснера всеобщность требований естественного закона трактуется как внутреннее свойство самой человеческой природы и сочетается с моментами самоопределения и ответственности человека как разумного существа. Естественный закон — это "внутренне присущий природе человека и обязывающий его самоопределение способ действия для достижения поведения, требуемого действительностью человеческого бытия"[1217]. Причем присущая человеческому разуму устремленность к такому поведению, согласно Месснеру, "находится в связи с духовными и телесными склонностями и влечениями человека"[1218]. В этих духовных и телесных склонностях и влечениях и коренятся экзистенциальные цели человека.

В своем критическом анализе марксистской концепции соотношения экономики и права Месснер отмечает, что традиционное естественноправовое учение не отрицает хозяйственно-техническую и идеологическо-политическую обусловленность права. Но оно, подчеркивает Месснер, "отрицает основную идею марксизма о том, что право — побочный продукт, полностью зависимый от технико-экономических отношений. Основная мысль этики естественного права... — это знание о справедливости, которое движет к обеспечению достоинства человека против всякого господства технико-экономических явлений и постоянно склоняет вновь и вновь стремиться к лучшему правопорядку по сравнению с существующим[1219].