Fleurs d'orange (СИ) - Пузыренко Оксана - Страница 77

— Почему ты здесь? Я имею в виду… Это плохо, Стелла! — Я нахмурилась. — Они не должны были посылать тебя!

— Я недостаточно смелая? — С улыбкой поинтересовалась подруга.

— Вообще-то да. — Подтрунила над ней я. — Это опасно. Почему тебя подвергли такому риску?

— У нас не было иного выхода. Кейко Мори приходила в особняк на встречу с тобой, а ее выставили. Столько ругательств на японском я не слышала никогда.

— Кейко приходила? Когда?

— Позавчера. Когда письма от тебя перестали приходить все напряглись. Брендан и Реми сейчас рядом с Сантониумом, в крепости андабатов, что обрамляет левую сторону города. Пробраться сюда не андабату, например, Пирату или Томасу, было бы рискованно. И вот. — Стелла указала руками на себя, как на живую иллюстрацию решения.

Стелла села рядом со мной. Софи притащила стул, который я откинула, и тоже уселась рядом.

— Безумие. Как ты вообще оказалась среди отступников? — От меня не укрылось, с какой легкостью блондинка орудовала именами моих друзей в разговоре.

— Они забрали меня. Точнее, они предложили мне уйти, и я согласилась.

— Но разве твое место было не прекрасным? — Я отбросила ложку и взяла руки своей подруги. — Я слышала, как ты пела, Стелла. Ты хочешь от этого отказаться?

— Пока что выбирать не приходится. Я не ушла из труппы. Но если мне предстоит такое решение, я выберу вас. Брендан рассказал мне, что происходит, Элеонора. А я рассказал ему то, что знаю. Я слишком долго пробыла во дворце, чтобы не понимать, что мир меняется. И я хочу быть на правильной стороне.

Я не узнавала подругу. Нежная, утонченная Стелла, смотрела серьезно, по-взрослому. Небесно-голубые глаза стали будто более мудрыми. Девушка нахмурилась, что-то вспомнив, и крепче сжала мои руки:

— Я знаю на счет Эйдена и Анжелики. Мне жаль.

Я лишь кивнула, ощущая тепло и поддержку подруги. Странно, что я не плакала, когда увидела ее. Наверное, кто-то всегда должен оставаться с ясным зрением, и теперь я давала Стелле возможность сидеть с такими влажными, но все равно красивыми глазами.

— Мистер Батори ненавидет Анжелику. Да и все ее не любят. — Выдала Софи, затем посмотрела на дверь, на место, где должны были быть часы, нахмурилась. — Вы кушайте, мисс, пожалуйста.

Я снова вернулась к еде, принимаясь за второе. Вкуса я все еще не чувствовала, лишь тепло.

— Что ты имеешь в виду? — Спросила я с набитым ртом.

— Их союз — типичный мезальянс. Лорд Эйден выкидывал письма леди Анжелики даже не вскрывая конверты. А она ему писала постоянно. Это все его отец.

— Это не имеет значения. — Хмуро произнесла я, на автомате работая челюстями. — Он сделал свой выбор.

Софи цокнула языком:

— Его сделали за него! Отец лорда — страшные и пугающий человек! Я бы тоже такого послушалась. А я ого-го какая строптивая! — Воскликнула Софи, пылко защищая хозяина. — Каждый раз, если он приезжал в поместье, на юном хозяине лица не было. И слуг он в расчет не ставит. И если честно, я думаю, что лорда Эйдена он ненавидит даже больше, чем слуг. Если он и леди Эванс станут супругами, может тогда он станет свободен от гнета отца?

В болтовне Софи было здравое зерно. Но мое сердце не принимала никакой логики и оправданий. Даже болезнь Эйдена не была для меня оправданием его поведения.

Заметив, что я доела, Софи ловко убрала тарелку в тарелку и составила лишнюю посуду на поднос. Она снова посмотрела на пустующее место часов и закатила глаза.

— Думаешь, уже? — Спросила Стелла, заметив движения служанки.

— О чем вы?

— Настало время вам уйти отсюда, юная госпожа. — Улыбнулась Софи.

Мое сердце забилось быстрее. То есть это не визит, чтобы убедиться в том, что я жива? Это побег? Сначала я обрадовалась, н затем, посмотрев на юную девочку, засомневалась:

— Софи, но как же ты? Ты считаешь, тебе позволят уйти от наказания?

Она пренебрежительно махнула рукой:

— Кто докажет? Скажу, что две госпожи обвели меня вокруг пальца.

Сомнение все равно читалось на моем лица и Софи, видя это, тепло улыбнулась:

— Маленькая мисс. — Обратилась она ко мне словами, которыми меня наделили в поместье, даже если учесть, что Софи была младше меня. — Вы заступились перед старшим лордом за Пьетру. Вы добры и любимы нами, как никто другой. Вы стали одной из нас, а своих мы не бросаем.

В глазах девушке сверкнула решительность и даже какая-то радость. Это дух, присущий тем, кто вступает на тропу мятежа. Я не спутаю его ни с чем. Он загорается тогда, когда вы поступаете так, как велит вам сердце и мораль, даже если знаете, чем это может обернуться. И этот огонек никогда не гаснет, ведь он идет прямо из сердца. Он согревает и ведет за собой толпы.

Я побежденно покачала головой:

— Ненормальные.

— Еще бы! — Воскликнула Стелла. — Я с тобой десять лет рядом спала! Заразилась!

Я не смогла сдержать улыбки, но не успела ответить: за дверью раздался грохот. Затем ругательства, и… Еще один грохот. Я вскинула бровь и посмотрела на девочек. Те имели лица ангелов во плоти.

— Кто же знал, что андабаты не переносят снотворное на обед? — Развела руками Софи, а затем насупилась: — Вот нечего тебя было им кормить и в свободном доступе оставлять.

Я засмеялась:

— Софи, ты — чудо!

Девушка гордо кивнула и принялась развязывать чепчик:

— А теперь, давай меняться одеждой. Вы со Стеллой уйдете, как горничные, пока эти кабаны спят. Дальше рассчитываю на вас.

— А ты? — Спросила я, расстегивая пуговицы платья. От волнения пальцы начали чуть подрагивать, но это было приятное волнение. Я принимала его и желала действовать.

— А я лягу в вашу кровать, маленькая мисс, и сделаю вид, что вы меня одурачили. Бедную и глупую Софи. — Девушка выскользнула из своего платья и бросилась на кровать, утонув в пуховой перине. — Эх, как же здорово! Давно я мечтала понежиться в лордовской кровати!

Я стала натягивать одежду служанки, а Стелла помогала мне справиться с особенностями их формы:

— Чуть не забыла! Где вещь, что давал тебе Торрент?

— Посмотри в ящике стола. Но он не успел объяснить что это.

— Он рассказал мне. — Девушка подошла к столу и, выдвинув полку, стала рыться в ее содержимом.

Через пару секунд, из скопления перьев, ручек и листков, она выудила маленькую черную коробочку с серым экраном. Ее тонкие бледные пальчики стали нажимать на него, а лоб стал хмурым. Вспоминая что-то, наверное, указания Пирата, она посмотрела в потолок и закусила губу. Я подошла, на ходу застегивая платье, и заглянула через ее плечо. Экран не менялся. Еще пару нажатий и каких-то комбинаций:

— Да! — Радостной воскликнула она.

Заинтересованная Софи вынырнула из полога кровати и, ничуть не смущаясь того, что она в одной сорочке, подошла к нам. Экран в руках Стеллы ожил, загорел тусклым зеленым светом и стал выдавать буквы.

— Эйден сказал, что настроил такие штуки ловить чужие сигналы и передавать их нам. Но парочку он наладил для внутренней связи, правда пока что односторонней. Точнее, только сам Пират может посылать сообщения.

Еще пара нажатий и на экране высветилось:

«Элли, ты почему пропала?»

Сразу за ним начали появляться другие сообщения. Очевидно, Торрент слал их, в надежде, что я включу этот аппарат:

«Элли, мы волнуемся».

«Элли, Брендан в ярости».

«Я тоже в ярости».

«Почему я не научил тебя им пользоваться?»

«Брендан в опасности».

Последнее сообщение оглушило меня, как будто таз с ледяной водой. Я выхватила прибор у Стеллы, вчитываясь в слова. Но подробностей не было, только это, последнее сообщение. Датировано сегодняшней датой.

Я сжала коробочку в руке и сунула в карман передника. Затем подняла с пола чепчик, который Софи туда кинула и стала быстро прятать волосы:

— Где сейчас мятежники?

— В скалах. Это на…

— Я знаю где это. Но у нас мало времени. Возьмем лошадь.

Стелла не стала возражать. Я обняла Софи. Глаза девушки отчего-то наполнились слезами: