Избранные (СИ) - Жадан Анна Сергеевна - Страница 40

Меня всю трясло от ее рассказа. Я не ошиблась. Мои родители не продавали меня. Я смогу доказать правду...нет, я смогу уйти и вернуться к ним. Я смогу сбежать.

- Послушай, - Маккенна впивается пальцами в мою руку и поднимает на меня полные слез глаза, - я никогда никому этого не рассказывала с тех пор, как родила. Думала, что боюсь, что они укротили мой дух, но нет. Я ждала. Все это время я ждала тебя. Другого человека, который поставит систему под сомнение, которому будет, за что сражаться. Скилар хороший парень и он говорил, что ты не такая, как все. Что ты сильная, ты храбра. Ты сможешь отомстить Тристану за нас всех.

Я отшатываюсь от нее, потому что голова у меня идет кругом. Скилар совсем рехнулся? Что он ей наговорил? Я не собиралась никого спасать, бунтовать против Просветителей или ставить систему под сомнение. Я хотела тихо убраться отсюда, найти родителей и поселиться в маленькой деревушке где-нибудь в Крайних Землях, где нас никто не найдет. Таков был мой план, а вовсе не складывать голову в борьбе против идеального строя, который создавался столетиями.

- Я...я...- заикаясь, бормочу я, но, думаю, по моему лицу она все понимает.

- Послушай меня, - теперь уже увещевает меня Маккенна, - сколько еще таких детей сидит там и верит, что родители бросили их? Сколько таких еще будет? Ради чего Тристан собирает армию Искупителей? Сколько еще подлостей он совершал? Этот человек...- ее голос срывается, - мог убить все наши семьи.

Меня мутит. Еще секунда и я упаду в обморок.

- Есть те, кто хочет бороться...нам просто нужен кто-то, кто нас поведет. Почему не ты, Эланис? Почему ты не можешь помочь кому-то кроме себя?

- Я не революционерка, - шепчу я. - У меня не хватит сил. Я не могу брать на себя ответственность за вашу жизнь, за жизнь других людей. Это...слишком для меня.

Ее пальцы впиваются в мою рану, но я не издаю ни звука. Боль отрезвляет меня, мерными волнами разливаясь по венам.

- Ты уже взяла на себя ответственность за мою жизнь, - твердо произносит она.

- Почему вы верите в меня?

- Я знаю Скилар с младенчества, а он видит людей насквозь. И он сказал, что ты - наша надежда. Я склонна ему верить.

Скилар? Скилар, который и слово боится сказать против Просветителей? Да что здесь происходит?

- И что же мне делать? - спрашиваю я первое, что приходит на ум.

- У тебя есть друзья. Обратись к ним. И, что еще важнее, заведи их себе побольше. В самый трудный час они тебе понадобятся. Ты думаешь, что вся твоя история заканчивается на той фазе, где ты возвращаешься к своим родителям, но она станет началом чего-то куда большего. И ты уже не сможешь это остановить.

Нас прерывает широко распахнувшаяся дверь, и мы в испуге отпрыгиваем друг от друга. Маккенна прячет руки за спину, как будто любое проявление сочувствия по отношению ко мне отбрасывает тень на ее репутацию.

Женщина вся в муке и с очень усталым, вытянутым лицом, держит за руки двух детей лет двенадцати и тринадцати - мальчика и девочку. Оба с любопытством на меня поглядывают.

- Маккенна, они повсюду искали тебя, - хриплым голосом произносит женщина, бросая на меня равнодушный взгляд.

- О, конечно, конечно, - бормочет Маккенна, хватая детей за руки.

- Привет, - скромно улыбается мне девочка.

На ней сшитое из шерсти платье и видно, что ей очень жарко. На мальчике такой же сшитый костюм, и он совершенно не скрывает, что хочет поскорее куда-нибудь исчезнуть.

- Привет, - улыбаюсь я в ответ, - как тебя зовут?

- Алвена, - она показывает мне идеально белые зубки, - в переводе - друг эльфа. А тебя?

- Эланис. В переводе - сверкающая звезда.

Она кивает, как будто мы связали себя друг с другом общим секретом.

- А это, - она тычет пальцем в мальчика, - Генри. В переводе - зануда.

Мальчик обиженно фыркает:

- Сама ты зануда!

Я вижу, как Маккенна боится, как она выталкивает своих детей из каморки и бросает на меня быстрый, последний взгляд.

В ее глазах мольба. Отчаяние.

Я прекрасно понимаю, что она для меня сейчас сделала - как рискнула всем и изъявила истинную отвагу. Только она проявила по отношению ко мне ту храбрость, которой у меня самой нет. Я боролась за то, что считала правильным - за своих родителей, но я не готова принять на себя груз борьбы за всех остальных. Да и против кого нам надо бороться? Против короля? Против Просветителей? Может, против Оракул? Для меня корень проблемы заключается в Тристане, потому что он стоит за контрактом моей семьи, но, вероятно, масштаб картины куда больше. Однако мне не хочется выяснять. Я не смогу никого за собой повести, потому что это может сильно мне аукнуться и хуже станет всем - мне, моим родителям, Искупителям, Маккенне. Мы ничего не добьемся, а кончится все лужей крови. Это будет Слепая война в более сжатых масштабах - смертоносное оружие против смертоносного оружия.

Я замечаю свое отражение в ведре с водой. Склоченные, рыжие волосы, потерянный взгляд зеленых глаз. Я просто не верю в свою победу. Господи, да я даже себя спасти не могу.

Тряхнув плечами, я ободряюще улыбаюсь Маккенне, мол, все получится, я на твоей стороне. Мне хотелось поблагодарить ее за силу и упорство, но в кухне находилось слишком много людей и нам обеим не хотелось, чтобы нас видели вместе.

Проходя мимо, я тихо шепчу ей "спасибо", треплю по волосам деток и чувствую, как она в последний раз сжимает мою руку. Я улыбаюсь ей, но улыбка сдавливает мне лицо, ведь я прекрасно понимаю, что никогда не смогу выполнить то, о чем она меня просит.

В свою комнату я вернулась ближе к полуночи, когда весь дворец уже понемногу расходился ко сну. Однако, к своему удивлению, на своей кровати я увидела не рассерженную Нору в ночнушке, а принца Адриана.

Он задумчиво листал одну из моих книг, но, как только я вошла, тут же отложил свое занятие и поднялся с кровати.

- Не ожидала вас здесь увидеть, ваше высочество, - чуть охрипшим голосом проговорила я.

Последние несколько недель пропастью легли между нами, и я это чувствовала. Ощущение неловкости явно не покидало никого из нас, потому что он мялся на месте и прятал глаза, как будто ожидал, что я сама заведу разговор.

- Я был занят, - прочистив горло, высказался Адриан.

- Какие-то неприятности в королевстве?

- Ничуть.

Я жду продолжения, но он молчит, уперев взгляд в пол. Зачем он вообще сюда пришел, если не собирался ни о чем говорить?

- Что ж, думаю, вам пора отправляться ко сну. Я тоже устала.

- Погоди.

Я вздрагиваю, когда Адриан подходит ближе и дотрагивается до моей руки.

- Все это время я думал о твоих словах. О том, на каких правах ты здесь находишься...и я начал задавать вопросы самому себе. Отцу не нравится, что я общаюсь с тобой, но я не могу держаться от тебя подальше, потому что ты...заставляешь меня смотреть на вещи по-другому.

Он набирает в легкие побольше воздуха:

- Перестав задавать вопросы о деятельности отца, я начал задавать вопросы себе. Каким правителем хочу быть я? Каких людей хочу вести за собой? И знаешь...я пришел к выводу, что меньше всего хочу быть похож на своего отца. Эланис, я готов помочь тебе. Я помогу тебе найти родителей, а когда взойду на престол, распущу Искупителей. Хватит забирать детей взамен на деньги, хватит делать из них холодное оружие. Если информация об этом просочится, мы можем ввязать себя в очередную войну с регионами, а мне это ни к чему - нам всем это ни к чему. Я хочу, чтобы ты и все остальные дети, которых лишили семьи и дома, обрели свободу.

Поверить в это не могу. Адриан Лакнес - сын короля Тристана и заявляет нечто подобное? Но почему? Неужели люди действительно способны измениться, если сильно того захотят, если увидят негативный пример, если начнут делать свои выводы?

Но могу ли я доверять ему?

Слишком много вопросов.

- Я ценю ваши слова, - наконец произношу я.- И, если вы действительно хотите мне помочь, то есть одно дело, с которым я хотела бы разобраться. Возможно, оно покажется вам пустяком, но я прошу вас довериться моей интуиции. Так же, как и я доверюсь вашим словам.