Избранные (СИ) - Жадан Анна Сергеевна - Страница 42

- Ну что? - подает басовитый голос Элуа, - заберем ее сейчас?

Вал прожигает меня взглядом, но я качаю головой:

- Еще не время. Дождемся ее седьмого дня рождения.

- В этом нет смысла, - закатывает глаза Джозеф. - У девочки будет только больше ненужных воспоминаний о родителях.

Я не думаю, что воспоминания о семье, какой бы она не была, могут быть ненужными. Сам не могу объяснить, почему оттягиваю этот момент, ведь Джозеф по-своему прав, но почему-то от одного взгляда на эту девочку мне вспоминается Эланис. Ведь несколько месяцев назад я точно так же сидел в засаде и наблюдал за тем, как она выходит во двор, чтобы потрепать по загривку лошадей, а ее рыжие волосы развеваются на холодном ветру. Как она стоит у забора и смотрит вдаль, будто мир слишком тесен для нее. Порой мне хочется, чтобы я никогда не забирал ее. Чтобы король так и не узнал о ней, чтобы не послал нас на слежку, чтобы она уехала и жила где-нибудь далеко со своими родителями. После того, как я отобрал Эланис, каждое мое задание становилось личным, интимным. И мне это нравилось меньше всех.

В такие минуты я всегда вспоминаю о преданности королю, о своих обязательствах, о статусе капитана Элитного отряда. Колебания - это совсем не то, чему меня учили.

Но дать Элоди еще несколько дней - вовсе не проявление слабости.

Я поднимаюсь с колен, и мои братья следуют за мной. Судя по насмешливому взгляду Джозефа, я поступил неразумно, но мои решения неоспоримы.

Мы медленно исчезаем в ночи, но впервые на душе у меня по-настоящему тяжело. В следующий раз мы вернемся сюда, чтобы забрать эту девочку навсегда.

Глава семнадцатая

Эланис

Сама жизнь похожа на морские волны: сначала кажется, что ничего не меняется, но однажды замечаешь, как много боли унесла вода.

Джоди Пиколт. Ангел для сестры.

Три дня назад мне сделали татуировку - солнце и четыре луча. Полагаю, меня официально приняли в секту. Пока мне вводили чернила под кожу, я вспоминала, как месяц назад корчилась от ужаса при мысли о том, чем именно может оказаться эта татуировка - чипом, информацией, страшным ядом...теперь же мне было все равно. Какая разница, если у них появится очередной способ слежения за мной? Я и так отсюда не сбегу.

Скилар избегал разговоров о Маккенне, но, судя по его взволнованному выражению лица и быстрых взглядах, которые он кидал на меня, ему все же было что-то известно. В Солнечном городе воцарилась мрачная атмосфера, которая впервые полностью соответствовала внешнему виду этого места.

Последние несколько дней я провела в раздумьях и тренировках. Тренировал меня, разумеется, Эйдан, но я была слишком рассеянна, чем чертовски его раздражала.

- Соберитесь, Эланис! - цедил он. - Эти испытания важнее всех балов и встреч, которые будут в вашей жизни.

А то-то я не знала. Но слова Маккенны, ее надежды...все это не шло у меня из головы.

Я получаю сильный удар по голове и прихожу в себя. Эйдан смотрит на меня, стоя чуть поодаль в комнате для тренировок, и тяжело вздыхает.

- Вы абсолютно, невыразимо, тривиально бесполезны.

- Ценю твою поддержку, - стогну я, разминая ноги.

Он складывает руки на груди, и я делаю резкий выпад вперед, целясь ему в адамово яблоко. Его лицо едва заметно подрагивает, но он моментально перехватывает мою руку, тянет на себя и прижимает меня спиной к своему животу.

- Признайся, я застала тебя врасплох, - хриплю я.

Я чувствую его тяжелое дыхание над моим ухом, и мое тело начинает покалывать. Запястье горит в том месте, где его пальцы соприкасаются с моей оголенной кожей. Я откидываю голову назад и прижимаюсь к его плечу, стараясь отогнать ненужные мысли.

Его дыхание обжигает мою шею.

- Ни капли.

Он разворачивает меня, и связь между нами пропадает. Его глаза смотрят по обычаю насмешливо, как будто ничего не изменилось в этом саркастичном, бесчувственном теле.

Я прячу лицо, чтобы он не увидел краску, которая залила мои щеки. В глубине души мне хочется узнать, почувствовал ли он хоть долю того, что испытала я, но даже мысль об этом кажется безумием.

Я не должна думать обо всем этом. Меня тянет к Эйдану, но все это плохо закончится - и прежде всего, для меня. Я стараюсь напомнить себе о своих целях и о том, что идея доверять главному приспешнику короля могла прийти в голову только абсолютному глупцу, но ничего не могу с собой поделать. С каждым днем Эйдан становится все менее капитаном для меня и все более моим другом. Однажды моя нарастающая привязанность к нему без сомнения встанет между нами и бросит мне в лицо необходимость принимать решение, к которому я не буду готова. Я впиваюсь в ладони ногтями, стараясь переключить внимание на боль, которая в кои-то веки не имеет ничего общего с душевными страданиями.

- Вы будете драться против любого Искупителя, чье имя выпадет вам во время жеребьевки, - прочистив горло, говорит Эйдан. - Вам может повезти, а может и не очень. Во время второго испытания вам придется сдерживать магию самой Оракул, поэтому советую вам потренироваться с...его высочеством.

Он произносит титул Адриана так, как будто жует кислую конфету.

- А третья часть испытания мне неизвестна. Обычно она на умение пошевелить мозгами или на элементарные принципы выживания. К ней невозможно подготовиться.

Я киваю, оглядывая оружие, стройно сложенное на стенах и столах вокруг нас.

- Бой будет рукопашным?

- Необязательно. Выбор оружия тоже будет определен с помощью жеребьевки. У вас есть шансы с тремя видами оружия, - он подходит к острой шпаге и пробегает по ней длинными пальцами, - с вот этим.

Затем он переходит к рапире с узорчатой рукояткой.

- Вот этим.

Он поднимает глаза на меня, и я перестаю дышать.

- И с вашими руками.

Сглотнув, я оглядываю лук, арбалеты, булавы, цеп, серп, стилет, копье, багор и множество всякой всячины, которой заполнен зал для тренировок, и почти с умиротворением понимаю, что мне конец.

- А если меня покалечат? - тихо спрашиваю я.

Весьма резонный вопрос в такой-то ситуации, но он заставляет Эйдана посмотреть на меня с легким разочарованием. Я понимаю, что ему хочется сделать из меня идеальную машину для убийств, какой является он сам, но в отличие от него, мне не хочется сложить голову за короля Тристана, не издав ни единого звука.

- Не переживайте. На вас будет защитный костюм, и никто не станет рубить вам голову. Если только вы не нажили себе врагов среди Искупителей, - он медленно смеется, чем зарабатывает мой гневный взгляд. - Ну и вы, будьте добры, держите себя в руках. Не нужно наглядно демонстрировать свой характер.

Я киваю, и между нами повисает неловкое молчание. Эйдан проводит рукой по волосам и оглядывается по сторонам, как будто собирается уйти.

- Эйдан?

Он поднимает на меня взгляд.

- Да?

- Можно вопрос?

Капитан облокачивается о стол и пожимает плечами.

- Как хотите.

- Ты близок с Оракул?

Не знаю, почему этот вопрос все же сорвался с моих губ. Это не моего ума дела, но мне так не хотелось верить, что у сына и матери есть хоть что-то общее. Я лучше любого другого знаю, что капитан готов на многое - если не на все - ради своего правителя, но все же...я надеюсь, что он не такой, как моя учительница, чей взгляд исполнен холода, а сердце - червей.

- С каких это пор вы стали моей подружкой, Эланис? - усмехается он.

- Просто подумала, что раз мы проводим вместе целые сутки, то я могла бы что-то узнать о тебе.

Он задумчиво кивает, прислонив голову к стене.