Избранные (СИ) - Жадан Анна Сергеевна - Страница 63

Я поднимаюсь с пола и стою, глядя ему в глаза. Понимаю, что любое сказанное мною слово будет воспринято им, как красная тряпка. Ему нужен повод. Малейший повод, чтобы я доказал, что поддался искушению.

Перед глазами с дичайшей ясностью встает картинка: распростертое, бездыханное тело Эланис посреди коридора. Я подбегаю к ней, но все, что я вижу - это море крови и потухшие глаза, которые еще недавно светились так ярко, что могли бы озарить весь этот чертов мир. Я никогда этого не допущу.

Мое сердце разрывается на две части. Король и Эланис тянут меня в противоположные друг другу стороны, но выбрать означает отказаться от одной из своих сущностей. Я всю жизнь прекрасно осознавал, что для меня - "правильно". Правильно - это служить моему единственному отцу, отдать за него жизнь в бою и умереть истинным воином. А потом появилась одна своенравная, любопытная Искупительница, которая слишком сильно любила своих родителей, и меньше, чем за полгода, поставила всю мою жизнь под сомнение. Я знаю, кому принадлежит моя шпага. А вот с сердцем начались проблемы.

Король вздыхает, потирая пальцами переносицу.

- Мы поступим так, - наконец говорит он, - Эланис останется во дворце и будет служить живым назиданием тебе. Если в будущем это повторится, тебе придется вспомнить этот момент и осознать, что ее кровь на твоих руках. И если появится еще одна девчонка, в которую тебе вдруг так сильно захочется влюбиться, тебе опять придется вспомнить этот момент и осознать, кто для тебя должен стоять на первом месте. Мои Элитовцы безупречны, а их верность - несомненна. Если даже мой капитан ставит само это определение под сомнение, то вся система, которую я выстроил вокруг себя, не имеет никакого смысла. Ты не посмеешь делать из меня идиота, Эйдан. Ты понял меня?

Я киваю, склоняя голову.

- Сын мой, - смягчается король, - я оставляю ее ради тебя. Потому что ты для меня важнее всех остальных. Ты - мой единственный истинный сын. Адриан - тряпка, Эсмеральда с Селестой никогда не станут настоящими воинами, а все эти просвещенные - всего лишь набитые чучела без души. Ты - не просто Элитовец, не просто мой капитан. Ты - моя последняя надежда.

Я знаю все эти слова, которые когда-то медом растекались по душе брошенного всеми маленького мальчика. Я помню, как надо мной стояла мать и щурила глаза перед тем, как задать очередную порку за непослушание монахам, а после всегда приходил король и помогал залатывать мои раны. Кого он делал из меня? Истинного воина или его верную собачку? Мальчик во мне все еще задается этими вопросами, а вот для капитана Элитного отряда они бессмысленны.

Единственный раз, когда я поставил свою верность под сомнение - это когда Эланис протянула мне черную книжку. Выжженное на бумаге доказательство того, что отец меня обманывал.

- Отец, - говорю я, подняв на него глаза, - могу ли я задать вам вопрос?

Он мягко улыбается мне и откидывается на стуле.

- Разумеется, сын мой.

Я не могу побороть сомнения в моей душе. И больше всего на свете я ненавижу чувство несовершенства. Единственный способ избавиться от этих навязчивых мыслей - высказать их вслух.

- В библиотеке я нашел книгу, в которой было досье на членов Элитного отряда. В моем упоминалось имя моей сестры - Корал, - я пристально смотрю на него, - что вы можете сказать по этому поводу?

Лицо короля меняется в миг. Он белеет, выпрямляется на стуле и выглядит таким разъяренным, каким я не видел его никогда.

Я слышу, как тихо испускает вздох стоящий позади Аластер.

- И когда же это было, Эйдан? - кричит, брызжа слюной король, - когда ты прижимал эту чертову Искупительницу к стеллажам?

- Ответьте на мой вопрос, - рычу я в ответ.

Король в бешенстве вскакивает и ударяет ладонями по столу:

- Ты не имеешь права ничего у меня требовать, понял, щенок? Но я отвечу на твой вопрос, потому что я придерживаюсь своих позиций. Да, у тебя есть сестра. Она не обладает никакими особыми дарами, живет в деревушке Лакнеса в приемной семье и вполне счастлива. А знаешь, почему? Потому что, - кричит он, - я обеспечил ей это счастье!

- Почему вы не рассказывали мне о ней?

- Ты что, сам ничего не понимаешь? Чтобы у тебя было меньше соблазна бросить свою миссию! Все это время я заботился о тебе, даже о чувствах, которых быть у тебя не должно. Черт возьми, да лучше бы я мог просветить тебя! Ты должен был быть исключительным капитаном, потому что у тебя еще осталась сила воли, но все, что ты делаешь - это ставишь меня и мою преданность под сомнение.

Он вздыхает и взмахивает рукой в мою сторону, глядя на Аластера:

- Уведи его в темницу. Не хочу его видеть. Скажи братьям, что Эйдан будет отсутствовать в течение недели. Капитана на это время я назначу сам, - он прожигает меня взглядом: - а если наш старый капитан не одумается, то придется назначить нового человека на эту позицию на все время.

Я без всякого выражения смотрю на него. Король отомстил мне за то, как я с ним поступил, но он сам учил меня, что месть - удел слабых. Его объяснение по поводу моей сестры получилось слишком неубедительным - не было ни одной достойно причины скрывать ее от меня. Монахи действительно кое-чему научили меня. Ложь возводит стены между людьми.

Я все еще верен королю. Возможно, теперь я отчасти верен еще и кому-то другому.

Девушке с огненными волосами.

Аластер подходит ко мне, но я стряхиваю с себя его руку.

- Я сам пойду.

Никто из моих братьев не будет отводить меня в темницу.

- Поклонись мне, - раздается тихое рычание за спиной.

Я разворачиваюсь и склоняюсь перед королем. Он не убил мою преданность ему - слишком долго она во мне росла. Он изменил мою точку зрения.

Я покидаю зал Советов под гнетущее молчание. Наконец, Аластер произносит:

- Тебе не стоило этого делать, Эйдан. Сам знаешь - ты должен был показать, что предан ему. Только этого он от тебя и ждал.

- Корал - это моя семья, - произношу я, - как и король. Я имел право знать.

- Да брось ты! Ты даже не знаешь девчонку. А эта Искупительница...черт, не знал бы тебя, решил, что ты совсем умом тронулся.

Аластер был прав. Я начал забывать о том, кто я, поэтому и отправляюсь в темницу дворца.

Может, все это и к лучшему.

Мы с Аластером поворачиваем в главный коридор и видим Эланис. Она ожесточенно спорит о чем-то с двумя Хранителями, которые настойчиво тянут ее за обе руки. Она замечает нас и ее зеленые глаза вспыхивают, как будто она тут же все поняла.

- Эйдан! - кричит она, пока Хранители волокут ее прочь от меня, - Эйдан!

На ее одежде кровь, ответственность за которую лежит на мне. Король ясно дал понять - в следующий раз он не позволит мне остановиться, а я не знаю, как поступлю. Ей будет лучше, если она забудет о моем существовании.

Аластер внимательно наблюдает за мной, пока я смотрю, как Эланис волокут прочь от меня. Она оборачивается через плечо и от ее взгляда у меня разбивается сердце, которого, как я думал, у меня вообще уже не осталось.

- Ты должен бороться, Эйдан! - кричит она, - у тебя еще есть за что бороться!

Она исчезает в темноте коридора, и я могу выдохнуть. Эланис не понимает, что именно это я и делаю. Я борюсь за нее.

Аластер откидывает капюшон и со странным чувством, отдаленно напоминающим мне сожаление, смотрит на меня:

- Пойдем, брат. Я должен отвести тебя в темницу.

Глава двадцать третья