Я мисс, и мне плевать (СИ) - Секирина Мария - Страница 45

Много веков спустя, когда в тех краях вновь зазеленела трава и проросли деревья, туда пришли другие люди. Они засеяли землю, стали разводить скот, в общем, зажили обычной мирной жизнью. И принесли с собой своего бога, а из жриц, служивших ему, были выбраны три и назначены правительницами. Новый бог не нуждался в проводниках, а старые больше не являлись людям.

Я рос на легендах, которые читал в книгах или слышал от родителей, одной из них была история о Кодарде-Мятежнике. И с самого первого раза, как я ее услышал, у меня возник один простой вопрос: если все очевидцы событий пали пред гневом божьим, кто тогда поведал эту историю остальным? Мне бы сделать вывод, что вся  легенда целиком и полностью выдумана, да и покончить с этим. Но я решил иначе и постоянно пытался отыскать скрытые логова и убежища, в которых по моим рассуждениям прятались потомки тех проводников, кто выжил, - дедушка улыбнулся, вспомнив детство.

- Вступив в возраст зрелости, я разочаровался в тех идеях и стал жить дальше. Этому способствовала встреча с Клидой, твоей бабушкой, - он заглянул мне в глаза и улыбнулся. – Эти пронзительные желтые глаза достались тебе от нее. Я построил дом, в котором мы поселились и прожили долгих тридцать лет. Рождение твоей мамы было одним из самых счастливых событий в нашей жизни. К тому моменту о мечтах детства я перестал и вспоминать.

Мариэлла росла смышленой девушкой, интересовалась знахарским делом, любила читать. Наша дочь была такой доброй и наивной, что я переживал, как бы она не отдала свое сердце плохому человеку. Но время шло, парни, пытавшиеся завоевать ее любовь, уходили ни с чем, твоей матери интереснее было провести вечер с новой книгой. Оттого к моим переживаниям добавился страх, что моя любимая дочь проживет всю жизнь в одиночестве. Но все прекратилось, когда в наших краях объявился твой отец.

Будучи образованным молодым человеком, он поехал в путешествие, чтобы собрать ценные знания, которых с нашей стороны моря было в избытке. Проблема заключалась лишь в том, что на другую сторону Большого моря перевозились лишь готовые товары, в то время как рецепты их изготовления ревностно охранялись Хранителями. Их с раннего возраста обучали в специальных школах, чтобы по окончании те смогли посвятить себя служению народу. Чтобы прикоснуться к тайне, желающему нужно было приехать лично, доказать, что он достоин этого знания и принести магические обеты о неразглашении.

Мы с Рикардом познакомились, когда он проезжал мимо и попросил остановиться на ночлег. Во время вечерней трапезы, он показал себя, как очень образованный и обходительный молодой мсье. Мариэлла чувствовала себя с ним комфортно с самого первого слова. А на следующее утро твой отец попросил руки нашей дочери. Я хотел верить первому впечатлению, но в почтенном возрасте эмоции не являются веским аргументом. По-хорошему, надо было только спросить мнение твоей матери и дать ей право решать свою судьбу самостоятельно. Но я желал уберечь ее, а для того убедиться в том, что впечатление, которое производит человек не обманчиво, нужно было провести испытания. То, что Рикард искал способ приобщиться к тайным знаниям, подходило как нельзя лучше.

Говоря это, Перитас выглядел огорченным, будто заново переживал те эмоции, что когда-то испытал. Увидев такие перемены, в его прежде спокойном лице, я встревожилась, ожидая услышать, что после этого произошло что-то неприятное, а может и страшное.

- Поговорив, мы с твоим отцом условились на том, что, я дам свое согласие на брак, если он вернется от Хранителей просвещенным. Ну и, конечно, если моя дочь этого захочет. Многие, признаться честно, даже приехав лично, не удостаивались чести прикоснуться к древним рецептам уникальных зелий и снадобий. Но Рикарду это удалось.

Со дня, как он покинул наш дом, прошло не меньше полугода, и я уже уверился в том, что обратно жених не вернется. Омрачало мой покой лишь настроение дочери. Мариэлла часто бывала задумчива и прежде, но с уездом твоего отца, каждый ее день стал сводиться к бесконечному чтению книг и продолжительному сну. Она не замкнулась в себе, стабильно ела, даже порой улыбалась. Но станет ли счастливый человек искать утешение в книгах и снах?

Я корил себя постоянно, - дедушка даже по прошествии стольких лет выглядел так, будто до сих пор не мог себе простить. - И даже моя любимая Клида не могла меня утешить. Скоро у меня созрел план, который заключался в том, чтобы поехать к Хранителям и привезти юношу к нам. Сохранив цель своего отъезда втайне от дочери, я попрощался с женой, седлал коня и поехал в погоню за ускользающей надеждой. До ближайшего к нам Хранителя было три дня езды, но каковы были шансы, что я найду Рикарда там? Они были ничтожно малыми. Прошло полгода, за которые твой отец мог бы успеть объездить все десять Хранителей и уплыть обратно в столицу.

Встретивший меня жрец, сморщенный, словно изюм, Мираксас подтвердил мои опасения, но также сообщил, что жених смог пройти испытание и получил доступ к части тайн, которыми заведовал этот жрец. Эта новость немного улучшила мое настроение, и я продолжил свой путь. Еще четыре Хранителя ответили точно также. К тому моменту, как я добрался до шестого, я был в пути уже месяц и опасался, что если Рикард не был еще с этой стороны Большого моря, когда я выезжал, то мог уплыть, пока я его разыскиваю. Просто следовать намеченному плану было легче, чем поддаваться терзаниям, потому я убеждал себя в том, что вскоре найду его, а если нет, значит, к моему приезду он будет уже ждать меня дома, вместе со счастливой Мариэллой и довольной Клидой.

Мой настрой претерпел изменения, когда я прибыл к шестому Хранителю – Джереку. Он был самым молодым из десяти и самым гостеприимным из всех, что встретились мне на пути. Предложив мне выпить с ним чаю, он сказал то же, что и все остальные. Был, мол, испытания прошел, знания получил, обеты принес, уехал. Но было еще кое-что. Здесь стоит упомянуть, что мы с отцом Джерека были знакомы в детстве, он не разделял моих увлечений древними легендами, но всегда внимательно слушал мои рассказы. Став старше, я часто брал книги из его обширной библиотеки.

Джерек знал о моих былых увлечениях по рассказам отца, да и сам иногда, будучи маленьким, просил рассказать ему какую-нибудь историю, что я с удовольствием и проделывал.

Когда мы обменялись новостями, и я собрался было уходить, Хранитель напомнил мне о былых временах и сказал, что у него есть кое-что для меня.

- Может даже этим я смогу отплатить Вам за все те чудесные вечера и истории, - на такое утверждение я лишь улыбнулся, подумав, что Джерек раскопал какую-нибудь древнюю легенду, и решил рассказать мне, думая, что я о ней не слышал.

Все, однако, оказалось несколько иначе.

- Дядя Перитас, Вы потратили так много времени на изучение народа божьих проводников, вы все еще помните что-нибудь о них?

- Да, Джерек, я вдолбил в свою голову эти знания так крепко, что запомнил их на всю жизнь. Хотя, признаться, с возрастом я начинаю понемногу забывать.

- Вы помните, как описывалась их внешность?

Ответить на этот вопрос не составило труда, ведь в детстве и юношестве я часто воображал себе встречу с одним из них. Мне до того момента изредка, но все же снились сны, в которых происходит подобное событие.

- Конечно, - ответил я ему. – Их кожа, прочная, как железо, имела глубокий цвет. У разных великих родов он был разным. Например, у Кодарда Мятежника цвет кожи был темно-синим, или, как его называли древние сказители, индиговым. А у Аризны Прекрасной – изумрудным.

Мне стало любопытно, к чему он клонит, и Джерек не заставил себя упрашивать. Он понизил голос:

- Парень, которого вы ищете, имеет темную кожу, которое скрывает под сильным мороком. Я увидел это на испытании, которое требовало обращения к истинной сущности.

Меня такое предположение рассмешило, но из уважения к статусу Джерека, я сдержался.

- Откуда у Вас такая уверенность? Вы ведь не разглядели цвет точно, может статься, он всего лишь выходец из более жарких южных земель? Я встречал таких и не раз, их цвет кожи темный из-за того, что солнце в тех краях греет так сильно, что грозит поджарить.