Небесные корабли (СИ) - Соловьёва Кира Александровна - Страница 19

- И ты перелезешь? - скептически уточнил Эльва. - Перелезешь и не убьешься?

- Нет причин, - поразмыслив, буркнул Эхэльйо. - Стена невысокая.

И, не заморачиваясь дальнейшим разговором, воткнул когти в щели между плитами и пополз вверх, прижимаясь грудью к твердыне. Заинтригованный некромант пронаблюдал, как он взбирается на верхушку, где время от времени обязаны ходить дозорные, и прыгает в пустоту.

- Ужас, - пробурчал он себе под нос. - Я бы на такое не пошел.

- Вы человек, - любезно подсказал кто-то.

Парень дернулся и обернулся:

- Не подкрадывайся, Зангет!

Маленький вампир улыбнулся:

- Вы не волнуйтесь, я его знаю. Эхэльйо - хороший дядя, он вас не подведет. И на господина Сулшерата не обижайтесь, он на деле вовсе даже не трус. Просто боится, что никто другой не в силах нас воспитать, и кудахчет, как наседка. Это опасно! И вон то опасно! И вон то, и вон то, и вон то! Мы его ученики и должны слушаться. А вы - нет. Будьте осторожны, господин Эльва Тиез де Лайн, и возьмите с собой... - Зангет протянул некроманту сумку, забитую хрустальными флаконами, - ее.

Парень расстегнул металлическую застежку и с недоумением вытаращился на ребенка:

- Твоя кровь?

- Именно так, - благосклонно кивнул тот. - Моя кровь. Она вас выручит, если случится что-нибудь... непредвиденное. Не надо благодарить! - мальчик рассмеялся и быстро зашагал прочь. - Я поступил согласно своим эмоциям, и я доволен.

Зангет поднял ладонь и взмахнул ею, прощаясь. Затем шагнул в темноту смежного коридора и исчез.

Эльва вернулся в свою спальню, собрал вещи и подхватил топор. Прикинул, не одолжить ли еды на кухне, но почти сразу отказался от этой затеи. Внезапный уход одного из некромантов может натолкнуть обитателей цитадели на мысль, будто он затеял что-то плохое.

- Зайду на рынок в ближайшем городе, - пробормотал парень, на ходу изучая карту.

Большая часть дорог Морского Королевства тянулась с юга на север, изгибаясь у твердынь, построенных рядом с открытым морем, и редких деревень. Крохотные пятна озер - но ни единой реки, тонкие наметки рощ - но полное отсутствие густых лесов. Восемь цитаделей, шесть городов. Или пять, поправился Эльва, - ведь Кленкар уже давно заброшен, несмотря на снятое проклятие.

У ворот некроманту попались стражники. Впервые за ночь, и он несколько изумился. Значит, входы-выходы охраняются, а сама обитель солдат - нет? Мол, кому надо, тот сам проснется и убьет перелезшую через стену нежить. Или не проснется, потому что она голодная и не станет вызывать людей на поединок, полакомившись спящими.

- Господин Тиез, - растерянно сказал тот стражник, что стоял в кругу дрожащего света факела. - Куда вы направляетесь?

- Хочу прогуляться, - легко соврал парень. - Заодно проверю, всех ли гильвиров мы уничтожили. Странная была стая. Обычно они гораздо умнее и, что немаловажно, хитрее. Меня это настораживает. Может, нам достался всего лишь молодняк, наивный и кровожадный, а твари постарше сидят в засаде и ждут, пока мимо них пройдется вкусненький человечек.

- Ну и шутки у вас, - вытер лоб стражник. - Ладно, проходите. А если из кустов на вас кто-то выпрыгнет, кричите погромче - мы гарнизон поднимем.

- Вот спасибо, - иронично отозвался Эльва. - Полагаю, он как раз успеет явиться, когда нежить будет обгрызать мои косточки.

Солдат натянуто рассмеялся. Некромант одарил его зловещей улыбкой, погладил черепа на поясе и двинулся по первому южному тракту, постепенно приближаясь к ограде кладбища. Трупы нежити пропали - вероятно, формулы развоплощения справились.

Лунный свет ложился на траву, полоскался в ней под прикосновением ветра. Гротескная фигура Эхэльйо казалась статуей, памятником, скульптурой, но никак не живым созданием. Серо-голубые глаза посмотрели на подошедшего парня, мигнули, обросли гранями вертикального зрачка, и двухголовый изрек:

- Долго же ты бродил.

- Сколько надо было, столько и бродил, - поморщился Эльва. - Мне, между прочим, несостоявшийся ученик подарил тринадцать флаконов крови.

- А что, ты пьешь человеческую? - удивился Эхэльйо.

- Да нет же. Этот ученик - вампир, и он посчитал, что алая жидкость поможет мне выбраться из всяких будущих передряг.

Двухголовый пожал плечами, отчего его спина странно содрогнулась:

- Дети племени наровертов редко ошибаются. На твоем месте я бы восхвалял Богов за то, что они даровали мне встречу с таким полезным ребенком. - Он огляделся, вышел на дорогу и предложил: - Пошли, пока можно идти по ровному. Днем придется свернуть в поля, подальше от случайных свидетелей. Люди, знаешь ли, очень пугаются, когда меня видят.

Некромант поравнялся с ним, свернул карту трубочкой и сунул во внутренний карман куртки.

- У нас даже хлеба нет. Нужно зайти в какую-нибудь деревню.

- Потерпим до Элеасты, - возразил Эхэльйо. - А пока что вот.

Он бросил Эльве тугой сверток, набитый сыром, луком и помидорами. На дне, стиснутая тканью, валялась фляга с водой.

- Неплохо, - оценил парень. - Где раздобыл?

- В цитадели. Стерегут ее не очень старательно, - хохотнул двухголовый.

Некромант развеселился тоже:

- Да, я заметил. Если устроить там шабаш и позвать половину окрестных ведьм, никто не забеспокоится.

- А ведь Сова должна быть символом того, что варвары из-за моря не смогут высадиться на берегах Морского королевства. Хороший символ, не правда ли? Тут не только варвары, но и заклинатели драконов без труда проберутся. Я, конечно, верю в тактическую важность птичьих цитаделей, но гарнизонам следует вспомнить о дисциплине.

- Поддерживаю.

Эльва обнаружил, что проклятый по-прежнему использует для беседы только левую голову. Правая остается неподвижной, и красивое эльфийское лицо, обрамленное темными кудрями, напоминает гравюру из научных работ по межклановым отличиям остроухих. Потрясающе чистая кровь семьи Айнэро, не разбавленная ни человеческой, ни какой-нибудь другой кровью.

Некромант не единожды слышал, что чистоту крови эльфы превозносят. Однако не понимал, почему она так важна - тем более что по миру, словно болезнь, распространялось поколение полукровок. Смешанное потомство остроухих и смертных, остроухих и вестников несчастья , остроухих и стаглов, остроухих и вампиров. Создавалось впечатление, что эльфы пытаются поделиться с другими расами частицей своего бессмертия, но не могут достигнуть результатов.

Дайра и Шимра начали постепенно гаснуть, а далекие звезды - выцветать. Теперь они выглядели блеклыми огоньками, не способными разогнать ночную тьму. Последняя, кстати, становилась все чернее и ощутимее, будто не желала впускать рассвет. Однако, невзирая на ее усилия, полоса горизонта расцвела зеленым, и в тот же миг Эхэльйо велел:

- Поворачиваем.

Эльва повиновался. Под подошвами его высоких сапог зашелестели стебли. Пахучее разнотравье, сомкнутые бутоны диких цветов. Роса...

Проклятый ступал тяжело, часто отряхивался и пыхтел. От него шарахались мыши, мелкие духи и насекомые. Чувствовали колдовство, страшное и агрессивное, готовое стереть в порошок любого, кто по неосторожности решится напасть. Некроманту были ясны их причины. В конце концов, он и сам не решился бы влезать в схватку с кем-то подобным.

- Эй, Эхэльйо, - окликнул спутника парень.

- Да?

- Меня посетили некоторые сомнения. Разве мы успеем добраться до северного берега к полнолунию? По моим расчетам, на дорогу уйдет не одна неделя, а полторы.

- Это не важно. - Двухголовый наклонился, чтобы избежать столкновения с тонкими ветками кустарника, и пояснил: - Мильт будет ждать. Он не из тех, кто передумывает и отступает. В крайнем случае я попрошу тебя с ним связаться.

- Как?

- Потом объясню. - Эхэльйо протяжно, по-звериному зевнул. - У нас есть определенные методы.

Эльва сообразил, что он не намерен беседовать, и заткнулся. Посвятил себя наблюдению за местностью, поправил ремешки сумок и прикинул, справится ли Сулшерат сам. Если он настолько пуглив, что боится сунуться в империю Ильно, хотя ее история интригует, то сможет ли совладать с учениками и с нежитью? Представив себе картину, где юных некромантов разрывают на куски гарпии, парень ощутил стыд. Что, если из-за его решений дети действительно погибнут?