Небесные корабли (СИ) - Соловьёва Кира Александровна - Страница 48

- И тем не менее ваше имя - эльфийское, - настаивал господин Кольтэ. - И имя вашего старшего брата тоже. Одного из старших братьев. В наречиях Шеальты и Малахитовых Лесов совершенно точно присутствуют сочетания "Haelleva" и "Kaitte". Первое в переводе означает "вспышка", а второе - "луч". Следует полагать, что ваши родители позаботились о скрытом смысле.

- Никогда раньше не слышал, чтобы они обо мне заботились, - рассмеялся Эльва. - Это похоже на шутку, господин Кольтэ. Вероятнее всего, они просто не пожелали придумывать имена для детей, которые все равно не унаследуют ни землю, ни состояние, и решили одарить их кличками. Выражаясь проще, - он потянулся за печеньем, принесенным госпожой Эльтари, - они меня не любили. И не любят, а старательно сочинять имя для нелюбимого ребенка никто не станет. Улавливаете?

- Улавливаю. - Остроухий потерял интерес к разговору и тоже взял пару кружочков сладкого теста, усыпанного орехами. - Лау, что ты решила насчет визита к Лефрансе?

- Пока ничего, - помрачнела девушка. - То есть Леф, конечно, пригласила меня приехать - причем приехать за два дня до прибытия остальных гостей, - но мы с ней не такие близкие друзья, чтобы проводить вместе столько времени.

- А что, эта дурочка все еще жива? - с ехидцей осведомился проклятый.

- Не называй ее дурочкой, - оскорбилась Рэн. - Она, между прочим, поумнее тебя будет!

Эхэльйо откровенно захохотал:

- Что-то я сомневаюсь.

- Кретин, - рыкнула эльфийка. - Ну да и черт с тобой. Кстати, Лефранса очень обрадуется, если ты тоже приедешь. Что-то мне подсказывает, что она по-прежнему к тебе неравнодушна.

Хохот сделался еще веселее:

- Ну да, неравнодушна! Уверяю тебя, она жаждет отрубить мою голову и повесить над кроватью в качестве охотничьего трофея!

- А что за Лефранса? - полюбопытствовал Эльва. - Где-то я это имя слышал.

- Разумеется, слышал, - серьезно согласился проклятый. - Лефранса Эгшер - это графиня северной части Айл-Миноре, соседка господина Тинхарта и господ Алиеза и Нельтаса Эль-Тэ Ниалет.

- А-а-а, - протянул парень. - Значит, она живет неподалеку от дяди и тети Шейна?

- А что, ты знаком с Шейном?

Голос остроухого как-то странно переменился, но Эльва не придал этому должного значения.

- Ага. Я встретил его в Ландаре, когда ехал повидаться с Леашви.

В комнате как-то сразу похолодало. Хэль принялся деловито изучать скатерть, расшитую тонкими синими узорами, а господин Кольтэ - улицу за окном и цветы на клумбе.

- А чего вы надулись? - с недоумением спросила Илаурэн.

- Просто так, - беспечно отозвался проклятый.

- Ври больше, - вернула брату шпильку девушка. - Чем вам Шейн не угодил? Он хороший парень.

- Хороший, но опасный. Он связан с Нижними Землями куда прочнее, чем Фасалетрэ Эштаралье. И поэтому я считаю, что с ним лучше не иметь никаких дел. А еще - что нельзя быть уверенным, кто разговаривает с тобой в данный момент: сам повелитель - или его кукловод Атонольрэ.

- Глупости, - отмахнулась Илаурэн. - Шейн - не марионетка демонов. Он вполне нормальный, настоящий и добрый. И он не будет стоять в стороне, если произойдет беда.

- Разумеется, не будет, - попытался успокоить ее господин Кольтэ. - А теперь давайте закроем эту тему и поделимся мнениями, кто что хочет на ужин?

Шьенэт подступал вплотную к лесу, поэтому до последнего момента скрывался под пологом густой зеленой листвы. Она, словно эльфийские небесные сферы, пропускала сквозь себя свет, делая его не таким ярким и обжигающим, как изначально.

Единственное, что выделялось на фоне высоких, старых, поросших бороздами мха деревьев - это цитадель. Серое, хмурое строение, состоящее из крупных, в человеческий рост, плит, примыкало не к городу, а к свободной равнине. Семь дозорных башен, четыре казармы, кухни, конюшни, разные - и в большинстве своем почти новые - пристройки и сараи. Пока что их скрывала стена, но Эльва примерно помнил, как устроена цитадель изнутри, и не волновался.

Путь из Алаторы на запад оказался изматывающим и долгим. В придорожных селах некроманту не везло - люди сперва радовались, что в их глуши появился парень из Гильдии, а потом огорчались, выяснив, что он - повелитель мертвых. Эльве повезло наткнуться всего на четверых людей, осведомленных о способностях сына маркиза де Лайна. И даже эти четверо не оправдали его надежд, всерьез веря, что от подобного дара следует держаться подальше.

Их поведение поражало - и огорчало. Всего неделю назад некромант был уверен, что нынешних магов уважают и побаиваются злить, а теперь... все как будто специально его провоцировали, подсчитывая, когда же он сорвется и что им это сулит. К счастью, парень привык к подобному отношению и просто перестал реагировать, проезжая через села и деревни молча и выбираясь из седла только поздней ночью, по возможности - в рощах или маленьких, не похожих на шьенэтский, лесах.

Вчера он спал на берегу озера, под невыносимый комариный писк и кваканье лягушек. Проклятые твари отдохнули днем, спасаясь от жары на краешках широких листьев лотосов - растений, получивших место на штандартах, флагах и гербах Белых Берегов. В других королевствах лотосы росли редко - не те условия, а тут, на землях Его Величества Алетариэля, расцветали всюду, где было хоть немного воды. Поговаривали, что за ними ухаживают русалки, но доказательств подводной жизни у жителей белобрежья не было - Верхолунье и Нижнелунье , якобы служившие пристанищем для редкой разумной нежити, бдительно охранялись. Это, в свою очередь, порождало еще одну волну слухов: мол, у короля союз с представителями русалочьего племени, и, чуть что, полурыбы явятся на защиту приютившего их народа.

Эльве эти слухи казались очень сомнительными. Во-первых, в той же Велиссии процветала охота на русалок, а их мясо - особенно взятое с нижней части тела, - считалось редким деликатесом. Платили за него соответственно, и придурков, мечтающих нажиться на убийстве иной расы, хватало. В основном их топили, лишали голов или протыкали странными, хотя и острыми, приспособлениями, покрытыми илом, а иногда - душили водорослями, но русалочье мясо все равно попадало в кухни благородных и - опять же, по слухам, - украшало стол самой королевы.

Почему велиссцы так трепетно берегут свою королеву, некромант не понимал. Он видел ее четырежды, но не был впечатлен ни красотой, ни умом - несмотря на то, что уроженцы Аль-Нейта прославляли их наперебой, словно самую стоящую вещь на своей родине. Однако Ее Величество вовсе не обладала примечательными чертами лица, да и беседы с ней показались Эльве заунывными. Впрочем, беседовал отец, а сам парень стоял или сидел в сторонке, наслаждаясь великолепным дворцовым садом. Вот что-то, а сад в Аль-Нейтской резиденции был чудесным.

- Ты кто такой? Куда едешь?

Некромант встряхнулся и сонно посмотрел на солдата, застывшего с поднятым копьем в тени правой створки ворот. Невысокий, широкоплечий и бородатый, он уставился на незваного гостя с таким свирепым выражением лица, что Эльве резко захотелось шлепнуться с лошади и полежать в пыли, пока из цитадели не выйдут нормальные, добрые, люди.

- Я из Гильдии, - тем не менее сказал он. - Приехал, чтобы навестить старшего брата.

- Жетон покажи, - потребовал солдат.

Парень послушно протянул ему теплую железку. Защитник цитадели внимательно ее изучил, щелкнул пальцем, добившись мелодичного звона, и буркнул:

- Все в порядке. Можешь навещать, сколько душе угодно - но сначала отведи лошадь на коновязь.

- Знаю, - в тон ему проворчал Эльва, трогая поводья.

У коновязи отыскался конюх - почти такой же сонный и ленивый, как и некромант. Он пообещал позаботиться о гнедом жеребце, купленном за полцены - при случае за эти же полцены парень собирался его продать, - и побрел прочь, спотыкаясь едва ли не на каждом шагу.

Маг немногим медленнее поплелся к третьей казарме, на ходу размышляя, обрадуется Кайта или нет. С одной стороны, он всегда любил младшего брата и уделял ему больше времени, чем кто бы то ни было еще в семье Тиезов, но с другой... что, если он окажется занят? В конце концов, звание лейтенанта кому попало не дают, получил - отрабатывай и не смей сесть в лужу.