Небесные корабли (СИ) - Соловьёва Кира Александровна - Страница 94

С бесконечной надеждой и просьбой простить за внезапное исчезновение,

Эльва.

P. S. И не смейте выбрасывать мои черепушки!"

Некромант перечитал написанное и удовлетворенно кивнул.

Самое то.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ПЕСНЯ

Праздник в обители королевы Хайрен для Мильта всегда затягивался, но обычно - по другим причинам. Ее Величество традиционно требовала поделиться всеми последними наблюдениями, убедиться, что фрегат ни разу не пострадал, а его команда не понесла невосполнимые потери. Однако сегодня капитану "Оборотня" повезло.

Этого парня он видел в первый раз. Высокий, отстраненный и рассеянный, тот застыл у низких столиков с холодными закусками и витал в облаках, пока внимание амайе не привлекли его волосы - то ли красные, то ли синие, то ли рыжие, то ли желтые, то ли белые пряди переливались огнем, отбрасывая отблески на сонные янтарные глаза.

- Хайрен, - Мильт остановился, - кто это?

- Это? - королева посмотрела на незнакомца так, будто он испортил ей жизнь. - Это господин Искра, первый сын эльского императора. Тебя представить?

- Благодарю, - улыбнулся капитан, - но я и сам в состоянии. А гостям уже скучно, и они выглядят не хуже волков. Предлагаю такой план, - поспешно добавил он, заметив, как дрогнули губы Хайрен. - После окончания приема я буду ждать тебя в южной галерее. И обрадуюсь, если ты распорядишься убрать оттуда лишних стражников.

- Хорошо. - Ее Величество отвернулась и сделала несколько грациозных шагов прочь. - Но если ты не придешь, я прикажу тебя обезглавить. Или повесить. Или...

Дослушивать амайе не стал. В его присутствии королева Плиарета часто сыпала угрозами, но чтобы осуществить их - нет. Никогда.

- Добрый вечер, - он протянул эльскому наследнику расправленную ладонь. - Меня зовут Мильт. Я капитан боевого фрегата "Оборотень".

- Добрый вечер, - без особой радости согласился тот. - Я Нэрол.

- И не человек, - полувопросительно произнес корсар.

- Нет. - В приятном, но излишне тоскливом голосе эльца прозвучало откровенное раздражение. - Все только об этом и спрашивают. Жутко надоело. Если у вас все, то идите, пожалуйста, своей дорогой.

- Увы, - амайе выразительно развел руками, - у меня не все. Вы ведь каратрим, верно? То есть дракон. И кровь у вас драконья, и повадки, и характер, и вообще вы - дракон! А у меня на борту, - он перешел на шепот, - есть мальчик из империи Ильно, который без помощи небесных ящеров не протянет и двух суток. Проявите милосердие, господин Нэрол. Прошу вас.

Парень по прозвищу Искра удивленно моргнул:

- А вот такого со мной еще не случалось. Мальчишка из империи Ильно? Серьезно? Вы не шутите?

- С чего бы? Если бы я хотел пошутить, то, поверьте, сделал бы это иначе. Но мне действительно нужен живой дракон.

- Тогда я взгляну, - решительно заявил Нэрол. - Даже если ни черта не получится - будет интересно. Далеко до фрегата?

- Близко. Мой родной город и это место, - Мильт широким жестом обвел зал, - связаны переходными рунами. Секунда - и мы уже в Эльме. Секунда - и возвращаемся на прием. Вы готовы? Превосходно. Следуйте за мной.

Искра покорно покинул шумный гостевой зал, переступил границу начертанных в полу рун. Мгновение - и вокруг, подобно туману, зависает серая мгла. Второе мгновение - и она пропадает, а вместо нее появляется просторная кают-компания со сдвинутой к стенам мебелью.

Там, нервно кусая губы и периодически делая глоток малинового чая, переминался с ноги на ногу Маргул. Обнаружив капитана, он дернулся и негромко, с тоской, выдал:

- Эльва и Рин пропали.

- Извини, что? - обреченно уточнил амайе. - Ладно Рин, Рина я понимаю. Но Эльва? Опять?!

- Не кричи на меня, Мильт, - попросил Маргул. - Мне и так плохо. Представь: я спокойно сидел на пирсе, никого не трогал, никого не обижал, и тут - бах! Мой друг исчезает, как привидение. Словно бы его и не было здесь.

- Не мучай себя, - выдвинул ответную просьбу капитан. - Иди спать, а я попробую разобраться.

- Хэль уже пробовал, и его результаты весьма скромны. - Картограф, передернув плечами, направился к выходу. - Все, что он определил - это приблизительный тип заклятия. Магия крови. Он еще говорил, что такую редко используют. Мол, она требует больших жертв, и мало кто способен перенести их без вреда для себя.

- Ценное мнение, - вмешался господин Нэрол. - Разрешите осмотреться?

- Пожалуйста, - кивнул Мильт. - С вашей стороны это будет ужасно кстати.

Каратрим улыбнулся, тенью проскользнул мимо Маргула и, судя по звукам, поднялся на шкафут. Картограф и капитан остались наедине.

- Зря я взял Эльву на корабль, - самокритично признал амайе. - Этот человек - все равно что ходячее пушечное ядро, готовое в любую секунду разорваться. Разумеется, он приложил все усилия, чтобы помочь нам спасти Эхэльйо. Но...

- Ты идиот, Мильт, - неожиданно разозлился подросток. - И если это такой способ меня утешить, то он с треском провалился. Ходячее пушечное ядро, надо же! А я-то думал, что Эльва - наш товарищ, наш друг! Странно, никогда прежде я не замечал за тобой такого пренебрежения к людям!

Он швырнул чашку на пол, и та разлетелась десятком острых осколков. Когда капитан сумел отвести от них растерянный взгляд, Маргула в кают-компании уже не было.

Нэрол, в отличие от бравых корсаров, времени даром не терял. Он прошелся по пирсу, пощупал воду, углем нарисовал на прохладных досках шесть поисковых символов. Те замерцали - бледно, будто ночные звезды, - и безошибочно определили место, где находился и откуда исчез корабельный маг. Парень по прозвищу Искра фыркнул, сообразив, что имеет дело с некромантом - причем некромантом весьма талантливым, иначе магия крови убила бы его быстрее, чем затянула бы в глубину противоположных граней заклятия. А противоположные грани отличались завидной крутизной: уходили вертикально-вверх, тянулись, тянулись и тянулись, пока не обрывались набором почти исчезнувших нитей. Искать Эльву по ним - напрасная трата энергии и возможностей. Но умения Нэрола не ограничивались подобной ерундой.

Собственно, никто вообще понятия не имел, где начинаются и где заканчиваются его способности. Искра, рожденный в столице Эльской империи - ближайшего соседа Ландары, - обладал не только драконьей мощью, как все каратримы, но и человеческим волшебством. Оно было хаотичным, спонтанным и... смешанным. В равных долях светлое и темное. В равных долях предназначенное для разрушения и создания.

Вернувшись на палубу, он поймал за локоть капитана Мильта и с надеждой спросил:

- Скажите, а у вас на борту имеются личные вещи господина Эльвы?

- Да, - согласился тот. И обратился к голубоглазому, кудрявому, заспанному эльфу, выглянувшему из камбуза: - Хэль! Будь добр, проводи нашего гостя.

- Хорошо, - без особой радости откликнулся тот. - Идемте.

Он нырнул в переплетение жилых кают, как в нору. Наверное, даже под землей Нэрол не чувствовал себя таким жалким - деревянное нутро корабля, кое-где укрепленное железом, подступало отовсюду и едва ли не сжималось, чтобы сожрать неудачливых путников. Стихией каратрима было небо, и противоположные небу материи он переносил плохо.

- Это здесь, - Хэль толкнул достаточно тонкую, не предназначенную для долгой осады дверь. - Проходите. Берите любой предмет, какой вам приглянется, но при одном условии: потом вы обязательно вернете его на место, - остроухий сложил руки на груди, намекая, что в случае чего будет отстаивать добро некроманта ценой собственной жизни.

- Обязательно верну, - подтвердил Искра, переступая условную линию порога - условную, потому что на самом деле порог отсутствовал.

Господин Эльва, кем бы он ни был, порядок недолюбливал: все валялось везде. Выдранный с ошметками ниток рукав рубашки висел на краю канделябра, в углу раскинулась кипа разномастных пергаментов, к потолку была прибита метательным ножом карта империи Ильно. Нэрол честно с ней ознакомился, про себя отметив, что имперцы вряд ли располагают большим запасом пищи или воды - всего лишь одна река, ни единого озера и суровый, хищно заостренный, будто челюсти голодного великана, горный хребет. Уровень жизни тамошних деревенщин рисовался каратриму в самом худшем свете, и он поспешил отвлечься. Не получилось - взгляд Искры замер на двух человеческих черепах, связанных крепкой карминовой нитью. Тот, что слева, выглядел превосходно: чистый, аккуратный, обделенный лишними увечьями. А тот, что справа, играл роль полной противоположности первого: испещренный рубцами, царапинами и трещинами, да к тому же лишенный нескольких зубов. Но от обоих одинаково веяло темной магией, причем магией столь мощной и сокрушительной, что у Нэрола заныло под лопаткой. Дышать тоже стало немного страшновато, и в поисках утешения он обратился к Хэлю: