Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 3. Дары Судьбы (СИ) - "Рада Девил" - Страница 266

До самого обеда Том и Гарри не выходили из личной лаборатории Тома – они экспериментировали с разными материалами для амулета и должны были согласиться с автором – серебро оказалось самым подходящим для их целей. Придать артефакту основные требуемые свойства удалось без проблем – описание порядка и особенностей необходимого колдовства было весьма качественным и толковым. Однако окончательную настройку пришлось отложить на другой раз – чары никак не хотели объединять больше двух «браслетов-невидимок». Зато написать, а затем воспроизвести сообщение у Гарри получилось с первого раза.

– Главное, что мне понравилось в этом изобретении – браслет Коди невидим, пока его не активируешь, нельзя случайно его потерять, и никто его с тебя не снимет, да и выявить без знания пароля не сможет. В общем – просто, но со вкусом, – за обедом Гарри решил дать оценку артефакту, над которым они совместно потрудились несколько часов.

– Когда ты сказал о переписке с друзьями, я сразу вспомнил о нем. Такие браслеты были в моде еще лет тридцать назад, – произнеся фразу, Том понял, что снова невольно подчеркнул разницу в их с Гарри возрасте, однако тот, казалось, не обратил на это никакого внимания, что, несомненно, радовало. – Но потом в нашу культуру начали быстро просачиваться идеи из маггловского мира, в чем не последнюю роль сыграл Дамблдор, активно проповедуя личную свободу и независимость. Для магического мира, который всегда оставался более консервативным, чем остальной, такие идеи во многом стали разрушительной силой. Волшебники гораздо сильнее, чем магглы, зависят от традиций, и это для них жизненно необходимо. Та же родовая поддержка не возникнет сама по себе – здесь нужно не забывать о ритуалах, предусмотренных обычаями. Если отмахнуться от этого, тогда…

– Тогда случится то, о чем нам сказала Нагайна. Нарушится равновесие, – Гарри и сам удивился выводу, спонтанно всплывшему в его сознании.

– Что, согласно ее же заявлению, якобы уже и произошло… – Том на минуту задумался, внимательно глядя на Гарри. Ему тоже пока подобное не приходило в голову, но он, по сути, и не задумывался над словами Хранительницы Воскрешающего камня. Учитывая прошлый опыт, Том предполагал, что переданное от Госпожи сообщение со временем обретет смысл – так, похоже, только что и произошло. Теперь становилось понятнее, почему во всем этом замешан сам Том – он противостоял Дамблдору, являвшемуся носителем идей, разрушавших их мир. Решив оставить размышления по этому поводу на другой раз, он вернулся к обсуждаемому вопросу. – Так вот – о браслетах… Ты должен был заметить интересную тенденцию, что плохому люди почему-то всегда учатся гораздо быстрее, чем хорошему, – Том, насмешливо улыбаясь, откинулся на спинку стула. – Так что у проповедей великого волшебника, которого и до этого ценили за победу над Гриндевальдом, было достаточно слушателей. К чему я веду… В результате правила нравственности ослабли, и влюбленные получили возможность переписываться с помощью обычной совиной почты. Даже адюльтер сейчас мало кем строго порицается, не то что в былые времена. Больше нет нужды тщательно скрывать общение с любовником из-за боязни стать парией в обществе.

– Да, я читал, что вопросы морали личных отношений довольно сильно изменились в последние десятилетия, – Гарри даже мог привести пример из собственного опыта. – Сейчас разорвать помолвку из-за того, что кто-то из пары делает авансы внимания постороннему лицу, считается чуть ли не ханжеством. Мол, не женаты, значит – свободны, – именно так аргументировал свое поведение Седрик, когда Гарри с ним встречался.

– Вот именно, – Том бросил осторожный взгляд на Гарри, который задумчиво разглядывал выбранное на десерт пирожное. Он понял, о чем тот размышляет – Северус достаточно пространно оценивал мистера Диггори, когда рассказывал о своей ревности. Не желая давать Гарри время на самокопание, Том сменил вектор разговора, вернувшись к изначальной теме. – Поэтому сейчас и забыли о подобных артефактах. Завтра попытаемся все же согласованно соединить несколько браслетов в одну цепь.

– А может, не нужно мучиться и следует оставить, как есть. Загвоздка же только в том, что не получается создать отдельную связь на два браслета так, чтобы сообщение не попадало на остальные. В конце концов, нет ничего страшного в том, что Рон, к примеру, прочтет сообщение для Драко. Просто нужно будет указывать, кому адресуешь послание, – высказал вслух свои предположения Гарри.

– Не верю собственным ушам – ты ленишься чуточку усовершенствовать готовый артефакт? И это после того, как ты активно участвовал в создании исключительно нового и весьма сложного – для связи ортодоксов? – Том не скрывал насмешки. Бросив салфетку на край стола, он поднялся и, дождавшись, когда Гарри последует его примеру, направился в гостиную – зимой посидеть у камина было его самым любимым занятием. А уж в компании тесно прижавшегося к нему Гарри, ухитрявшегося втиснуться в одно кресло с ним, так и вовсе становилось отличным времяпровождением.

– Я не ленюсь, но до конца каникул осталось меньше недели, а мне не терпится решить этот вопрос до отправки в Хогвартс, – несмотря на слова, щеки Гарри слегка зарумянились, выдавая его настоящее отношение к замечанию Тома – ему было стыдно.

– Значит, нужно приложить больше усилий, – Том хмыкнул – у него уже имелись на примете пара идей, которые должны им посодействовать в решении возникшей проблемы с артефактами. – Я помогу тебе, – пообещал он, решив, что сегодня уже не стоит останавливаться на обсуждении его догадок. Хотелось посидеть в тишине, прислушиваясь к удовольствию, разливавшемуся в каждой клеточке собственного существа от близости Гарри.

Им троим хватило нескольких дней, чтобы научиться относительно стабильно контролировать порывы своих тел – сексуальное возбуждение больше не одолевало их каждый раз, когда они прикасались друг к другу. И Гарри, и Том с Северусом понимали, что их столь сильное притяжение обусловлено неимоверной магической совместимостью, поэтому старались не поддаваться на провокации собственной колдовской сущности. Они предпочитали сначала выстроить более-менее устойчивые отношения, приемлемые для равноправного партнерства, заключавшегося не только в одном физическом контакте. В свое время Том и Северус тоже не спешили свести все к сексу, и подобная тактика хорошо зарекомендовала себя – они уже много лет связаны крепкими узами, прекрасно справляясь с разногласиями и недопониманием, которые сопровождают любой союз.

Том и Гарри с удовольствием целовались, но сплетение их личной магии больше не заставляло терять связь с реальностью. Так что теперь им не грозило подчинение инстинктам, подстегнутым проявлениями личной магии. Конечно, они старались не провоцировать друг друга лишний раз, но и полностью отказываться от тесных объятий и жарких поцелуев не собирались. Гарри порой все же срывался, и тогда Том с удовлетворением прижимал к себе вздрагивавшего будущего партнера, освобождавшегося от сексуального напряжения благодаря лишь одним почти что невинным ласкам. Молодость имела свои преимущества и свои недостатки – это с какой стороны рассматривать этот вопрос.

***

Дамблдор, от недовольства сжав губы в тонкую полоску, пристально уставился на первую страницу воскресного выпуска «Ежедневного Пророка», лежавшего на его директорском столе – передовица была посвящена новой инициативе действующего министра магии. Фадж собирался повторить его личный «благородный поход за пропащими душами» в Азкабан. Однако Альбус прекрасно помнил, для чего он сам предпринял подобное почти десятилетие назад: ему нужно было добраться до Барти Крауча – младшего. А вот чего собирался добиться Фадж своим вояжем – оставалось загадкой. И это до крайности раздражало Альбуса.

– Не верю, что это твоя идея, Корнелиус. Ты никчемный политик, и отправляться к дементорам в гости без веской причины не стал бы. Следовательно, тебя кто-то надоумил, убедив в выгодности такого шага. И ему что-то нужно провернуть в Азкабане. На ум приходит лишь одна мысль – кого-то скоро освободят. Вот только узнать бы наперед – кого именно? И будет ли это сделано открыто или тайно – так, что никто до поры до времени и не узнает истину о случившемся, как в случае с подменой Барти? – Дамблдор рассуждал вслух. Правда, у него пока были лишь вопросы и ни одного более-менее приемлемого варианта ответа. Он перебирал в памяти всех осужденных в последние годы, стараясь вспомнить – имел ли кто-нибудь из них значительный вес в политике, но никого важного на ум не приходило. – Кого ты хочешь вытащить? Кто пообещал тебе такую весомую помощь, что ты готов выдержать общение с полоумными узниками, лишь бы добиться своего? – Альбус постучал пальцем по газетной странице и тяжко вздохнул. – Да что же это такое? Стоит разобраться с чем-то одним, как сразу всплывают несколько новых проблем. Мало мне головной боли с Барти, так теперь и Корнелиус начал непонятные активные действия! А мне ведь только и нужно, чтобы Том дал о себе знать. Вот тогда я буду точно уверен, что следует делать.