Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 3. Дары Судьбы (СИ) - "Рада Девил" - Страница 336

– Не было повода их об этом расспрашивать, – Гермиона не собиралась обсуждать эти вопросы с директором.

– Мисс Грейнджер, вы невероятно смелая и стойкая юная девушка. Я впечатлен вашим самообладанием. Такие, как вы, очень нужны нашему миру, который пытаются поработить преступники в масках, – Дамблдор нарочито не стал упоминать об Упивающихся, подстраиваясь под мнение Гермионы. – Грядут тяжелые времена, и именно подобные вам молодые волшебники встанут на защиту нашего образа жизни. Вашему другу – Гарри Поттеру – скоро выпадет участь противостоять Темному Лорду. Об этом сказано в пророчестве, – поспешил уточнить Альбус, заметив, что Грейнджер набрала воздуха и готова перебить его. – Гарри не хочет принять свою судьбу – он противится ей. Но такова жизнь… Ему придется смириться. И я весьма рад, что тогда рядом с ним будете вы, мисс Грейнджер. На вас можно положиться. Вы не побежите от опасности, а поможете другу встретиться с ней лицом к лицу.

– Простите, профессор Дамблдор, но я не понимаю, о чем вы говорите, – Гермионе кое-как удалось вклиниться в слегка пафосную речь директора.

– Я объясняю, девочка моя, – все же Альбус не выдержал официоза и вернулся к привычному для себя обращению, – что тебе предстоит рядом со своим другом плечом к плечу отстаивать право магического мира на развитие, не позволяя всяким Упивающимся во главе с Волдемортом вернуть его во времена мракобесия. К этому тебе стоит подготовиться, и я смогу тебе в этом помочь.

– Вы имеете в виду войну? – Гермионе совсем не нравились намеки Дамблдора. Она сообразила, что наконец-то удостоилась чести быть агитированной в соратники директору.

– Да. Позволь быть откровенным – война уже началась, но Министерство всячески скрывает это от общественности. И Гарри предстоит встать во главе светлого воинства, которое победит тех, чьи люди похитили и пытали тебя. Возможность восстановить справедливость и, что там скрывать, отомстить этим нелюдям – вот что ждет тебя впереди. И я помогу подготовиться, научу, как нужно действовать и что делать, – Дамблдор так увлекся, что, когда обратил внимание на Гермиону, был несколько обескуражен – она его демонстративно не слушала. – Что скажешь на это, девочка моя? – уже задавая вопрос, он догадывался, что ему не удастся ничего от нее добиться. В принципе, он был готов к подобному повороту – Поттер все же сумел залезть своим друзьям в головы и научить дерзкому неповиновению ему – Альбусу. Но попытаться все же стоило.

– У меня жених в Болгарии, я туда и перееду жить, как только закончу Хогвартс. Простите, но война – это не мое. Мне кажется, что лучше добиваться всего мирным путем, – Гермиона сделала вид, что судьба магической Британии ее вообще не волнует.

– Жаль, что ты решила сбежать. Глядя на твою стойкость, проявленную при похищении, я надеялся, что у Гарри будет хоть один настоящий друг, который пойдет с ним до конца, но ошибся, – Дамблдор укоризненно поглядел на наконец-то повернувшуюся к нему лицом Гермиону.

– У Гарри много друзей. Рон, Драко…

– Рональда не отпустит семья – они слишком тщательно придерживаются мнения о невмешательстве. А мистер Малфой… его отец ведь практически на стороне тех, кто сейчас ратует за свободу Магии. Нет, – Альбус покачал головой, – вряд ли Гарри стоит надеяться на их поддержку в критическое время.

– Вы неправы, директор. Простите за прямоту, – Гермиона улыбнулась так, словно перед ней стоял неразумный ребенок. Ей надоели глупости в исполнении Дамблдора. – Гарри всегда может рассчитывать на любого из своих друзей.

Альбус пришел к выводу, что больше говорить было не о чем. Он лишь снова покачал головой, сетуя на недалекость собеседницы, и указал рукой на дверь, предлагая вернуться в коридоры школы.

– Мне очень хотелось бы, чтобы вы, мисс Грейнджер, оказались правы. Но жизнь гораздо сложнее, чем вам это представляется, – сказал на прощание Дамблдор. Он даже не стал просить девчонку не сообщать об их беседе остальным из ее компании, считая, что это бесполезно.

«Это был последний шанс подобраться к Поттеру через его друзей – и он с успехом потерян, как и все остальные. Хотя я чего-то подобного и ожидал, – Альбус не стал аппарировать к себе в кабинет, а направился на улицу, решив прогуляться по свежему воздуху и обдумать свои дальнейшие действия. – Поттер для меня пока недосягаем. Но он не сможет остаться в стороне, когда вокруг начнут гибнуть люди. Я уверен, что не сможет, – кивая своим мыслям, Дамблдор делал вид, что приветствует студентов, шедших ему навстречу. – Как же мне потом заставить его подарить мне Воскрешающий камень? Пора признаться себе, что надежды на это фактически нет. Поттер такой же своевольный, как и Риддл. Мне не удалось добиться его расположения, а на прошлой нашей встрече он практически заявил мне, что предпочтет Волдеморта. Понятно, что он это сказал, поддавшись желанию надерзить, но все же… – Дамблдор свернул в сторону Черного озера. – Как он догадался о вторжении в разум? Неужто у него такой особенный амулет? Или… Том, кажется, был склонен к ментальным практикам. Возможно ли, что это наследие Певереллов сказывается, и Поттер тоже врожденный менталист? С натяжкой, но возможно, – Дамблдор даже остановился от осознания пришедшей в голову мысли. – В таком случае у меня нет ни малейшего шанса вынудить его делать то, что мне выгодно. Не говоря о Камне… Надо искать еще кого-то из наследников Певереллов, к тому же – срочно. Поттера пока не стану трогать – пусть успокоится. Мне и без него найдется чем заняться. Барти скоро захватит Азкабан, и мне нужно будет воспользоваться моментом и выдвинуть своего кандидата на пост министра магии. Если хорошенько взяться за дело, то Фадж с легкостью соскользнет со своего кресла, освободив его для нового главы нашего мира, – Дамблдор присел на камень у берега и повертел со всех сторон пришедшую в голову мысль – может, самому занять должность министра? – Нет. Ортодоксы мне не позволят этого. Уж слишком основательно они окопались вокруг Фаджа. Конечно, есть шанс, что с падением Азкабана и их удастся сбросить с игрового поля, но об этом пока рано судить. Поживем – увидим, – так и не придя ни к каким конкретным решениям – все упиралось в результаты грядущего нападения на магическую тюрьму – Альбус отложил обдумывание вопроса о замене Фаджа до лучших времен. – Следует разузнать, где Поттер прячет Мантию-невидимку. Вряд ли он решил оставить ее дома… Как только я отыщу еще одного наследника Певереллов, так можно будет и позаботиться, чтобы и этот дар Смерти обрел нового хозяина – меня. И в Поттере тогда необходимость пропадет. Разве что он все же изменит свое мнение и встанет под мои знамена в этой псевдовойне с Темным Лордом, – вернувшись в свой кабинет и окинув взглядом портреты предыдущих директоров Хогвартса, Дамблдору вдруг стало жалко покидать этот пост. Привычка – хуже неволи. – Если наследника не найду, то и так отберу Камень у Тома», – мелькнула в голове Альбуса отчаянная мысль перед тем, как он приступил к составлению отчета для Попечительского совета по финансовым тратам за неделю.

***

Перед обедом, во время прогулки на свежем воздухе, Гарри предложил друзьям устроиться в беседке возле теплиц, уже почти скрытой от посторонних взглядов свежей зеленью. Он предупредил, что амулеты связи для них готовы и вечером после ужина придет Том, чтобы помочь с их настройкой и активацией. Ранее они уже обсуждали эту тему, и все единогласно согласились, что им обязательно стоит обзавестись этими артефактами, особенно в свете произошедшего с Гермионой. Конечно, это не являлось панацеей от неприятностей в любых ситуациях, но все же увеличивало возможность получения помощи со стороны.

– Нам нужно будет выйти в Хогсмид? – по-деловому поинтересовался Драко, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не сможет подслушать. Он демонстративно навел вокруг них чары конфиденциальности, посчитав, что отвлекающих, установленных Гарри сразу как только они пришли сюда, будет недостаточно.

– Нет. Но, как я подозреваю, – Гарри хитро улыбнулся, намекая на то, что он знал что-то неведомое остальным, – до отбоя мы не успеем, поэтому нам все же потребуется нарушить правила и немного побродить по ночным коридорам, возвращаясь в гостиные.