Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 3. Дары Судьбы (СИ) - "Рада Девил" - Страница 429

– Надо проверить, как он себя чувствует, – пробормотал Том и без колебаний направился к покоям Поттера. Его гнала не сексуальная жажда, а вполне разумная тревога о состоянии партнера, пережившего не самое приятное приключение длиной в четыре года.

– Я беспокоился, что ты не придешь, – Гарри сидел в кровати, прислонившись к ее спинке и устремив пристальный взгляд на дверь. Он приглашающим жестом предупредительно приподнял край одеяла.

– Почему сразу не сказал, что не хочешь спать один? – Том устроился на прохладных простынях и заботливо притянул прилегшего рядом Гарри в объятия. – Никогда не молчи, – он нежно поцеловал его в висок.

– Но… Мне показалось, что высказывая вслух подобное желание, я как бы намекнул бы на что-то большее, чем просто… – Поттер смутился, несмотря на все свое возмужание и все такое.

– Не думаешь же ты, что мы с Северусом только и знаем, что занимаемся сексом, когда ложимся спать в одну постель? – слегка подтрунивая, спросил Том. – К тому ж-же… – он, потираясь носом о щеку Гарри, перешел на серпентарго, – кто сказ-зал, что мы не мож-жем дос-ставить друг другу немного удовольс-ствия, не перех-ходя границ? – своим замечанием Том отчетливо давал понять, что не намерен форсировать события, но и отказываться от всякой физической близости не считал необходимым.

Отвечать Гарри не стал, а тут же, отбросив все сомнения прочь, подставил губы для поцелуя. Их руки скользили по телам: лаская, знакомясь, изучая, запоминая. Сердца бухали в груди, точно ритуальные барабаны, подстраиваясь под единый ритм. Их личная магия, отпущенная на волю, весело плясала, переплетаясь и кружа, сливаясь в невообразимо радужную реку, отражавшую на видимом плане эмоции, рожденные удовольствием. Гарри и Том ненасытно впитывали в себя лавину приятных ощущений, которые дарили друг другу. В какой-то миг, задыхаясь от захлестнувших чувств, Том, надавив на ягодицы, притянул Гарри к себе посильнее, вжимаясь членом в его бедро и одновременно заходясь от восторга, вызванного твердым свидетельством ответного желания. Они даже не заметили, что их тела разделены тканью – накал страсти туманил сознание, а души и магия слились воедино, поэтому столь незначительная помеха не имела ни малейшего значения. Эйфория оргазма накрыла их с головой, заставляя пальцы судорожно сжиматься. Когда волна мощнейших эмоций чуть схлынула, позволяя немного восстановить самоконтроль, они откинулись на подушки, жадно хватая воздух ртами, будто выброшенные на берег рыбы.

– Белый… – все еще непослушными губами прошептал Том, разглядывая полыхавшее над ними белое холодное пламя чистой магии. Он и приблизительно не мог представить, что будет, если они займутся «серьезным» сексом. Подобное даже слегка пугало, при этом оставаясь неимоверно притягательным. – Я схожу с ума рядом с тобой, – отдышавшись, с улыбкой признался он Гарри.

– Я тоже. Разве не видишь? – Поттер указал на все еще не успокоившееся вокруг них безумие магии. – Обещаю, все будет хорошо, – словно прочитав мысли Тома, заверил он, легко касаясь его губ поцелуем перед тем, как со счастливой улыбкой на лице прикрыть глаза и отдаться на волю сна.

========== Глава 102 ==========

Гарри еще сладко спал, когда Том, одарив его нежным взглядом, осторожно выбрался из постели. Его сегодня ожидал ряд важных дел, и одним из них он собирался заняться немедленно, несмотря на ранний час. Наскоро позавтракав, Том прежде всего тщательно изменил свою внешность с помощью заклятий, не желая быть случайно узнанным посторонними. Решив сэкономить силы, он из ближайшего круглосуточно работавшего магического паба каминной сетью отправился на юг Шотландии в Дамфрис, где проживала община волшебников. А уже оттуда аппарировал в окрестности Далгонара прямиком к поселению оборотней. До полнолуния еще оставалось больше недели, так что заявляться туда можно было без каких-либо опасений за свою жизнь. Оглянувшись по сторонам, Том отметил, что поселок мало поменялся за пятнадцать лет. Появилось несколько новых домов – да и только. Все вокруг дышало спокойствием и гармонией.

Память не подвела Тома, и уже через пару минут он стоял у дома Грейбека. Хозяин хижины, будучи настоящим сыном природы, почувствовал чужака и, не дожидаясь стука в дверь, вышел к гостю.

– Сними с себя чары иллюзии, Том, – Фенрир широко улыбнулся, моментально учуяв, кто к нему пришел. – Я так и знал, что этот старый интриган Дамблдор что-то недоговаривает, – Фенрир крепко пожал руку, протянутую ему для приветствия. – Рад видеть тебя среди живых. Проходи в дом. Сейчас чай заварим на наших местных травах. Помнится, тебе он прежде нравился. Что ж ты так долго не наведывался? Расскажешь?

– Да нечего особо и рассказывать, – Том все же в двух словах изложил свою историю, пока Грейбек возился с приготовлением обещанного чая, который и в самом деле имел приятный неповторимый аромат и обладал свойством наполнять энергией и бодростью испившего его.

– Я так догадываюсь, у тебя ко мне важное дело, раз в такую рань выбрался, – заметил Фенрир, присаживаясь рядом с гостем за стол.

– Да. Дел теперь невпроворот, – подтвердил Том и спросил напрямик: – Ремус Люпин у тебя спрятался?

– Зачем тебе мой сын? – Фенрир уже был знаком с подробностями происшествия в Отделе тайн от Ремуса, но хотел узнать позицию Тома.

– Его подозревают пока что в неумышленном магическом воздействии на волшебника, приведшем к смерти. Проще говоря – он заклятием отправил Аластора Грюма в Арку Смерти. Если ты откажешься выдать его Аврорату – а они в конце концов и к тебе явятся – то накличешь беду на свою общину. Ты же понимаешь это? – Том не стал скрываться за красивыми словами и выложил все как есть.

– Я знаю, – с тяжким вздохом Фенрир кивнул. – Но… дело в том, что Ремуса вел инстинкт…

– Я в курсе о запечатлении и о том, что подтолкнуло Люпина к такому поступку, но это его не оправдывает даже по вашим законам. Ему следовало вызвать Грюма на бой, а не бросать заклинание ему в спину, – жестко высказался Том. – Так он здесь?

– Да. Что ты собираешься делать? Передашь его аврорам? – Фенрир догадывался, что к этому рано или поздно придет, поэтому не обещал ничего Люпину и не пытался разубедить членов своей стаи, очень настороженно и недружелюбно принявших его. Нет, никто не кидался обвинениями Люпину и не вызывал его на бой чести. Его просто сторонились и презрительно косились в его сторону. Власть Грейбека не оспаривали, но показать свое отношение к его решению поселить тут Ремуса умели и без бунта.

– Вообще-то пока нет. Напротив, мне выгодно, чтобы до него не добрались раньше времени. Но я заинтересован в его сотрудничестве, – Том не стал скрывать от Грейбека, каким образом он хотел бы использовать сведения, которые способен дать Люпин.

– Думаешь, он может избежать смерти? – Фенрир по опыту знал, что на мнение Тома есть смысл полагаться.

– Я уверен в этом. Если все исполнить как надо, то есть шанс добиться условного наказания в виде ограничения прав в магическом мире, – заверил Риддл.

– Ему запретят колдовать, – Грейбек кивнул, соглашаясь, что это достойная кара. – Ты ему поможешь?

– Фенрир, я не министр, чтобы наверняка иметь возможность решить дело так, как мне необходимо, но я попробую. И вовсе не ради самого Люпина, как ты уже сообразил по моему рассказу, – Том никогда не давал пустых обещаний и старался не кривить душой, особенно с теми, кого считал своими друзьями.

– Идем поговорим с Ремусом. Я не хочу его принуждать, но он должен понять, что у меня не будет большого выбора, если сюда явятся авроры. Раз ты его нашел, то и они… – Фенрир махнул рукой.

Через час Том заручился магической клятвой Люпина не сбегать, в ответ заверив, что обязательно предупредит, когда в Аврорате соберутся сюда наведаться. Ремус написал собственноручное признание во всем, что сделал, не забыв указать подробности о настоящей роли Дамблдора в недавних событиях и о своих наблюдениях по поводу Волдеморта и того человека, который входил в Арку за Поттером. Несколько копий воспоминаний, начиная с полученного приказа следить за Поттером и оканчивая беседой с Альбусом после освобождения под поручительство, заняли место в предусмотрительно захваченном Томом хрустальном флаконе. В свое время они послужат наглядным приложением к письму.