Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 3. Дары Судьбы (СИ) - "Рада Девил" - Страница 439

– Ты плохо себя чувствуешь? – Северус обеспокоенно посмотрел на Поттера.

– Да нет, не сказал бы. Это, скорее, для утоления профессионального любопытства колдомедика, – отмахнулся Гарри. – Что-то вроде благодарности за его визит ко мне в Хогвартс. Ты же сам отмечал, что его заинтересовал мой случай – вот я и согласился на осмотр.

– На улице солнечно, так что можно позагорать, – предложил Том, слегка отвлекая от разговора – уж он-то наверняка знал, для чего на самом деле Гарри затеял эту встречу с целителем.

– Значит, пойдем к озеру, – подвел итог Северус, таким незамысловатым образом уточнив их дальнейшие планы.

После завтрака, накрытого домовухой в столовой, все отправились в их любимую гостиную: она была не слишком большой, уютной, и в ней имелось все, чтобы с комфортом расположиться для отдыха или беседы. Том принес сферу с пророчеством, которую, как и говорила Госпожа, ему удалось без проблем забрать с собой из Отдела тайн. Он передал зачарованный хрустальный шар Гарри.

– Может, ты хотел бы прослушать его сам? – Северус считал, что не стоит отнимать у Гарри права на тайны, хотя ему было чрезвычайно интересно узнать, что скрывал Дамблдор, решив не озвучивать для общественности пророчество полностью.

– Ни в коем случае, – торопливо заверил Гарри, боявшийся признаться, что ему немного страшновато – мало ли какие неожиданности скрыты в воспоминании, хранившемся в тех серебристых паутинках, что кружили в столь безобидном на вид шарике. – Я хочу, чтобы вы были рядом, – он проследил, как, выражая свое согласие, Том и Северус дружно кивнули и заняли места в креслах, а затем положил сферу на столик и потоком личной магии активировал ее.

Сначала туманные нити за тонкой неразбиваемой преградой, отделявшей их от внешнего мира, резко остановились, словно их заморозили. Потом хрустальная оболочка принялась видоизменяться на глазах у трех волшебников, за несколько секунд превратившись в подобие пиалы, в которой, как в миниатюрном думосборе, копии воспоминаний снова пришли в движение. Спустя пару секунд над чашей с магической субстанцией возникло полупрозрачное, точно привидение, небольшое изображение профессора Трелони – фута два высотой, не более. Прорицательница заговорила странным, каким-то неживым голосом, уже знакомым Гарри по его прошлому опыту:

«Грядет тот, у кого хватит могущества победить Темного Лорда, рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, рожденный на исходе седьмого месяца… и Темный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы…

Опираясь на мудрость и поддержку посвященных, Избранный обретет мощь для торжества над врагом… и не упустит он свой шанс, ибо не сможет жить спокойно, пока жив Темный Лорд… тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить… родится на исходе седьмого месяца…»

Еще несколько мгновений призрачная фигура висела в воздухе, а затем растаяла – на столе опять лежала хрустальная сфера, в которой, будто маленький водоворот, кружили, серебристо мерцая, молочно-белые пряди пророчества.

– Так вот откуда Альбус взял привычку называть тебя Избранным, – через пару минут произнес Северус.

– Дадим себе немного времени обдумать все это, – предложил Том. – Хотя бы, пока доберемся до озера, – он указал на окно, за которым плескалось солнечное утро.

– Согласен, – кивнул Гарри. Не сказать чтобы пророчество его сильно поразило, но поразмыслить имелось над чем. – Спрячешь у себя в сейфе? – он протянул шар Тому.

– Разумеется, – заверил тот. – Идем переодеваться, – он посмотрел на Северуса, все еще сосредоточенно уставившегося на стол, над которым недавно вещала копия Трелони. – Эй! Ты нас слышишь?

– Не глухой, как ни странно, учитывая какой гвалт постоянно стоит в Большом зале, где мне приходится находиться трижды в день десять месяцев в году, – Снейп, похоже, уже пришел к каким-то выводам, потому что легко переключил свое внимание на Тома.

Через пятнадцать минут, захватив с собой приготовленную Виолой корзинку с фруктами и напитками, Том, Гарри и Северус бодро шагали по парку, болтая о пустяках, обмениваясь шутками и двусмысленными намеками. Они прекрасно осознавали, что совсем скоро их снова увлекут серьезные разговоры, поэтому пользовались случаем, чтобы хоть ненадолго уйти от проблем и тревог.

На берегу озера, чуть поодаль от воды, почти у деревьев, чтобы была возможность укрыться в тени, Том установил для всех шезлонги, предусмотрительно захваченные с собой. Благо магия позволяла уменьшать такие вещи без вреда для них, так что все необходимое, включая полотенца, огромное покрывало для желающих полежать и скатерть для пикника, без труда поместилось в корзинке рядом с едой.

Раздевшись до плавок, Гарри сразу же отправился на берег, чтобы попробовать воду в озере, и был искренне расстроен, обнаружив, что она слишком холодная для комфортного купания. Конечно, можно было применить согревающие чары, но кое-что все же приятнее делать без использования колдовства. Возвращаясь к месту, облюбованному Томом, Гарри отметил, что ему оставили раскладное кресло посредине – явно для того, чтобы было удобнее слушать его обещанный рассказ.

– Каковы твои выводы по пророчеству? – спустя некоторое время, когда все молча грелись на солнышке, поинтересовался Северус у Гарри.

– А что там думать? Учитывая, что Госпожа не порекомендовала выбросить сферу, а посоветовала Тому забрать ее домой, с уверенностью можно предположить, что оно подлинное. Раз я смог без проблем активировать прослушивание, или вернее будет сказать – просмотр, то существует большая вероятность, что оно обо мне. Если взять это за основу, то выходит, что «посвященные», которые мне окажут поддержку – это вы с Томом, – Гарри посмотрел сначала на одного, затем на другого собеседника. – После закрепления уз наша объединенная магическая сила станет весьма значимой во всем мире волшебников – это и будет та самая мощь, что, согласно пророчеству, поможет мне одолеть Темного Лорда, если я соберусь это осуществить.

– Там утверждалось, что ты не упустишь свой шанс, – уточнил Северус, испытующе поглядев на Гарри, повернувшегося в его сторону. – И с кем же тебе предстоит схватиться?

– Ну не с тем же уродом, который орет, что он Волдеморт, – Поттер презрительно фыркнул. – Дамблдор – вот кто настоящий Темный Лорд из пророчества. Я в этом даже не сомневаюсь.

– Мне нечего добавить к твоим рассуждениям, – отметил Том.

– Склонен согласиться. Поживем – увидим, не внесет ли жизнь свои коррективы, – бросил Северус, подводя черту под обсуждением этого вопроса.

– Я вот тут подумал… Я же тоже принял у Трелони предсказание на третьем курсе. А мне не нужно было пойти в Отдел тайн и оставить воспоминание о нем на хранение? – Гарри не искал себе хлопот, но ему было интересно, что по этому поводу говорят правила.

– Вообще-то это не обязательно, по крайней мере, насколько мне известно, каких-либо строгих инструкций на такой счет не существует, – отвечать взялся Том, как более подкованный в тонкостях организации работы Министерства Магии, в состав которого входил и Отдел тайн. – Но обычно все вприпрыжку мчатся, чтобы заявить о том, что им выпала честь принять пророчество. Тогда создается комиссия из невыразимцев, и они определяют – не сфабриковано ли предсказание и есть ли смысл помещать его в хранилище, – Риддл на пару секунд замолчал. – Мне кажется, что принятое тобой у Трелони два года назад стоило бы довести до сведения компетентных лиц. Хотя бы в плане иллюстрации твоей доброй воли в сотрудничестве с действующей властью. Напомнишь мне его?

– Без проблем. Оно словно отпечаталось в моей памяти, – Гарри прикрыл глаза и продекламировал: – Предатель и трус уйдет, когда вспыхнет лунный путь. Вступив в союз с неведающим, он станет опорой обманутому лгуну. Прячущий лицо и имя будет нести боль этому миру, подчиняясь воле сильного, получая его защиту и одобрение делам своим. И не остановится он, пока отмеченный самой Магией не исполнит своего предназначения, пройдя по пути, назначенному Лахесис.