Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 3. Дары Судьбы (СИ) - "Рада Девил" - Страница 455

Сначала, как и ранее во время занятий, Северус и Том, применяя волшебные палочки, продемонстрировали Гарри заклинания, которые планировали использовать, чтобы он смог запомнить узор чар, а затем приступили к отработке их беспалочкового аналога. Уже минут через двадцать Гарри заметил, что Том делает больше ошибок, чем Северус. Мелких и несущественных, его чары выходили посредственными и нестабильными, но это все же показалось подозрительным. Когда и спустя полчаса все осталось без изменений, Поттер скомандовал перерыв.

– Том, выкладывай, что с тобой? – ходить вокруг да около Гарри не собирался. – Твои наколдованные веревки можно разрушить, всего лишь подув на них хорошенько.

– Да ничего страшного, – отмахнулся Том. – Сегодня четверым убирал старые знаки связи. Видимо, слегка подустал.

– Почему ты не сказал? – Северус нахмурился. – Тренировку нужно было отложить, – с укором отчитал он.

– Так я же специально предложил простые заклинания отшлифовать – даже если бы ошибся или что-нибудь не получилось, то никаких опасных последствий это не вызвало бы, – Том терпеть не мог признаваться в слабости. – К тому же я сносно себя чувствовал, пока не начал работать с беспалочковыми чарами.

– Конечно! – с нажимом произнес Гарри, бесцеремонно, но не грубо выпихивая Тома из тренировочного зала. – Ведь так гораздо сильнее приходится выкладываться, и потеря энергии у вас значительно больше, чем при обычном колдовстве. И так будет продолжаться, пока вы полностью не освоитесь с таким использованием своих магических способностей. Уж я в состоянии это подтвердить, потому что имею личный опыт.

– Ладно-ладно… Я осознал и впредь не стану скрывать от вас столь важную информацию, как работа по удалению меток, – пообещал Том. – Опять на террасу? – поинтересовался он пожеланиями партнеров, где они предпочли бы расположиться. После тренировок они никогда не принимались за серьезные дела, давая себе время для отдыха.

– Да. И попросим принести нам мороженое, которое я купил у Фортескью, – согласился с предложением Снейп.

– А ты так и не планируешь убирать свой… рисунок? – Гарри, устраиваясь в плетеном кресле, вопросительно посмотрел на Северуса.

– Нет. Я же сказал, что он мне не мешает. А что? Тебе он очень не нравится?

– Художественная ценность сомнительная, – Гарри насмешливо фыркнул. – Если для тебя это так важно, то я абсолютно не против любоваться этим знаком на твоем предплечье.

– Вот и отлично, – Северус подсел ближе к столику – Барри подал десерт: фрукты и мороженое.

– Ты не единственный отказываешься. Люциус и Долохов тоже сообщили, что не собираются лишать себя такой «красоты», – Том интонацией намекнул, что не только Гарри оценил специфичность изображения магического знака. – Они заявили, что подождут, пока Дамблдор заплатит по счетам.

– Вот видишь – это, – Северус похлопал себя по руке там, где была метка, – стало символом нашей борьбы с Альбусом. И не один я так думаю. Давайте лучше угощаться, – он ухмыльнулся и, потянувшись через стол, поднес ложечку с молочным десертом ко рту Тома. – Попробуй шоколадное.

– Считаешь, что я не способен сам справиться? – заулыбался тот, но мороженое с ложки слизнул.

– Надоело все серьезное. До тошноты… – беспечно пояснил Северус свое желание накормить с ложечки.

– Однако не надейся, что я начну щедро делиться своим ванильным, – Том нарочито подтянул свою вазочку поближе к себе, разыгрывая жадность.

– А на клубничное поменяешься? – Гарри повторил за Северусом, угощая Тома мороженым.

– Ммм… Вкусно, – подтвердил Том. – Но – нет. Сам все съем, – он снисходительно улыбнулся на заявление в ответ:

– Тогда и мы делиться не станем, – Северус, дурачась, принялся кормить Гарри, набирая мороженое по очереди то из своей вазочки, то из его, а заодно успевая и себя не обделить.

Гарри специально промахивался мимо ложечки, таким незатейливым способом предлагая слизать и сцеловать со своих щек и губ сладкие потеки. И вкус у этих поцелуев был клубничный и шоколадный. Том с улыбкой наблюдал за их возней, но на все приглашения присоединиться отговаривался усталостью.

– Предпочитаю быть липким от кое-чего другого, – ухмыльнулся он.

– Прямо сейчас? – хитро усмехаясь, поинтересовался Северус, оторвавшись от глупой, но увлекательной забавы. Он выразительно подвигал бровями, намекая на занятия сексом на свежем воздухе.

– Лучше уж в спальне, – последовал ленивый ответ. – Там, несомненно, будет удобнее.

*** Позже вечером, устраиваясь на широкой хозяйской кровати, Северус припомнил намеки Тома, и Гарри без промедления приступил к «разогреву», ловко делая массаж. Том это очень любил. В последнее время Поттер старался выяснить, какие ласки каждый из его партнеров предпочитает, чтобы доставить им как можно больше удовольствия, так же как и Том с Северусом постепенно изучали вкусы Гарри. Они уже давно успели притереться и были знакомы с характерами друг друга. Это помогало теперь по малейшему движению, жесту или слову улавливать настроение и желание партнера. Период чувственных открытий приносил Гарри море наслаждения, и он даже был рад существовавшим ограничениям, сдерживавшим их страсть. Это позволяло посмаковать все неспешно и не утонуть в эмоциях, вызванных жаждой слиться с обоими партнерами и раствориться в них. Давало возможность узнать Тома и Северуса с ранее неизведанной стороны и в который раз убедиться – Магия сделала верный выбор, подтолкнув их к тройственному союзу.

Разомлев под умелыми пальцами Гарри, Том попросил:

– Сев, может, ты потрудишься сегодня? – он слегка подбросил бедра, намекая на желание сменить обычно активную позицию на пассивную. – А то Гарри подумает, что у нас жесткое распределение… – он довольно хмыкнул, так и не договорив, когда Северус, ухмыльнувшись, пообещал развеять любые сомнения в том, что он способен мастерски кое-кого ленивого отмассировать изнутри.

Том блаженно застонал – Северус и Гарри без дальнейших слов приступили к более интимным ласкам, доводя его до состояния парения в невесомости от окутывавших нежности и заботы. Северус подготовливал партнера к соитию особенно тщательно, учитывая, что тот гораздо реже его самого бывал в позиции принимающего. Осторожно растягивая, разминая и раскрывая вход в тело Тома, Северус не забывал уделять внимание Гарри, отвечая на его поцелуи. Он мимоходом ненавязчиво пояснил, что ему нравится быть ведомым в сексуальных играх, но иногда он все же готов дать расслабиться и партнеру, взяв на себя активную роль. Том, дойдя до крайнего возбуждения, подтолкнул Гарри к спинке кровати, усаживая его, и, хитро усмехнувшись, выдохнул:

– Смотри и не смей касаться себя, как и я…

Встав на колени напротив Поттера, Том устроился так, чтобы глядеть ему в лицо, улавливая все эмоции и жадно впитывая его желание, светившееся во взгляде. А еще для того, чтобы поддерживать ментальную связь с ним. Он поднял бедра повыше, чтобы Северусу было удобно, и тот, догадавшись, что именно решил Том проделать, не заставил себя упрашивать. Он одним слитным движением вошел в ожидавшую его проникновения глубину и так же, как и Том, прикипел взором к Гарри, словно тот принял на себя управление действиями партнеров и стал мерилом их запредельного удовольствия.

Толчки, равномерные, скользящие и будто ленивые вначале, постепенно становились более сильными и резкими, вынуждавшими Тома сквозь зубы постанывать после каждого прикосновения к чувствительному местечку в его теле, а Гарри вторить ему, практически ощущая почти то же, что и Том. Это сводило Северуса с ума – ведь он, по сути, владел обоими своими партнерами, обоим дарил незабываемые ощущения, срастался с ними сердцем и душой, давно разделив с ними магию, одну на троих.

Том превратился в своеобразное связующее звено между Северусом и Гарри, в ментальный мост, объединивший их в одно целое, отыскав таким способом возможность обойти требование того, что физически им пока следовало избегать подобного. Это приносило ни с чем не сравнимое удовлетворение и стремление, чтобы так было вечно. Крепкая хватка рук Северуса казалась надежным гарантом защищенности, позволяя ослабить собственный контроль и полностью положиться на умения партнера, без оглядки отдаваясь ему и его жажде слияния. Полыхавшие страстью глаза Гарри, раскрасневшиеся щеки, точно это его сейчас самозабвенно брал Северус, магнитом приковывали к себе взгляд Тома.