Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 3. Дары Судьбы (СИ) - "Рада Девил" - Страница 465

Немного позже Люциус связался с Томом и сообщил о пробуждении Регулуса и о его частичной потере памяти. А еще он отметил, что, похоже, тот что-то скрывал, потому что вел себя слишком уж настороженно, хотя его окружали довольно близкие родственники, от которых не стоило ожидать подвоха.

========== Глава 110 ==========

Том, Северус и Гарри чаще всего завтракали порознь – кто-то спешил приступить к запланированным делам, а кто-то хотел еще поваляться в постели, отдавая дань отдыху или намереваясь подольше посмаковать эмоции, вызванные близостью с партнерами. К обеду все старались собраться за общим столом, но зачастую это оказывалось невозможным по различным причинам: срочное заседание у министра, нежелание прерывать исследовательский эксперимент, посещение Блэк-хауса или Малфой-мэнора и их бесценных библиотек и многое другое. Одним словом, дни у всех проходили если и не очень интересно, то насыщенно. А вот ужин для обитателей Певерелл-мэнора постепенно превращался в семейное мероприятие, обраставшее своими традициями и обычаями, и пропускали его лишь в случае чрезвычайной ситуации. За ужином все хвалились своими успехами за день, что позволяло им быть в курсе дел партнеров, а порой и давать толковые советы по тому или иному вопросу во время обсуждения. Затем бегло рассматривались планы на ближайшие дни, уточнялись необходимые детали, и происходил обмен мнениями о целесообразности тех или иных действий. И только после этого переходили к темам более далекой перспективы.

В четверг Том первым делом сообщил, что Регулус Блэк пришел в сознание. Учитывая выявленные у него проблемы с памятью, рассудили пока не торопиться с визитами и положиться на Беллатрису, взвалившую на себя бремя реабилитации кузена.

– Сегодня подводили итоги расследования по инциденту в Отделе тайн. В результате – ничего нового. Остались открытыми несколько вопросов. «Ищут» Люпина, но с подачи Фаджа – не слишком усердно, чтобы не потребовалось закрывать производство на Дамблдора по поводу невыполненных условий поручительства, решение по которому Визенгамот примет к концу месяца. Обязательный срок дознания закончится двадцать четвертого, – отметил Том, принюхиваясь к изумительному запаху зажаренной с травами бараньей ноги, искусно нарезанной Виолой на ровные плоские куски.

– А что насчет портключа? – Гарри было любопытно, разобрались ли невыразимцы, кто украл артефакт пятнадцать лет назад, или нет.

– Пруэтт, узнав о подозрениях, которые могут возникнуть, отдал свои воспоминания. Выяснилось, что он почти не интересовался процессом уничтожения и даже практически не следил за манипуляциями с портключом. Поэтому и отказывался… не хотел, чтобы его уличили в пренебрежении оказанным ему доверием, как он сказал, – Том усмехнулся. – Они там все не особо внимательны были, считая свое присутствие просто формальностью. Так что «отказник» у нас один – Дамблдор, но заставить его поделиться воспоминаниями нет законных рычагов, – он хмыкнул. – При исследовании охранных чар на Министерстве обнаружено несколько сомнительных плетений в разных слоях защиты. Ответить однозначно, связаны ли они с использованным преступниками портключом, эксперты не сумели. Однако была выявлена странность, когда взялись блокировать позволение для Дамблдора на свободное аппарирование на территорию Министерства. Подобное разрешение – а их дают лишь единицам, включая министра и Великого чародея – в отличие от запрета, нельзя наколдовать когда вздумается, а только во время обновления всего щита. Так вот… установлено, что чары для Дамблдора были с дефектом, – Том многозначительно посмотрел на Северуса и Гарри. – Похоже, когда Альбус находился в Министерстве, его канал для аппарации все время был открыт.

– Что это значит? – Поттер очень сосредоточенно прислушивался к рассказу.

– Канал – магический замок – должен открываться исключительно на время пересечения охранного щита. А при таком раскладе оставалась та самая дыра, которой можно воспользоваться, имея портключ, – в двух словах пояснил Том. – Непонятно, почему нарушение функций защиты не заметили сразу при тестировании. И так и не разобрались, как такое вообще могло случиться. Подозревают вмешательство в чары во время настройки – либо прямое воздействие, либо какой-то артефакт, помешавший правильно вплести в щит магическую подпись Дамблдора.

– Так Дамблдор попался или нет? – допытывался Гарри, хотя и догадывался, что все не так просто.

– Нет оснований утверждать, что это дело его рук. При наведении купола все участники вплетают чары разрешения на аппарацию для списка элиты. Определить, кто конкретно внес изменение в колдовство, чтобы оно срабатывало именно таким образом, не представляется возможным, – казалось, будто Том зачитал строки официального документа.

– Но мы-то знаем, что это он! – расстроенно бросил Гарри.

– Скримджер оказался прав – наш противник слишком умен, чтобы попасться на непродуманном колдовстве, – произнес Том и вопросительно посмотрел на Северуса, который не проявлял своего отношения к рассказанному.

– Что ты хочешь от меня услышать? – увидев, что привлек внимание, поинтересовался Снейп. – Я и раньше заявлял, что Альбус – мерзкий хитрожопый интриган, – он пожал плечами. – Лучше давай послушаем, что удалось откопать в библиотеке Блэков. Надеюсь, Сириус дал тебе поработать и не доставал пустыми разговорами? – обратился он к Гарри, меняя тему беседы.

– Он полдня провел в Гринготтсе, так что я спокойно шерстил его книги, – Гарри не стал ломаться и сразу принялся рассказывать о своих успехах. – Пару фолиантов по теории колдовства я забрал сюда, конечно же, с позволения Сириуса. Они такие огромные и толстые, вы бы только видели, – Поттер, разведя руки в стороны, показал величину книг. – Буду потихоньку разбираться, что полезного получится из них почерпнуть. Но не это главное. Мне кажется, что я нашел то, что нужно для моих планов по установлению местонахождения Гриндевальда. По крайней мере, более удобного варианта для достижения моих целей я пока не встречал. В труде, написанном одним из предков Сириуса, любившим путешествовать, я отыскал чары розыска кровного родственника, основанные на использовании простейшего артефакта, изготовленного непосредственно тем, кто будет вести поиск. Суть элементарна: любой предмет из хрусталя или бесцветного кварца зачаровывают особым образом, чтобы при приближении к искомому он менял интенсивность выбранной окраски, а под воздействием конкретного заклинания еще и сигнализировал о направлении, которого следует придерживаться, чтобы обнаружить разыскиваемого. Предельный радиус действия – около тридцати миль. Не очень большой, учитывая наш случай, но и гораздо внушительнее, чем упоминается в описании других методов. Этот способ был придуман для того, чтобы можно было отыскать затерявшегося в пустыне или густом лесу. И вот это меня слегка смущает – вдруг в густонаселенных районах чары дадут сбой или и вовсе не сработают?

– Такое не исключено, – подтвердил Том как специалист по зачарованным вещам, – если это колдовство имеет несколько ступеней. К примеру – сначала ищется человек вообще, а затем только задействуется определение кровного родства. Когда людей чересчур много, то артефакт может не справиться с такой нагрузкой.

– Вот и я об этом же подумал, – Гарри озабоченно покачал головой. – Но это ведь так практично – похоже на компас, но указывает не на стороны света, а на человека или группу людей. Я планирую поэкспериментировать. Обращусь за помощью к Рону и Драко. У них достаточно кровных родственников, чтобы проверить работоспособность такого поиска.

– Заодно повидаетесь, а то совсем друзей забыл. А они, между прочим, частенько встречаются. Мне Люциус говорил, – Том поддержал идею Поттера, считая, что ему будет полезно пообщаться с кем-либо еще, кроме них с Северусом и Блэка.

– Но я бы рекомендовал не бросать розыски еще какого-нибудь действенного колдовства. Пусть оно будет не столь удобным и наглядным, но подстраховаться не повредит, – посоветовал Северус. – У меня нет желания безрезультатно мотаться по Европе из-за несовершенства выбранного метода.