Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 3. Дары Судьбы (СИ) - "Рада Девил" - Страница 487

– И на кого вы нападали? – такими словами встретил их Геллерт, расположившийся в беседке для чтения очередной стопки газет за прошлые годы.

– Мы? Из-за чего ты так решил? – Поттер был заинтригован ходом рассуждений отца, пришедшего к столь странному выводу.

– Убегая, ты заявил, что у вас нападение. Разве ты не спешил на операцию, проводимую неведомыми для меня «вами»? – Геллерт склонил голову набок – совсем так, как порой делал и сам Гарри.

– Ммм… Без объяснений мое замечание и впрямь выглядит неоднозначно, – Гарри вздохнул. – Упивающиеся Смертью напали на Косой Переулок в Лондоне. Именно туда я собирался сегодня тебя повести. Мы помогали аврорам избавиться от угрозы обычным волшебникам, которые не способны противостоять обученным боевикам. Ты уже в курсе, что через неделю будут выборы министра, и нам, – Гарри оглянулся на Тома и Северуса, давая понять, о ком идет речь, – очень важно, чтобы они прошли так, как ожидается. А испуганные избиратели могут подкинуть внезапный сюрприз в плане своего решения, кого они желают видеть руководителем магической Британии. Так что теперь придется немного повременить с прогулками – это слишком опасно.

– Ты хочешь сказать, что прямо отсюда отправился в гущу магической схватки? Зачем? Тебя же могли ранить или…

– Не могли! Я достаточно неплохо владею искусством боя. Нет… в этом я пока не мастер, но все же кое-что умею, – принялся отстаивать свою позицию Гарри, однако был перебит Томом, посчитавшим, что ситуация была подходящей, чтобы устроить небольшую взбучку:

– И поэтому ты явился туда без специального снаряжения, – он указал на свой костюм, подобный тому, что Поттеру когда-то подарил крестный.

– Я не хотел терять времени – Драко звал на помощь, – Гарри упрямо задрал подбородок. Он еще в Косом Переулке заметил, как партнеры неодобрительно посмотрели на его одежду.

– У тебя, как у моего супруга, сейчас есть возможность аппарировать прямо в свою комнату. Благодаря чарам ты переоделся бы за считанные мгновения. Не думаю, что твоя задержка на несколько секунд как-то особенно повлияла бы на исход событий, – жесткий тон Тома, наполненный всепоглощающей заботой, заставил Гарри сдаться:

– Сглупил, – он развел руками. – Постараюсь исправиться, – в его взгляде светилось столько покорности и невинности, что можно было бы легко обмануться, если бы Том и Северус не знали его получше.

– Ты не имеешь права на такие ошибки, – твердо припечатал Северус, не поддаваясь на его притворство.

– Да, учитель, – Поттер склонил голову, поняв, что настаивать на своем бесполезно, ведь он и в самом деле поступил безрассудно. Его ответ был предельно серьезным, что давало Гриндевальду пищу для раздумий и очередных выводов.

– Планируешь стать мастером? Не рано ли? Подождал бы лет десять, набрался опыта, – Геллерт, казалось, немного насмехался над желанием Гарри достичь совершенства в столь юном возрасте.

– Я справлюсь. К тому же это будет не первое мое мастерство, – заявление прозвучало не хвастливо, а как констатация факта.

– Не первое? – Гриндевальд не скрыл удивления.

– В четырнадцать Гарри стал мастером менталистики, – с гордостью сообщил Том. – Тогда же он получил статус главы рода Поттер. Он у нас чрезвычайно выдающийся волшебник.

– Приятно слышать. Составите мне компанию за обедом? – Геллерту не хотелось оставаться одному, и он пытался найти повод, чтобы задержать собеседников еще хотя бы на полчаса. Ему было весьма любопытно узнавать что-то новое о сыне – Поттер все же устроил проверку родства с помощью специального зелья, так что сомнений у Гриндевальда больше не возникало. Да и магические партнеры Гарри являлись очень интересными личностями, с которыми было занимательно разговаривать на любые темы.

***

Дамблдор отшвырнул газету в сторону и скрипнул зубами от избытка злости и раздражения, вызванных действиями Барти. Требовалось срочно с ним увидеться, но после того, как Альбусу стало известно о побеге Регулуса, коттедж уже не казался безопасным для этих целей. Даже удивляло, что Питер, позаботившись о переносе базы Упивающихся, так бесстрашно возвращался в дом, о местоположении которого был в курсе Регулус. Сириус, конечно, мог бы успокоить тревогу, лишь посмотрев на родовой гобелен, но он после событий в Отделе тайн так и не давал о себе знать, затаившись в своей норе. Мысли Альбуса вгрызались в сознание как ядовитые докси – о чем бы он ни подумал, все приносило только разочарование и понимание своего бессилия что-либо изменить, чтобы его взлелеянный в мечтах мир перестал катиться в пропасть. В итоге встречу пришлось назначить в Визжащей хижине.

– Альбус, запомни, я первый и последний раз прихожу в такое место, – недовольно заявил Барти, брезгливо оглядываясь по сторонам на горы хлама и грязи. – Если бы не заверения Питера, то я не рискнул бы сюда явиться, – он оглянулся на Петтигрю, молча прислушивавшегося к его словам.

– А в коттедж рискуешь? Регулуса, как я догадываюсь, вы еще не нашли? – презрительно бросил Дамблдор. – Ты лучше ответь – что это за самодеятельность? Я же четко написал – организовать с десяток мелких нападений в магических поселениях дня за три-четыре до выборов, чтобы напомнить как можно большему числу магов о своем существовании. А вы что сделали? Да Косой Переулок сейчас охраняется аврорами не хуже Министерства! Вы и полчаса не продержались там! Скольких ты потерял из-за этой глупости? А нам эти боевики пригодились бы во время решающего наступления.

– Альбус, я же просил не приказывать мне. Это моя армия. Я могу прислушаться к твоему совету, но ты не будешь за меня принимать решения. Если тебе было важно, чтобы все прошло по твоему плану, то следовало объяснить свою позицию, а не присылать мне требование с совой, – Барти выглядел устрашающе. Это уже был не тот мальчишка-ученый, который благодарил за спасение из Азкабана. Этот Барти отлично представлял, что такое власть, и становился необыкновенно опасным.

– Мы договаривались раньше, что я пришлю инструкции. Тогда тебя все устраивало, – слова Альбуса походили на оправдание.

– Инструкции? Да ты предложил моим людям выступить в роли балаганных шутов! Пусть наделают побольше шума… – последняя фраза, явно взятая из письма Дамблдора, была произнесена насмешливым тоном. – Ты издеваешься? У меня армия боевиков, а не лицедеев. Им нужно чувствовать себя силой! Видел бы ты, как разбегались все эти обыватели, как прятались в щели, словно мыши при виде кота! Мы показали, что нас слишком много, чтобы забывать об угрозе.

– Ну да… Сила, говоришь? Ваш тайный ход с двойниками-иллюзиями был раскрыт и послужил диаметрально противоположной цели! – Альбус осуждающе покачал головой. – Во всех газетах теперь трубят о том, что вы – горстка воров и грабителей, притворяющихся чем-то более внушительным. Согласись же наконец – у тебя недостаточно опыта, чтобы просчитывать последствия своих эскапад.

– Это все, о чем ты хотел поговорить? – Барти был не на шутку уязвлен, ведь сказанное Дамблдором являлось чистой правдой. Очередной промах и без нравоучений доставил немало неприятностей.

– Если Олдертон не выиграет на выборах, придется принимать меры. И это весьма вероятно, судя по настроениям общественности, – продолжил Дамблдор излагать свое мнение. – В прессе уже появились хвалебные оды Фаджу, который так отлично организовал защиту граждан, что в результате внезапного нападения бандитов никто особенно не пострадал, в то время как задержаны одиннадцать твоих боевиков. Одиннадцать!

– Они уже мертвы, – холодно перебил Барти. – Раз не сумели за себя постоять – то туда им и дорога. В наших рядах останутся лишь самые умелые воины, – Дамблдор понял, что Барти только что озвучил мысль, которой успокаивал себя после столь наглядного фиаско, поэтому не стал комментировать его слова, а познакомил со своими планами их дальнейших действий:

– Если наш кандидат не доберется до министерского кресла, нам необходимо будет основательно взяться за разработку плана силового захвата власти, который следовало бы осуществить в течение ближайших месяцев. Как ты на это смотришь? – Дамблдор решил не спорить с Барти по поводу, кто из них двоих главный, вполне серьезно прикидывая, как бы увидеться с ним без Питера, считая, что настало время сделать этого монстра ручной собачонкой, пока он по своей глупости не уничтожил с таким трудом собранную армию.