13 кофейных историй (СИ) - Ролдугина Софья Валерьевна - Страница 334

Я слушала дядю Рэйвена – и постепенно всё становилось на свои места. Похоже, мисс Купер лгала не всегда. Она действительно хотела использовать меня, но не ради «Детей Красной Земли», а для того, чтобы выйти на человека, имеющего отношение к «осам» и найти наконец брата, которого сперва завербовал Кронус в Алмании, а затем здесь, в Аксонии – Особая служба.

– Когда мисс Купер узнала, как и по чьей вине погиб её брат, то сразу согласилась помочь в расследовании. И свидетельство этой женщины оказалось воистину бесценным. Мы смогли арестовать всю верхушку «деток», потому что мисс Купер лично знала Кронуса и, более того… – дядя Рэйвен сделал паузу – …более того, она была его любовницей.

Тут я догадалась.

– Мистер Фокс.

– Именно, – вздохнул маркиз. – Харальд Фокс. Но его настоящее имя – Льюис Герберт. Ему уже сорок четыре года. Он родился в Бромли, в семье прачки и фабричного рабочего. О юных годах его известно мало, однако в двадцать пять он уже был замечен во время забастовки рабочих на фабрике, где работал его отец. Кинул камнем в управляющего, попал в висок и убил – почти как в Писании, верно? Только правда была не на стороне пращника… Позже скрывался от правосудия у противников королевской власти, постепенно на него вышли агенты алманского влияния. Алмании выгодна слабая, обезглавленная Аксония – особенно сейчас, накануне… Впрочем, это неважно, – сам себя оборвал он. – Последние десять лет Льюис Герберт возглавляет организацию «Дети Красной Земли». Взрыв на пути королевского кортежа должен был стать его триумфом… Мисс Купер немногое успела рассказать, но с Гербертом я этой ошибки не повторю, – добавил маркиз, и прозвучало это зловеще.

Но, конечно, жалеть убийцу я не собиралась. У меня в голове вообще было совсем другое.

– О… Интересно, почему мисс Купер вообще решилась на открытое столкновение, – попробовала я издалека перейти к интересующей меня теме.

Дядя Рэйвен усмехнулся в чашку с чаем, оценив каламбур.

– Приняла вас в тумане за мисс Бьянки и попыталась убить как опасного свидетеля.

– Понимаю. А что теперь будет с мистером Эшли и с лордом Уилфилдом?

– Эшли казнят, без лишнего шума, разумеется. С лордом Уилфилдом придётся ограничиться отчуждением у него места в Парламенте, лишением всяческих привилегий и запретом появляться в Бромли… Вы уверены, что хотели спросить об этом? – ровно осведомился маркиз.

И я сдалась. В конце концов, политика никогда не была мне интересна.

– Что будет с моим водителем?

– Он вернётся к вам завтра, – вздохнул дядя Рэйвен. – Но, признаюсь честно, меня беспокоит то, что этот человек постоянно находится рядом с вами. Авантюристы, подобные ему, склонны преподносить сюрпризы.

– Как и все мы, в той или иной степени, – склонила я голову, пряча улыбку.

Да, эта история оказалась полна сюрпризов. Мистер Бьянки был на самом деле мисс Бьянки; Харольд Фокс – Льюисом Гербертом, точнее, Кронусом – убийцей, главой «Детей Красной Земли» и алманским агентом. Вёл двойную жизнь и Чарльз Купер, и его сестра, и каждый из них заплатил за это свою страшную цену, пусть Грейс и была не так уж виновата, учитывая, что её шантажировали жизнью брата. Дневники леди Милдред таили в себе пугающие загадки, а Лайзо, гипси и авантюрист, оказался единственным, на кого я могла положиться в этом непростом деле.

– И сюрпризы редко бывают приятными, – нахмурился дядя Рэйвен, исходя, вероятно, из печального личного опыта.

– Боюсь, что я пока слишком наивна, а потому надеюсь на лучшее, – призналась я.

– Для настоящей леди это безусловное достоинство, – заверил меня маркиз. – К слову, этот пирог великолепен. Не хочу хвастаться, но, похоже, мой повар превзошёл сам себя.

Я согласилась.

Дядя Рэйвен был абсолютно прав – в обоих случаях.

История десятая

Пряный кофе

Осень – время исполнения обещаний. Виржиния, графиня Эверсан-Валтер, собирается провести благотворительный вечер для помощи детям из приюта имени святого Кира Эйвонского. Детектив Эллис вспоминает о том, что давным-давно посулил Виржинии раскрыть зловещие тайны прошлого её подруги и компаньонки, Мадлен. Дневники леди Милдред также ожидают своего часа… И надо же было родственникам по линии Черри выбрать именно это время, чтобы навестить особняк на Спэрроу-плейс! В круговороте случайностей и неприятных сюрпризов лучшее подспорье – согревающий пряный кофе и, конечно, холодный ум. Ведь для настоящих леди безвыходных ситуаций не бывает.

Пряный кофе – выбор аккуратных и чутких гурманов. Стоит немного перестараться со специями, и вкус благородного напитка будет испорчен безвозвратно. Но тот, кто обладает хорошей интуицией и безупречным чувством меры, может попробовать свои силы в приготовлении кофе с базиликом и розмарином.

Травы для этого рецепта предпочтительно брать свежие, но на крайний случай сойдут и сушёные. Из расчёта на одну порцию возьмите пару некрупных листиков лимонного базилика и несколько «иголочек» розмарина. Можно также взять немного имбиря – по вкусу. Приправы разотрите в ступке до состояния однородной кашицы и переложите в чашку, затем перелейте туда же кофе, приготовленный методом френч-пресс или в турке. Сахар и мёд добавлять не требуется.

При видимой простоте рецепта пряный кофе очень редко получается приготовить с первого раза. Ведь розмарин – очень яркая приправа, особенно в сочетании с базиликом. Пара лишних «иголочек» – и напиток с необычным акцентом превращается в «травяной суп». Однако тот, кто сумеет найти правильный баланс, пополнит свою коллекцию рецептов замечательным кофе – согревающим зимой, бодрящим по утрам.

Неприятности частенько просачиваются в дом через бумагу.

Счета, не оплаченные вовремя; извещения о судебном заседании; клеветнические статьи в газетах; послания с угрозами и шантажом… Некоторые бумаги выглядят безобидно, но по сути своей являются предвестниками грядущих катастроф.

Таким было и письмо, доставленное в первый день октября – не слишком пухлое, в бледно-жёлтом конверте, запечатанное зелёным сургучом. Герб едва угадывался, но я слишком хорошо знала его, чтобы ошибиться – стилизованное вишнёвое дерево и первые буквы фамильного девиза.

– «Нагим человек приходит в этот мир и нагим покидает его, и лишь честь вечна», – по памяти процитировала я. Юджиния, корпевшая над бумагами за соседним столом, тут же вскинула голову и робко спросила:

– Вы… вы приказали что-то, леди Виржиния?

Кончики пальцев и нос были у неё сплошь в чернильных пятнах. Я подавила неуместный смешок:

– Нет, Юджи. Так, вспоминаю вслух… Передай-ка мне нож для бумаги. Была бы моя воля – я бы не вскрывала это письмо вовсе.

Юджиния потупила взор, отчаянно краснея. Любопытство боролось в ней с робостью и, кажется, побеждало.

– Не хочется вскрывать, потому что пишет неприятный человек? – наконец спросила она осторожно. Фразу можно было истолковать двояко – и как абстрактный философский интерес, и как прямой вопрос об адресанте.

Тем временем я вскрыла письмо и пробежала его глазами. У меня вырвался невольный вздох. Хмурый, туманный октябрь за окном не был и вполовину таким мрачным, как ближайшие перспективы.

– Не могу сказать, что такой уж неприятный. Всё же родная кровь… Но беспокойный и экстравагантный – это бесспорно. Юджиния, возьми, пожалуйста, мою тетрадь с напоминаниями и запиши на субботу: «Приезд К.Ч. с семейством, подготовить две гостевых комнаты и место в крыле для прислуги».

– «К.Ч.»? – неуверенно переспросила Юджиния.

– Клэра Черри. Вообще-то сам он настаивает на обращении «сэр Клэр Черри», но кому, как не мне, знать, что на самом деле он никакой не «сэр», – призналась я. – Его отец, Томас Черри, немало заплатил за то, чтобы его признали потомком баронета, а не рыцаря, на основании нескольких полуистлевших грамот… Собственно, именно это удовлетворение глупого тщеславия и сделало процветающее семейство Черри бедняками.