13 кофейных историй (СИ) - Ролдугина Софья Валерьевна - Страница 465

— Ни в коем случае. Разве что у кое-кого, склонного верить в худшее, — одарил меня улыбкой Клод. На скулах у него пробивался золотистый пушок — слабое подобие бакенбард, и лицо из-за этого казалось немного уже, чем было на самом деле. — А вообще у нас есть интересное предложение. Не желаете полюбоваться цветами в разгар холодов?

— Действительно, интересное, — вырвалось у меня. Да уж, семейство Перро оказалось полно сюрпризов!

В итоге я сообщила в кофейню о том, что прибуду только во второй половине дня, и направилась с Элейн и Клодом в марсовийское посольство. Там в оранжерее вдруг расцвели убранные на зиму розы, а небольшая аллея с апельсиновыми деревцами покрылась нежным белым флёром. Особняк с пристройками, отведённый под дипломатическую миссию, располагался на бульваре Холливэй, который ровно через квартал пересекался с «улицей Искусств», Хайвинг-стрит, а другим концом упирался в площадь с церковью святого Игнасия. Старинных красивых зданий здесь хватало, место было невероятно живописным и к тому же считалось престижным. На бульваре Холливэй располагалось не только марсовийское посольство, но ещё и лотарское, а почти в самом конце — романское. А также торговое представительство Алмании, и это обстоятельство, увы, совершенно вылетело у меня из головы.

Опомнилась я слишком поздно.

Мы отпустили кэб в самом начале бульвара, чтобы немного погулять и полюбоваться громадными чёрными дубами, сохранившимися, кажется, с тех времён, когда на месте Бромли было ещё небольшое поселение. Мы шли, шутливо обсуждая, почему вдруг розы распустились в неурочное время. Клод Перро утверждал, что это счастливое знамение в честь приезда его драгоценной особы. Элейн же словно бы из чувства противоречия мрачно пророчествовала, что-де алые цветы посреди зимы — предвестье войн и прочих бед. Я же искала рациональное объяснение: возможно, в оранжерее некоторое время было холодно и темно, затем неполадку устранили, и растения приняли неожиданное потепление за наступление весны…

…и аккурат в конце особенно прочувствованного пассажа, частично почерпнутого из уроков Паолы по ботанике, взгляд словно зацепился за что-то. Полузнакомое лицо в череде прохожих, тёмные глаза под полями шляпы.

Озарение было мгновенным: мистер Берг!

Несомненно, он. В другом пальто, более дорогом, с оторочкой из чернобурой лисы, с тростью в одной руке и небольшим саквояжем во второй. Элейн заметила мою запинку, проследила за направлением взгляда — и тоже замерла, бледнея.

— Тот человек, — сосредоточенно произнесла она, повернувшись ко мне. — Помните, я говорила про служанку? С ней был точно он.

— Я догадалась. Он заходил ко мне в кофейню, задавал вопросы, — ответила я машинально. — Святые Небеса, не смотрите на него! Давайте продолжим беседу и сделаем вид, что ничего не видим.

До самозваного мистера Берга оставалось шагов двадцать. Элейн изменила своё отношение к тому, насколько опасна Финола и её сообщники, после того как мисс Рич нашли мёртвой. И, ручаюсь, мы бы так и прошли мимо, щебеча подобно птицам, если б не Клод Перро.

— Не смотреть? Это почему ещё? — нахмурился он. Голубые его глаза на улице, в дневном свете, стали ещё ярче, и сейчас словно полыхали гневным холодным пламенем. Вот ведь воистину самоуверенный человек! — Дорогая, это ведь именно тот мерзавец, который был со служанкой-убийцей… или со служанкой убийцы? Неважно! И он ещё потом угрожал леди Виржинии! — сделал он неожиданный вывод. — Мы просто обязаны задержать его! Я с ним поговорю.

— Не вздумайте! — звенящим шёпотом отозвалась я, стараясь вложить в голос всю властность Валтеров, сохраняя выражение лица безмятежным. Если Берг заметит!.. — Вы просто не представляете, чем рискуете.

— Я? — высокомерно отозвался Клод. — Ничем не рискую. Я слишком известен, чтобы мне что-то сделали открыто. И все знают, что нас принимает леди Виолетта, — добавил он и решительно двинулся наперерез алманцу.

Я не успела сказать, что заступничество герцогини Альбийской, увы, в данном случае ничего не значит. Элейн, забыв о правилах приличия, вцепилась в рукав супруга и дёрнула на себя, но тщетно. Самоуверенного лётчика было не остановить. Он просто сделал несколько шагов, утягивая за собой и жену. Несколько секунд во мне боролись благоразумие и честь настоящей леди, не позволяющая оставить друзей в беде.

Победила честь — или, возможно, я заразилась апломбом от Клода Перро. В конце концов, не посмеет этот алманец, кем бы он ни был, угрожать самой графине Эверсан-Валтер.

Тем временем поддельный Берг обнаружил на своём пути лётчика, окрылённого благородной яростью, и попытался обойти его. Не тут-то было! Клод быстро шагнул в сторону, перекрывая дорогу. Берг прикоснулся к полям своей шляпы и произнёс:

— Добрый день, сэр. Не припомню, чтобы мы были знакомы. Чем обязан?

О, да, несомненно, это он. Тот же старинно-провинциальный акцент.

— Вы были со служанкой, как её… Дилейни! Короче, отравительницы. Вас видели, — громко заявил Клод, а у меня в груди всё похолодело. Нельзя же так прямо! — А ещё вы ходите и запугиваете леди. Что у вас на уме?

Поджарая и грациозная пожилая дама с такой же борзой оглянулась в нашу сторону и замедлила шаг, ловя каждое слово. Готова спорить, завтра сплетня о происшествии на бульваре Холливэй облетит все салоны. Двое джентльменов в почти одинаковых чёрных плащах прервали разговор, рассматривая свои ботинки.

— Вы, вероятно, меня с кем-то перепутали, — ответил алманец сдержанно, но глаза у него потемнели. — Прошу простить, я тороплюсь.

Он снова попытался обойти Клода, но тот проворно заступил ему путь.

— Ещё чего, у меня память прекрасная. И у моей жены. Дорогая, это он? — повысив голос, обратился он к супруге.

Я наконец взглянула на Элейн. Куда подевалось сумрачно-обречённое выражение! Теперь она хотя и стояла за плечом Клода, но всем своим видом выражала уверенность и спокойствие. Мелкие светлые кудряшки сейчас напоминали не шёлк, а золотые спиральки с режущей кромкой.

— Да, он, — холодно подтвердила Элейн. — Я видела вас у гадательницы Греты О'Келли около месяца назад, мистер…

— Мильх, — услужливо подсказал он. И тон его мне не понравился.

Сердце колотилось, как после чашки крепкого кофе с перцем, но голова стала абсолютно ясной. Я чётко понимала, что алманец сейчас заинтересовался супругами Перро, и ничего хорошего это им не принесёт. Нужно было срочно перевести его внимание на другой предмет… другую особу. В идеале — подставить Финолу Дилейни. Вот уж не огорчусь, если её тело всплывёт в Эйвоне.

Что ж, попробую. В любом случае, я рискую меньше, чем Перро.

— Мильх? — произнесла я, выступая из-за плеча Клода. — Неужели? Мне вы представились Бергом. Сколько же у вас имён? Впрочем, неважно, — улыбнулась я. Кажется, получилось — алманец теперь смотрел только на меня. — Совершенно забыла сказать, когда вы были в «Старом гнезде» на днях: держите свою Мэлоди в узде.

На лице его появилось выражение замешательства — на целую секунду позже, чтобы поверить в естественность.

— Мелодия? Какая мелодия? Вы имеете в виду музыку…

— Вы знаете, кого я имею в виду, мистер Берг. Не знаю, как вы с нею связаны, но ничего хорошего это знакомство вам не принесёт, — ответила я, не покривив душою. — Она ненавидит мужчин и с радостью использует их как пешки в своей игре. Пешки, разумеется, всегда уверены, что это они сидят за шахматной доской и ведут партию. Доброго дня, мистер Мильх… или всё-таки Берг? — улыбнулась я и добавила небрежно: — И не стоит бездумно бродить вокруг моего особняка. Сэр Клэр Черри не столь беспомощный и не столь джентльмен, как вам, возможно, показалось в прошлый раз.

Я внимательно следила за его лицом, подмечая малейшие изменения, и теперь у меня не осталось сомнений, что с дядей несколько дней назад столкнулся именно он. При упоминании фамилии Черри угол губ у «Берга» дёрнулся. Похоже, алманец немного разузнал о моей семье, и дядина биография отнюдь не пришлась ему по вкусу.