13 кофейных историй (СИ) - Ролдугина Софья Валерьевна - Страница 497

- Что?.. - растерянно откликнулась Абигейл. - Почему же?..

- Полагаю, потому что её убили. Это всегда производит отвратительное впечатление на покойников и портит им характер, - невозмутимо ответил Роджер - и неторопливо провёл пальцем вдоль багровой, словно бы освежёванной змеи на рамке вокруг игровой доски.

Леди Эрлтон принуждённо рассмеялась и легонько стукнула его веером по руке:

- Юноша, вы всегда отличались богатым воображением, но нужно ведь и меру знать. Ваши гостьи не привыкли к страшным историям. Кроме, разве что, леди Виржинии.

- Да? - всерьёз заинтересовался он и посмотрел на меня внимательно, чуть сощурившись.

Глэдис рассмеялась, взмахнув лорнетом:

- Леди Виржинии привил некоторые вредные привычки её новый... точнее, уже старый друг - мистер Норманн.

- Детектив Норманн, - поправила её Абигейл многозначительно и тоже засмеялась, пытаясь сгладить неловкость, возникшую после слов Роджера.

- Тогда уже детектив Эллис, - дотошно уточнила Глэдис. - Он ведь так себя предпочитает называть, верно?

Ответить я не успела.

- Эллис?! - радостно выгнул брови Роджер и порывисто взял мои руки в свои, ничуть не смущаясь. Будто не нарушал этикет самым немыслимым образом, а совершал нечто абсолютно естественное. - Вы - друг Эллиса? Настоящий друг? Он не говорил! Но я верю, вы даже похожи немного!

Глаза Роджера сияли неподдельным восхищением. А я, ошеломлённая силой его чувств, не могла и с места двинуться - не то что отнять руки.

В этот момент дверь гостиной снова приоткрылась, и вошла миссис Шелли, успокоенная и посвежевшая. А следом - рыжая служанка, Эсме Грунинг, с расписным веером на подносе. Она натолкнулась взглядом на наши сомкнутые руки, и лицо у неё жутко потемнело. Веер едва не соскользнул с накренившегося подноса...

Ненависть и зависть уродуют людей.

Глядя на такую некрасивую сейчас мисс Грунинг, я понимала это отчётливо.

Наверное, моё лицо изменилось тоже; не желаю знать, как именно. И Роджер это заметил:

- Вот все и в сборе! - отпрянул он и хлопнул в ладоши, а затем скользнул к доске. - Матушка, почтенные гостьи - прошу! Присаживайтесь ближе, я сейчас подготовлю игру, только нужна атмосфера... атмосфера... - Глаза у него лихорадочно заблестели, а между бровями залегла тревожная морщинка. - Придумал! Эсме... Мисс Грунинг, принесите благовония из моего кабинета, такие коричневые палочки. Они в шкатулке на полке. И будьте благоразумны, - добавил он изменившимся голосом, в котором нежность соединялась с такой холодной злостью, что у меня дыхание перехватило. - Леди Виржиния, что-то не так?

Роджер снова улыбался, светло и беспечно. Я даже не заметила, когда произошла новая перемена, и от этого руки стали неприятно слабыми, а веер - тяжёлым.

- Вам показалось, - ровно сказала я и взмахнула веером. Леди не так легко лишить самообладания, тем более леди из рода Валтер. - Наоборот, вспомнила кое-что приятное. Маркиз Рокпорт тоже питает страсть к восточным благовониям.

- Маркиз Рокпорт? - эхом отозвался Роджер, расставляя последние фигуры на доске. - Слышал о нём, но никогда не встречался прежде. Это ваш родственник?

- Друг моего отца, - повела я веером. - Мой бывший опекун... Мы помолвлены.

- Любопытно. Неудивительно, что его имя прозвучало из ваших уст по-особенному, - непонятно ответил он.

- Маркиз Рокпорт действительно особенный человек.

Абигейл не выдержала и рассмеялась, хоть и несколько принуждённо. Наверное, для неё, знающей о нашей с маркизом размолвке, диалог прозвучал забавный.

Святые Небеса, я сама едва не забыла, что сержусь на дядю Рэйвена, пока разговаривала с Роджером!

Тем временем миссис Шелли вспомнила о веере, разрисованном в бхаратском стиле, и принялась рассказывать его историю. Удивительно, однако выяснилось, что узор на деревянные пластинки перенёс с игровой доски лично мистер Шелли, когда заметил, как супруга интересуется росписью. Воистину талантливый человек был!

Когда мисс Грунинг принесла зажжённые ароматические палочки, леди восхищённо заговорили об изумительной бхаратской культуре. И я тоже мысленно перенеслась далеко отсюда... Нет, не в солнечную страну на океанском берегу, но в старинный особняк, где всегда царит полумрак, а в кабинете на втором этаже частенько решается судьба Аксонии. И - впервые за последние недели - сердце у меня кольнуло тоской.

Я скучала по дяде Рэйвену.

С игрой, к сожалению, вышла заминка. Правила предполагали участие шестерых игроков. Нас же было восемь. Миссис Прюн приготовилась благородно отказаться, хотя явно хорошо знала игру и ждала её, но потом взглянула на меня - и уступила сомнительную честь быть наблюдателем, чем заслужила мою искреннюю благодарность. Слишком о многом напоминали благовония... И слишком о многом я хотела расспросить Роджера, который также благородно отошёл в сторону, позволяя матери занять место у доски. Мы вдвоём присели в стороне, у окна. Сперва наблюдали за ходом игры. Роджер отпускал забавные и ничуть не обидные комментариями, над которыми даже грустная нынче Абигейл наконец начала посмеиваться. А когда леди слишком увлеклись и, кажется, совершенно позабыли о нас, мы завели беседу - об Эллисе, разумеется.

- Удивительный человек! - искренне восхитился Роджер. - Вы ведь слышали о том, что он делает для приюта?

- О, не только слышала, - улыбнулась я. - Глядя на Эллиса, я сама стала опекать приютских детишек.

- И как, святой Кир Эйвонский благодарен вам? - спросил он живо.

Я вспомнила, как едва не утонула в реке из-за покушения - и спаслась только благодаря чуду из тех, о которых впечатлительные старушки любят рассказывать друг другу после воскресной проповеди.

- Полагаю, что да.

Потом я попросила рассказать, как Роджер познакомился с Эллисом. История почти полностью повторяла ту, что прежде поведал сам детектив, и лишь незначительно отличалась в деталях. Однако на протяжении всего монолога меня что-то беспокоило. Не сразу стало ясно, что именно, но внезапная догадка заставила взять веер, чтобы чем-то занять руки и скрыть волнение.

Дар Финолы подсказывал, что Роджер не лгал, но часть истории явно выпала. И касалась она, судя по оговоркам, какой-то беседы между ним и Эллисом, а ещё - приюта, не раз и не два упомянутого вскользь. Вероятно, если бы я задала прямой вопрос, то получила бы столь же недвусмысленный ответ.

Но разумно ли было это делать рядом с посторонними?

Леди Абигейл и леди Клэймор, безусловно, оставались моими преданными подругами. Но именно что моими, а не детектива, а значит, не стоило открывать им слишком многое.

- ...Танцевал Эллис, впрочем, недурно. Одно мне непонятно до сих пор: кого изображала его маска? - договорила я фразу и внезапно поймала себя на том, что рассказываю об одном из наших общих с детективом приключений. Причём о таком, о котором следовало бы умолчать - "Дети Красной Земли" и политические игры, право, не лучшая тема для светской беседы.

А всё потому, что Роджер задал несколько легкомысленных вопросов. Сперва о том, как я помогаю приюту, затем - с какими просьбами обращается ко мне Эллис и часто ли он сам оказывает услуги в ответ. С истории о безумном парикмахере, вошедшей уже в анналы высшего света, мы перешли к Финоле Дилейни, чья нескромная биография когда-то промелькнула на страницах едва ли не каждой бромлинской газеты. И вот я уже сама не заметила, как перешла к рассказу о бале на Сошествие - но, к счастью, быстро опомнилась.

Роджер, казалось бы, не заметил заминки:

- Аякаси? Какое странное слово, - нахмурил он брови. - Наверное, что-то никконское.

- Полагаю, что так, - согласилась я легко. - Эллис, если мне не изменяет память, упоминал о чём-то подобном. И, к слову, не могу удержаться от вопроса, хотя и боюсь показаться бестактной, - заговорщически понизила я голос. - Он ведь снова занимается каким-то расследованием в вашем доме? Признаюсь откровенно, меня сюда привело не только желание познакомиться с миссис Шелли, о которой столько рассказывала миссис Прюн, но и любопытство. Мне уже приходилось слышать вашу фамилию на днях...