13 кофейных историй (СИ) - Ролдугина Софья Валерьевна - Страница 516

"Железная Минни" нырнула в туман на узкой боковой улочке; если раньше белёсую дымку немного рассеивал свет, то теперь, под крышами, она стала совершенно непроглядной.

- Нет, - качнул головой Лайзо. - Письма забирает его экономка. Больше дома никого, слуг маркиз отпустил, даже повара.

- Так волк ещё и голодный, - пробормотала я и улыбнулась.

- Что? - вздёрнул брови Лайзо, оглядываясь, но я не ответила и повернула голову к окну.

Взгляд увязал в мутном киселе тумана - и моя решимость тоже.

Впрочем, до особняка Рокпортов мы добрались достаточно быстро, чтоб не набраться по пути лишних сомнений, как ткань по такой погоде вбирает влагу. Лайзо привычно остановился почти у самых ступеней, открыл передо мною дверцу автомобиля и помог подняться по скользкому крыльцу. В особняк нас впустила сухощавая экономка... миссис О'Дрисколл, насколько помню. Никакое воспитание не помогло ей скрыть клокочущее внутри яростное недовольство; мне достался воистину обжигающий взгляд, а при виде лётчицкого свитера и чёрных волос у неё и вовсе дёрнулась бровь.

- Подождите в автомобиле, мистер Маноле, - попросила я негромко, не глядя на него. - Я не задержусь надолго. Миссис О'Дрисколл, будьте так добры, проводите меня в библиотеку. Полагаю, лорд Рокпорт именно там.

Мои доброжелательные интонации, похоже, ещё сильней рассердили экономку, однако она сумела справиться с собою и ответить сдержанно.

- Боюсь, это невозможно, миледи. Милорд сегодня никого не принимает.

- О, это не вам решать, - парировала я с улыбкой, проходя в холл. - Моё пальто немного промокло, как досадно... Нет, трость я оставлю, благодарю вас.

Миссис О'Дрисколл ничего не говорила, следуя за мной тенью, но её неодобрение довлело надо всем, как нечто весомое, материально ощутимое. Избавившись от пальто и зажав в одной руке трость, а в другой - письмо, я решительно направилась к библиотеке. Полутёмные анфилады и галереи тянулись бесконечно; наконец показалась знакомая дверь. Экономка как-то непостижимо ловко проскользнула передо мною - движением, которое можно было бы ожидать от Лайзо или на худой конец от Эллиса, но никогда - от чопорной, сухой женщины. Она занесла руку, коротко постучала и, дождавшись ответа, вошла.

На меня дохнуло густым, терпким ароматом восточных благовоний.

- Если это снова письмо, положите его на столик, Клара, - послышался усталый голос. - Пожалуй, я отвечу немного позже... Клара?

Вероятно, дядя Рэйвен действительно очень устал, если он только через целых четыре моих шага заподозрил неладное и полуобернулся в кресле.

Наши взгляды встретились.

- Боюсь, это не она, - улыбнулась я одними губами.

- Миссис О'Дрисколл, выйдите, - произнёс маркиз, коротко посмотрев на экономку. Она сразу же подчинилась, бесшумно прикрыв за собой дверь. - Признаться, дорогая невеста, я никак не ожидал увидеть вас.

- Я тоже не думала, что так скоро приеду. - Сжимая трость, я прошла ещё немного вперёд и села в кресло напротив него, затем протянула конверт. - Прочтёте?

Дядя Рэйвен лишь мгновение помедлил, прежде чем вскрыть его, и погрузился в чтение. Несколько минут я наблюдала, пожалуй, впервые за всё время - не таясь и не отводя из деликатности глаза, когда он замечал мой пристальный взгляд.

Похоже, что маркиз действительно вознамерился этот день провести дома. По крайней мере, он изменил своим привычкам, выбрав вместо строгого по-военному костюма - тёмно-синий кашемировый халат с атласной подкладкой. Сибаритски роскошные кисти пояса спускались едва ли не до колен. Халат был слегка распахнут у ворота, и под ним виднелась чёрная рубашка. Длинноватые брюки ложились на расшитые шёлком домашние туфли - настолько не подходящие к остальному, что я приняла бы их за неудачный подарок, если б только не знала, какую страсть дядя Рэйвен питает к вещам из Бхарата. Например, к благовониям, которыми пропиталось всё в библиотеке - от книг на полках до кашемирового домашнего халата.

Маркиз Рокпорт, глава Особой службы и верный слуга Короны, очень устал.

Это было заметно - по тому, как неловко он держал письмо; по чётче обозначившимся линиям на лбу, между бровями, и по заострившимся скулам. Светло-карие, в желтизну, глаза его блестели сильнее обычного, как у простуженного человека. Но подбородок был, как всегда, гладко выбрит, а ногти аккуратно подстрижены: маркиз не терпел небрежности - даже при болезненном утомлении, даже в самом мрачном расположении духа. И в свой единственный свободный день он предпочёл бездумной лености уединение в библиотеке с книгами.

Дядя Рэйвен был... деятельным? Полным сил?

Странно, что прежде мне это не приходило в голову.

Я всегда видела его строгим, скучным, излишне тревожащимся за меня и старомодным. И не задумывалась о том, что зачастую его поверхностные суждения о моих делах и устремлениях проистекали из того, что он слишком много сил уделял чему-то другому. Я видела в нём немолодого человека из поколения моего отца, а ведь маркиз... Святые Небеса, он был всего лишь на пять лет старше Эллиса!

А как долго он уже возглавлял Особую службу?

Чем ему приходилось заниматься, ограждая Корону от опасностей?

И сколько своего драгоценного времени и сил он потратил, чтобы обеспечить мою безопасность? Или убрать из газеты очередную слишком рискованную статью о молодой графине Эверсан? Я столь многого не замечала, а ведь дядя Рэйвен не без причин стал именно таким; судьба куёт характер - и привычки. Мне следовало бы понять это раньше...

- Правильно ли я понимаю, что вы изложили список своих возможных дел на неделю? - прервал мои размышления вопрос.

Дядя Рэйвен улыбался.

- Нет, - со вздохом призналась я. - Боюсь, мне придётся признаться кое в чём, не подобающем леди. Это мои дела на завтра.

- Гм... У вас каждый день настолько насыщен?

- К счастью или к сожалению - да.

- И так выглядит ваше расписание с тех пор, как умерла леди Милдред?

Я очень стойко вынесла его кошмарное "умерла", не вздрогнув и не отвернувшись, но в груди похолодело.

- Нет. Раньше было гораздо тяжелее. Мне многому пришлось учиться самой. Мистер Спенсер - прекрасный управляющий, и я ему благодарна. Однако он не мог знать все ответы, и не всякий вопрос я могла ему задать.

На сей раз маркиз замолчал надолго. Он внимательно смотрел на меня - как я на него недавно. И наконец, спустя целую вечность, произнёс:

- Вам рано пришлось повзрослеть.

- Как и вам, - откликнулась я эхом. - Вы должны понимать меня, как никто другой. Поэтому если вам что-то кажется важным - скажите мне об этом. Попытайтесь объяснить. Я действительно умею учиться, пусть это и не считается добродетелью для леди.

Дядя Рэйвен моргнул недоверчиво; выражение его лица неуловимо изменилось, смягчаясь, но глаза потемнели, точно от боли.

- Раньше я думал, что вы похожи на леди Милдред. Но сейчас понимаю - вы куда сильнее напоминаете Идена. Настолько, что это... пугает.

Он и раньше упоминал о моём отце вскользь, но так, что становилось ясно: я лишь бледное подобие, неравноценная замена. Однажды - на "Мартинике", бесконечно давно - мы даже поговорили об Идене, лорде Эверсане; точнее, маркиз позволил себе немного откровенности, рассказывая о нём, и почти тут же отстранился, отгораживаясь от любых вопросов.

Но теперь имя прозвучало по-иному, словно предлагая поговорить о том, что обычно замалчивалось... и я не промедлила.

- Отец тоже заставлял вас беспокоиться?

Дядя Рэйвен странно моргнул - и рассмеялся:

- Признаться честно, сейчас я имел в виду его удивительный талант идти на компромисс, не роняя собственного достоинства. Но вы правы, ни за кого в своей жизни я так не боялся - не зря, как выяснилось. Возможно, следовало не только бояться, но и почаще показывать этот страх, пусть и постыдно докучать своим беспокойством человеку старше, разумнее и лучше во всём, - закончил он тише и глуше.

- В смерти моих родителей нет вашей вины, - твёрдо ответила я, но маркиз только качнул головой: