Два мира. Том 1 (СИ) - "Lutea" - Страница 218

— Эта, — констатировал он, бережно пряча маску в складках плаща. — Возвращаемся.

«Ксо, и вот надо было ради этого столько тащиться сюда и проникать в Коноху!» — мысленно проворчала Карин, хотя и понимала: надо.

В лагерь они вернулись через час после рассвета. На подступах к ущелью Карин заметила несколько мелких птичек, быстро упорхнувших при виде шиноби, поэтому ничуть не удивилась, что в пещере их уже ждали.

— Ну, и как? — полюбопытствовал Суйгецу, обращаясь непонятно к кому: с Орочимару мечник разговаривать всё ещё побаивался, помня эксперименты над собой, а общение с Карин, по собственным словам, плохо переносил.

— Вы раздобыли её? — Саске не удержался и подошёл-таки поближе.

— Вот, — Орочимару продемонстрировал всем маску.

— И с её помощью вы надеетесь снять печать Бога Смерти? — даже Анко не смогла остаться в стороне, слишком заинтересованная происходящим.

— Не надеюсь — сниму, — отозвался Змей, скидывая плащ. — Джуго, Суйгецу, подготовьте всё.

— Хорошо, — кивнул Джуго. Вместе с Хозуки они извлекли из особых запечатывающих свитков пять трупов и разложили их перед Орочимару.

— Теперь все отойдите, — велел Саннин и надел маску.

Его тело тут же забилось в конвульсиях, охваченное столбом невероятно мощной чакры, вызвавшей у Карин дрожь в коленях — слишком дикой, слишком свирепой была эта энергия.

Бившийся в судорогах Орочимару вдруг неестественно резко выпрямился; его руки сами собой раскинулись в стороны, длинные чёрные волосы затрепетали, словно бы их нещадно рвали порывы ветра. Дикая чакра сгустилась за спиной Змея, приняла очертания огромного, безумно ухмыляющегося Шинигами с сиреневой кожей и красными рогами. В правой руке хранитель загробного мира крепко сжимал ритуальный кусунгобу, которым вспорол себе живот; точно такой же разрез пересёк тело Орочимару, и из раны фонтаном брызнула кровь.

В то же мгновение из живота Бога Смерти вырвались на свободу пять ярко светящихся сгустков чакры. Самый маленький из них скользнул к Змею и влился в его руки.

— Я их чувствую!.. — хрипло проговорил Орочимару, и только глухой не услышал бы в его голосе радость. — После стольких лет!.. Теперь я могу призвать этих четверых.

Дрожа уже всем телом — буйство мощнейшей энергии выводило сенсорную систему из равновесия, — Карин кое-как поправила очки и перевела взгляд на зависшие перед Саннином скопления чакры. Шинигами исчез, а Орочимару припал на одно колено, тяжело дыша и выплёвывая кровь, и ударил открытой ладонью о пол.

— Эдо Тенсей но Дзюцу!

Дальше происходило нечто невероятное. Сгустки энергии опустились в лежавшие на полу тела, и те начали преобразовываться прямо на глазах. Изо рта Саннина вырвалась белая змея с его лицом — ритуальная форма Орочимару для техники Переселения Душ, как знала Карин, — и проворно скользнула в пятый труп, почти мгновенно ставший как две капли воды похожим на обычное тело Саннина.

— Вот они, — проговорил Орочимару, неспешно поднимаясь на ноги, не сводя горящего взгляда с четвёрки воскрешённых, — те, кто знают всё.

— Это — Первый Хокаге? — спросил Суйгецу, указывая на высокого смуглого мужчину с длинными и прямыми тёмными волосами. — Тот, кого все считают Богом шиноби?..

— Орочимару, — холодно произнёс другой призванный — альбинос с кроваво-красными глазами и взъерошенной серебристо-белой гривой. — Ты снова посмел призвать нас?

— Похоже, он смог разрушить печать Шики Фуджин, — третий говоривший был стар и невысок, в отличие от остальных. — Освободив наши души, он призвал нас при помощи Эдо Тенсей.

— Не может быть, — молодой светлокожий мужчина с растрёпанными пшеничного цвета волосами казался искренне изумлённым. — Как вам удалось разрушить печать, Орочимару-сан?

— Не стоит недооценивать меня, Минато, — усмехнулся Змей. — После того, как Третий запечатал мои руки, лишив меня тем самым возможности использовать техники, я много времени провёл за свитками, изучая фуиндзюцу клана Узумаки.

— Значит, вы всё-таки нашли те свитки, — вздохнул блондин.

Тут Первый Хокаге, подозрительно прищурившись, наклонился в его сторону.

— А ты вообще кто? — осведомился он глубоким, звучным голосом.

— Ах, да, вы же не знаете… Я — Четвёртый Хокаге, Намиказе Минато.

— Четвёртый?! — восторженно воскликнул Сенджу Хаширама. — Скажи мне, как там деревня?

— Простите, — Минато виновато улыбнулся и почесал затылок. — Я не знаю, как сейчас обстоят дела.

— Если он здесь, значит уже мёртв, — процедил Второй Хокаге, складывая руки на груди, защищённой выкрашенным в холодный синий цвет доспехом. — Включи мозги, брат.

— Тобирама! — старший Сенджу насупился, но тут же спросил, конкретно ни к кому не обращаясь: — Кто тогда сейчас Пятый Хокаге?

— Ваша внучка, — ответил ему Орочимару.

Хаширама как-то мгновенно сник.

— Цуна? — пробормотал он. — Деревня ещё цела?

— Что-то слабо вы в неё верите, — заметил Минато.

— Да нет, не в этом дело, — пожал плечами Хаширама. — Просто она была моей первой внучкой, и я её, можно сказать, немного разбаловал, — теперь он уже смеялся, явно вспомнив нечто забавное.

Глядя на него, Карин не верила своим глазам: как может этот человек быть знаменитым Первым Хокаге, сильнейшим шиноби всех времён, тем, кто основал Коноху и стал прародителем всей системы Скрытых Селений?!

Когда его старший брат отсмеялся, слово вновь взял Сенджу Тобирама.

— Итак, снова Эдо Тенсей, — произнёс он, не сводя с Саннина пристального, испытующего взгляда. — Отвратительно, что теперь придуманную мной технику используют все подряд.

— Ну, в конечном счёте, она не так уж сложна, — отозвался Орочимару, выдержав его взгляд. — К тому же, её изначально не стоило создавать.

— О чём я тебе и говорил, — Хаширама с самым серьёзным видом повернулся к брату. — Эта техника аморальна…

— Помолчи, — перебил его Тобирама. — Я ещё не закончил разговор с этим юношей.

— Но…

— Молчать!

Бог шиноби опять потух и отвернулся. Не обращая на него более ни малейшего внимания, Второй повернулся к Змею.

— Зачем ты призвал нас?

— Хочешь вновь напасть на Коноху? — спросил Сарутоби Хирузен, хмурясь. — Я пожертвовал жизнью, чтобы запечатать твои руки, а теперь ты хочешь использовать нас, чтобы уничтожить Лист?

— Успокойтесь, — покачал головой Орочимару. — Нападение на Коноху больше не является моей целью. На самом деле единственная причина, почему я воскресил вас, — его любопытство, — он указал на Саске, молча наблюдавшего за предыдущими главами деревни.

— Меня зовут Учиха Саске, — произнёс юноша, выходя вперёд, — и у меня к вам, Хокаге, есть вопросы. Для начала, — он повернулся к Сарутоби, — Третий, это правда, что вы с Данзо отдали Итачи приказ уничтожить наш клан?

Хирузен тяжело вздохнул, но затем сказал:

— Правда.

— Не может быть… — прошептала Анко, стоявшая в стороне ото всех у стены.

Взгляд Третьего скользнул по ней, а затем снова обратился к Саске.

— Да, мы и в самом деле сделали это, — сказал старик, — мы приказали твоему брату вырезать весь клан, чтобы предотвратить государственный переворот, который затеяли Учихи.

— Дошло даже до мятежа? — Второй недовольно сдвинул брови. — Как я и опасался, Учихи вышли из-под контроля. В таком случае даже лучше, что они были истреблены…

— Тобирама! — резко перебил его старший брат. — Как ты можешь говорить такое в присутствии бедного ребёнка из клана Учиха?!

— Да плевать, — процедил Саске, активируя Мангекью. — Я не бедный, и уж тем более не ребёнок.

— Такая форма Шарингана, — красные глаза Сенджу встретились с учиховскими. — Это же…

И вдруг что-то произошло. Карин почувствовала, как резко заколебались потоки чакры в пещере, а затем Саске тихо рыкнул и схватился за глаза.

— Только не Аматерасу! — воскликнул Суйгецу и не очень-то храбро нырнул за ближайший камень.

Мгновенно оказавшись рядом, Джуго сгрёб Карин в охапку и оттащил подальше.