Два мира. Том 1 (СИ) - "Lutea" - Страница 257

— Особо никакой полезной информации от него не получено, — вынужден был признать Ибики.

Кохару пренебрежительно хмыкнула.

— Теряете хватку, Ибики-сан. Возможно, было бы лучше передать пленного Данзо.

— Нет, — отрезала Цунаде. — Этим делом занимается мой АНБУ, пусть Корень не вмешивается.

— Как угодно, химе, — по тону Данзо совершенно непонятно было, какие чувства он испытывает.

— Вот и отлично, — Пятая обвела всех грозным взглядом и поднялась вновь. — Собрание завершено.

По двое по трое шиноби стали удаляться. Старые советники Третьего ушли вместе, не забыв напоследок смерить главу деревни недовольными взглядами. Сразу за ними вышел Данзо; за дверями его ждали двое бойцов Корня, которые тут же встали по бокам от своего предводителя. Большинство джонинов, поклонившись Хокаге, тоже покинули зал, но кое-кто остался.

— Сегодня старейшины выступали на редкость ожесточённо, — заметил Шикаку, поглаживая бородку.

Цунаде устало вздохнула.

— Готова спорить, они сговорились с Данзо.

— Он старается подлить масла в огонь, сделать ваше положение неустойчивым. Вам следует быть осторожней.

— Не стоит, Шикаку, я прекрасно знаю, чего добивается старик, — отозвалась Цунаде. — Он бесится с тех пор, как сенсей был назначен Третьим Хокаге. Ему так и не удалось скинуть с поста Третьего, теперь он пытается провернуть это со мной.

— Вам необходима максимальная поддержка как внутри деревни, так и за её пределами, — сказал Нара серьёзно.

— Мой дед заключил с вашим дедом договор, — с достоинством произнёс Хиаши. — Я чту волю предков, а потому кланы Хьюга и Сенджу союзники, что бы ни произошло. Вы можете рассчитывать на нас, Цунаде-сама.

— Благодарю, — искренне кивнула Пятая. — Я ценю вашу поддержку, Хиаши-сан.

Хьюга вежливо поклонился и продолжил:

— В нынешней ситуации, на мой взгляд, вам стоит опереться на кланы Конохи. Для этого имеет смысл собрать отдельный совет, в который бы вошли главы ведущих кланов.

— Но не вызовет ли это недовольство у прочих джонинов? — с сомнением уточнила Шизуне.

— Их совет уже давно превратился в фарс, — хмыкнул Ибики, засовывая руки в карманы пальто. — Джонины здесь ничего не решают, просто делают свои доклады, а затем выслушивают пререкания старейшин и Данзо с Пятой. Я поддерживаю предложение.

Цунаде задумчиво наморщила лоб.

— Что скажешь, Шикаку?

— В этом определённо есть резон, — согласился он, хотя и без особого энтузиазма. — Можно попробовать.

— Тогда я в ближайшее время подготовлю официальное распоряжение, — сказала Цунаде. — Своих делегатов должны предоставить кланы Хьюга, Нара, Яманака, Акимичи, Инузука, Абураме, Сарутоби, Хатаке. Я войду в совет как представитель клана Сенджу. Хиаши-сан, возглавить комитет я прошу вас.

— Почту за честь.

Кивнув ему и Ибики, Цунаде жестом приказала Шикаку следовать за собой и покинула зал собраний. Подхватив бумаги, Шизуне поспешила за ними, но вскоре свернула в другой коридор, ведущий к архиву резиденции. Войдя в свой кабинет, Пятая заняла место за рабочим столом.

— Что тебя беспокоит? — прямо спросила она у своего верного советника.

Шикаку ответил не сразу. Плотно прикрыв дверь, он приблизился и остановился перед столом, только после чего сказал:

— Старейшинам и Данзо не понравится идея с советом кланов. Они сочтут это грубой попыткой перетянуть одеяло на себя.

— Пускай подавятся, — буркнула Пятая, которой уже опротивело изображать вежливость. — Когда деревня только основывалась, всё стояло на кланах, и было, между прочим, не так уж плохо.

Нара пристально посмотрел на неё.

— Надеюсь, вы не собираетесь возрождать такой порядок.

— Нет, разумеется, — отмахнулась Цунаде. — Без Учих это уже не получится, — она помолчала немного, после чего добавила негромко: — Знаешь, мой дедушка Хаширама любил повторять, что если бы Коноха была человеком, то Сенджу были бы её телом, а Учихи — душой. Я тогда была маленькой, поэтому только смеялась и спрашивала, как деревня может быть человеком, не понимая главной мысли деда. Но сейчас, когда от нашего клана осталась одна я, а от Учих всего двое мальчишек-нукенинов, я осознала, наконец, что Первый имел в виду.

Если Шикаку и имел, что ответить, ничего произнести вслух он так и не успел — резко распахнулась дверь, и в комнату прямо-таки влетела запыхавшаяся и взволнованная Шизуне.

— Цунаде-сама! — хрипло воскликнула она. — Там!..

— Что там? — спросила Хокаге, подаваясь вперёд.

— Письмо! — Шизуне, наконец, смогла отдышаться и заговорила более внятно: — Его уже проверили по высшему уровню и расшифровали. Это старый код Конохи, времён Третьей мировой.

— От кого оно?

Шизуне нервно сглотнула.

— От главы Акацуки.

Сердце Цунаде пропустило удар. Нахмурившись, она протянула руку, и ученица подала послание. Свиток был чёрным с узкими красными полосами по краям. Шикаку подошёл ближе.

— Цунаде-сама, возможно, мне стоит…

— Шизуне сказала, его проверили, — отрезала Пятая; она сама раскрыла свиток и принялась за чтение.

Хокаге Конохи,

Я догадываюсь, что это письмо покажется вам дерзким и провокационным, но всё же настоятельно рекомендую вам по крайней мере дочитать его до конца.

В настоящий момент мы удерживаем в плену Хатаке Какаши, в то время как вы — Хидана. Такое положение вещей не устраивает меня, как, полагаю, и вас, поэтому я хочу предложить обмен пленными, который мы можем провести в указанном вами месте двадцать девятого февраля. Даю вам время на размышления, однако если я не получу ответ до двадцатого числа включительно, то решать участь Какаши буду сам. Свой ответ отправьте с той же птицей, которая доставила послание. Также в случае согласия на обмен вы получите возможность узнать о судьбе вашего товарища, Джирайи.

Данная акция является лишь первым шагом; следующим, я рассчитываю, станет заключение перемирия между Акацуки и Конохой. Сейчас в политике организации происходят серьёзные изменения, и у меня нет намерения продолжать войну с вами. Кроме того, я объявляю о прекращении нашей охоты на джинчурики и советую, если вам, конечно, будет не зазорно принять совет нукенина, сосредоточить своё внимание, как сделали мы, на действиях шиноби в маске, повинного в нападении на Коноху Кьюби шестнадцать лет назад, и Якуши Кабуто, бывшего подручного Орочимару.

Должно быть, вы не поверите в искренность моих намерений, однако всё же надеюсь, что вы согласитесь на предложение об обмене; в своё время вы показались мне женщиной рассудительной и здравомыслящей.

Лидер Акацуки

— Что там? — осторожно спросила Шизуне, заметив, что взгляд Пятой остановился.

Всё ещё под впечатлением от прочитанного, Цунаде протянула свиток Шикаку, после чего поднялась и отошла к окну. Нара переглянулся с Шизуне, и вместе с ней склонился над посланием.

— Это, должно быть, уловка, — тихо проговорил Шикаку, закончив читать. — Невозможно, чтобы глава Акацуки написал подобное.

— Неужели Джирайя-сама тоже схвачен ими? — как-то сдавлено пискнула Шизуне, что было совершенно ей несвойственно. — Какой ужас…

— Послание наверняка подложное, — сказал Шикаку. — Кто угодно мог его прислать.

— Но откуда он знает? — негромко, отстранённо произнесла Цунаде, по-прежнему не глядя на советника и ученицу. — Про шиноби в маске, замешанного в нападении Кьюби. Эта информация сверхсекретная, к ней доступ имеет всего-то человек десять.

— Возможно, это попытка Данзо вас скомпрометировать и обвинить в сотрудничестве с врагом.

— Старик не стал бы так открыто ссылаться на сведения, знающих которые можно по пальцам пересчитать — это бы слишком явно указало на него.

— Значит, вы думаете, что это и в самом деле прислал Лидер Акацуки? — спросила Шизуне.

Пятая кивнула. В кабинете повисла напряжённая пауза.

— Эта информация не должна выйти за пределы этой комнаты, — серьёзно сказала Цунаде, поворачиваясь к своим собеседникам. — Шизуне, найди дешифровщика, который работал с письмом, и всех, кто хотя бы видел свиток, и отправь их к АНБУ на блокировку памяти, но только тихо.