Неприкаянный - Харт Хелег - Страница 87

Вот только Рэн её опередил. Миг - и он оказался вплотную. Ещё миг - и пуэри одним коротким движением отправляет меня в полет. От толчка такой силы я полетел кубарем; несколько раз перекатившись и выронив меч, я взвился на ноги и увидел самый незабываемый в своей жизни бой.

Рэн в рукопашную схватился со скорпикорой. Она походила на пантеру, покрытую мелкой чешуёй, с кожистыми крыльями и внушительными когтями на жилистых лапах. В открытой пасти громко клокотало, когда тварь бросалась на пуэри, зубы лязгали в опасной близости от его лица, разлетались брызги ядовитой слюны, но Рэн каким-то чудом избегал даже их. Я никогда не видел, чтобы кто-то двигался настолько быстро и текуче, как он.

Впрочем, и противник ему попался под стать. У меня рябило в глазах от их перемещений - не всегда можно было даже уследить, кто где находится. Скорпикора визжала и рычала, пыталась сбить пуэри с ног, била щёлкающим, точно плеть, хвостом; Рэн уклонялся или блокировал атаки обернувшимся вокруг его предплечья тёмным щитком, а потом колол или рубил стилетом.

Они сшиблись всего на несколько секунд, после чего замерли друг напротив друга, изучая противника. Рэну таки досталось: тварь оцарапала ему плечо и щёку, но его это будто бы не беспокоило. Наоборот, создавалось впечатление, что это он побеждает в схватке. Анима его сияла белым.

Следующая сшибка показала, что он и впрямь сильнее. Скорпикора прыгнула на него с потолка стремительным росчерком, но захватила когтями лишь воздух, после чего попыталась задеть его жалом на хвосте, и опять промахнулась. Я не успевал пугаться. В одном из прыжков хищница неловко повернула крыло, и стилет в руке пуэри распорол его от середины до самого кончика. Скорпикора взвыла мерзким высоким голосом, почти по-человечески изображая боль, и наотмашь хлестнула хвостом, заставив Рэна отступить.

Они снова разошлись. Скорпикора теперь шипела и прижималась к полу, топорща все до одной чешуйки. В её лиловых глазах застыл страх.

Тварь прыгнула в сторону, заходя Рэну в бок, но вдруг изменила направление и метнулась ко мне - видимо, сочла более слабым противником. Только застать меня врасплох ей не удалось. Я, увидев, что щит Рэна срабатывает, приготовил некротическое плетение - это же не боевая магия, так что тоже годилось. А уж колдовать я умел очень быстро.

С размаху налетев на темное облако заклинания, как на преграду, скорпикора заверещала во всю глотку и попыталась вырваться из тенёт заклятия. Ей это удалось, но ценой одной лапы. Та просто отгнила.

Совершенно обезумев от боли и непрестанно вереща, хищница снова метнулась к Рэну, и ей даже удалось распороть его импровизированную повязку на ноге, но стилет встретил её сначала ударом в шею, а потом в глаз. После этого каким-то чудом не сдохшая тварь снова взмахнула хвостом, который был перехвачен руками пуэри и безжалостно переломлен чуть ниже того места, где начиналось скорпионье жало.

Рэн отошёл от поверженного противника, тяжело дыша и припадая на дважды распоротую ногу. Скорпикора ещё хрипела и дёргалась в агонии, но уже не представляла серьёзной опасности.

- Ты как, живой? - спросил я, таращась то на погибающую бестию, то на пуэри в обход всякой скромности. - Мышцы не лопнули?

- Нет, - Рэн привалился к стене пещеры и оторвал вторую штанину, чтобы перевязаться. - Это нормальный режим. Отдышусь только.

- Идти сможешь? Может, тебя подлатать?

- Побереги силы. Через день эта рана затянется, а ещё через четыре от неё не останется и следа.

- Врёшь!

- Я егерь. Охотник. Мы с детства учимся регулировать все внутренние процессы. Поверь, я смогу идти.

После нашей короткой стычки у Оракула моё самолюбие было несколько уязвлено поражением, но теперь это чувство рассеялось, как дым. У меня ведь не было ни шанса против него.

- Уверен? - всё же спросил я, помогая охотнику встать. - Крови ты потерял немало, далеко не уйдёшь.

- Во-первых, у нас нет выбора. Во-вторых, далеко нам и не надо - гном совсем рядом. Всё это время он шёл нам на встречу. Повезло. И, кажется, я нашёл девушку.

- Она жива? - встрепенулся я.

- Живее меня. Вот только она очень далеко, совсем рядом к поверхности. И она не одна.

- То есть как это - не одна? - мне бы радоваться, но такого расклада я не ожидал. - С кем?

Рэн пробежался взглядом по пустоте - словно смотрел сквозь пространство.

- С ней один гном, один мужчина-чародей и женщина чародейка. Очень сильная чародейка.

- Очень сильная?

Тень говорил о похожей компании, и одного из них мы как раз нашли мёртвым недалеко от тридцать третьего яруса. Может, это они подобрали Лину? Но кто они, к Явору, такие, если ходят по таким опасным местам? Меритари бы на такое вряд ли решились. Хотя, если чародейка очень сильная...

- Нам нужно двигаться, - пуэри вывел меня из задумчивости.

- Можешь сказать, что там происходит?

- Только то, что они идут на поверхность. Чародейка обнаружила моё заклинание и расплела его. Так что я их больше не вижу.

Может Лину схватили, может просто подобрали, но раз она до сих пор жива, то смерти ей не желают. У меня отлегло от сердца. Она выберется отсюда живой. Кто бы ни шёл сейчас рядом с моей ученицей, я был благодарен им. Они, по крайней мере, сделали то, чего я не смог - спасли ей жизнь.

Даже несмотря на сшибающую с ног вонь, задышалось легче. Странное чувство - ты знаешь, что играешь со смертью в кошки-мышки, но тебя это мало беспокоит, потому что другой человек этой участи избежал. С точки зрения логики это - бессмыслица. Но почему она приносит такое успокоение?

- Долго нам еще до Кира?

- Пару сотен саженей в ту сторону, - Рэн махнул рукой вглубь пещеры.

Там, куда он указывал, было посуше, и пещера переходила в узкий грот с низким потолком, ведущий ещё дальше вниз. На грани слышимости оттуда доносились неразборчивые шорохи, а вонь, как выяснилось, только усиливалась.

- Ты уверен, что нам туда? - поморщившись, спросил я.

- Только если ты хочешь встретить гнома, - прошипел сзади Рэн. Похоже, ему было очень больно.

- Твое заклинание все еще действует?

- Да, я вижу его.

- Когда выберемся отсюда, непременно научишь меня ему, - сказал я и со вздохом полез во тьму.

Рэн ничего не ответил.

Лезть пришлось недолго. В самом узком месте я протиснулся лишь полностью выдохнув, но потом стало попроще. Люмик летел впереди и вскоре выпорхнул в очередную пещеру.

- Треклятый лабиринт, - пробормотал я и спросила у пуэри уже громче: - Мы сможем найти дорогу к поверхности твоим заклинанием?

- В теории.

От жажды слюна превратилась в клейстер, который связывал всё во рту. Желудок сжался в комок, отзывающийся болью почти на каждое движение. Я знал, что скоро боль пройдёт, но вместе с ней начнут уходить и силы.

Не успел я в очередной раз подумать о том, что время на исходе, как эхо принесло раздавшийся неподалёку вопль:

- А-а-а-а! Хер вам, а не гном!.. - голос Кира приглушался расстоянием, но и так было понятно, что копатель несётся во весь опор в нашу сторону.

- Это он! Пошли! - рявкнул я. - Кир!

Но копатель не услышал меня, топоча что есть мочи и на бегу выкрикивая ругательства на гномском. Тоннель, откуда доносились крики, оказался совсем рядом - мы едва разбежались, как нужно было поворачивать. Правда, сделать этого я так и не успел, потому что в меня на полном ходу врезался гном. Мы оба покатились по полу.

- Кир! - облегчённо выкрикнул я.

Однако тот уже вскочил на ноги. Он, похоже, совсем не понял, что за препятствие он только что протаранил собственным телом и сейчас сжимал в руках топор, переводя бешеный взгляд с меня на пуэри, хромающего к нам.

- Эн! Ты... Берегись! - завопил Кир, указывая туда, откуда появился.

Я почувствовал волшбу всего за мгновение до того, как грохнуло на всю пещеру, но и этого вполне хватило, чтобы упасть и зажать уши. Гнома смело взрывной волной и ударило о стену. Послышался треск, грохот камня и разочарованный визг скорпикор, нескольких сразу. А ещё через пару секунд всё стихло. Я, стараясь прогнать цветные пятна от вспышки, обернулся.