Ты сеешь ветер (СИ) - Романова Эмма - Страница 10

      По-стариковски постанывая, он встал на четвереньки, а затем поднялся полностью и помог подняться мне.

      - Разве ты не помнишь? Я ласкал тебя, ты отзывалась.

      Он накинул мне на плечи свой пурпуэн.

      - Я ли? - отозвалась я, пряча от него свой взгляд. - Или ведьмина сущность?

      Артур выпрямился, взглянул на меня строго и серьёзно, а затем вдруг простым и естественным движением привлёк меня к себе, подхватил одной рукой под колени, не обращая внимания на моё сопротивление, и взвалил себе на плечо. До сих пор я не знала, до какой степени он был силен.

      Хотя я и продемонстрировала ему своё вялое возмущение, слишком уж противиться всё же не стала. Мне не хотелось проделывать долгий и тяжёлый путь домой на своих двоих, я сильно вымоталась и ослабела.

      - Я всё равно тебя возьму, Дева Озера. Одну или вместе с троном, - запальчиво сказал Артур, слегка тряхнув меня веселья ради. - Или на троне.

      И его звонкий мальчишечий смех вспорол зловещую тишину.

IV

1

      Достигнутые близость и понимание, казалось, испарились вместе с утренней росой: днём между мной и Артуром возникла некоторая принужденность. Разговоры за столом в основном ограничивались просьбами передать то или иное блюдо, ибо каждый из мужчин был озабочен прежде всего тем, чтобы как следует поесть перед тем, как отправиться в дальнейший путь. У меня аппетит отсутствовал, частью по причине ошеломляющих событий, произошедших со мной ранее, а частью потому, что я ощущала на себе недоверчивые взгляды, и мне кусок не лез в горло.

      Кабан не выпускал из дрожащих рук чашку с горячей похлёбкой, ел с аппетитом, что было хорошим знаком.

      Артур не поднимал глаз от своей тарелки. Наша одежда всё ещё не просохла; я переоделась в домотканое платье, на Артуре же, восседавшем во главе стола, были только брэ и укороченный пурпуэн, небрежно наброшенный на плечи. Вид у него был совсем не королевский.

      Было очевидно, что мужчины не хотели говорит о своих дальнейших планах при мне, что представлялось забавным, учитывая, какой опасности я подвергла себя, впустив их в дом.

      Затянувшееся молчание делалось невыносимым, но тут сэр Бедивер, самый приличный человек из всех присутствующих, неожиданно произнес:

      - Баранина была недурна.

      Я посмотрела на него, как на умалишённого. Мясо с трудом отделялось от костей и практически не жевалось.

      - Хлеб - свежий, хрустящий - просто восхитителен, - подхватил Рубио.

      Мякиш был тягучим и липким.

      - Когда ещё так поешь! - добавил Тощий.

      Мы с Артуром переглянулись, а затем уголки его губ вдруг приподнялись, хмурое выражение лица исчезло. Я с недоумением оглядела остальных ухмылявшихся мужчин.

      - В чём дело? - строго спросила я.

      - Ни в чём, - тут же отозвался Кабан, пряча ухмылку за чашкой.

      Я перевела вопросительный взгляд на Тощего, но тот только покачал головой.

      - Скажите мне! - вмешался Блу.

      - Полно вам, - бросил Артур. Глаза его блестели от веселья. - Она всего-то пыталась утопить меня в озере.

      Я начинала сердиться, хотя ещё не знала из-за чего.

      - Ну да, - ответил Тощий, закашлявшись от смеха. - И ты нырнул ей под юбку.

      - За жемчугом, - сдавленным голосом добавил Кабан.

      Мужчины разразились хохотом. Я скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула.

      Тощий вдруг подавился выпитой водой, и она полилась у него изо рта и носа.

      - Довольно! - прогремел голос Бедивера. Смех за столом тут же смолк.

      - Стало быть, - вдруг вмешался мужчина, который был представлен мне ранее как Скользкий Билл, - и эта часть легенды правдива?

      - О чём это ты толкуешь? - спросил Артур, подавшись вперёд.

      Продолжая кашлять, Тощий вытер лицо рукавом. Кабан от греха подальше отставил свою чашку с похлёбкой в сторону.

      Билл смотрел на меня откровенно оценивающим взглядом.

      - Ты никогда не слышал историй об озёрной фее Нимуэ, воспитаннице Мерлина? - спросил он и тут же умолк, как бы ожидая, что я стану рассказывать сама, но я молчала. Ясно было, что он хотел бы задать вопросы, но побаивался принуждать меня к дальнейшему разговору.

      - Представь себе, - отозвался Артур. - Некому было рассказывать мне добрые сказки на ночь.

      - А это не добрая сказка, - возразил Билл. - Мерлин обучил Нимуэ магии и отдал ей своё сердце. Только оно ей было не нужно. Нимуэ выведала у него все секреты будущего, а затем предала своего наставника.

      - Если Мерлин знал будущее, отчего же позволил этому случиться? - спросил Артур.

      Некоторое время Билл глядел на меня, крепко стиснув губы, а затем ответил:

      - Он был бессилен перед ней, как и любой другой мужчина. Если Нимуэ решила кого завлечь - это дело решённое.

      - Как сирена, - вдруг выдал Кабан, и все, включая меня, посмотрели на него с удивлением. - Что? - смутился он. - Мой папаша был моряком. Он говорил, что сирены заманивают путников чарующими песнями, а потом пожирают их.