Феникс в пламени Дракона. Часть 3 (СИ) - Соколов Сергей Владимирович - Страница 79

— Хорошо, что вы здесь, субпрефект, — сказал Дэвиан. — Я собирался послать за вами. Магистр Арин вызывает меня, и я хочу, чтобы вы меня сопровождали.

Дэвиан прибыл на Хатьеру всего несколько дней назад; помощь со стороны начальника штаба, который провел здесь уже почти пять лет, пока что была нужна ему. После краткого знакомства Дэвиан относился к Намиру Кардифу с уважением, тот, в отличие от оставшегося на Западе Лагрина Тейрана, хорошо знал свое дело. То же можно было сказать и о большинстве офицеров — хотя после войны с агинаррийцами Северный Флот практически не участвовал в конфликтах, команды всех кораблей были подготовлены должным образом.

Что думать про Магистра Арина, командующего Второй северной эскадрой, которая постоянно базировалась на Хатьере, Дэвиан пока не было уверен. Во время Северной Войны Себастьен Арин был молодым офицером на одном из ксаль-риумских дредноутов; он участвовал во многих битвах, в том числе и при Тиварне. Сейчас Арину было пятьдесят лет, и после самого Астиана Верро, главнокомандующего Северным Флотом, он был, фактически, вторым человеком здесь. Верро и главные силы флота базировались в Тантале, на побережбье континента, Арин и его Вторая эскадра три года назад, после вторжения агинаррийцев на Тэй Луан, была переведена на Хатьеру. С тех пор, как Дэвиан Каррел прибыл на остров, у него уже состоялась пара встреч с Магистром. Тот держался спокойно, демонстрируя уважение к принцу, успевшему прославить свое имя в боях с ивирцами, но Дэвиан чувствовал скрываемую настороженность. Он догадывался, в чем дело: Себастьен Арин подозревал, что Дэвиана перевели на Хатьеру с тем, чтобы со временем передать ему должность командующего Второй эскадрой. В общем, час от часу не легче.

Отношение к новой экспериментальной флотилии у Арина сложилось скептическое, впрочем, как и у самого Астиана Верро. Большинство офицеров имперского флота разделяло такое мнение: в основном, они были вояками старой закалки. Во всяком случае, Арин дал понять, что не намерен без надобности вмешиваться в дела Дэвиана, и не желает, чтобы Дэвиан вмешивался в его собственные. Не самое лучшее начало, хотя, наверное, могло быть хуже.

Дэвиан заставил себя не думать о Фионелле: к счастью, она теперь в безопасности и скоро будет здесь. Немного времени вместе у них все-таки будет, жаль, действительно немного. Наверное, Фио захочет поскорее вернуться на континент, да и «Южная Звезда» захочет, чтобы она поскорее вернулась к работе. Дэвиан догадывался, что рассказы ксаль-риумской журналистки о приключениях на Тэй Дженге будут пользоваться успехом у читателей. Что ей пришлось увидеть и испытать?

Ну, ладно, скоро он увидит ее и тогда все узнает. Если она захочет рассказывать. Он не собирался давить. Чем Фио сочтет нужным поделиться, то и расскажет ему. Дэвиан встал:

— Как только «Тамария» придет в порт, мы приступим к тренировкам. Я планирую как можно скорее начать учебные бои. Пилоты должны приучаться защищать собственные авианосцы и атаковать вражеские.

— Вы думаете, префект, такова наша главная задача?

— Да, — коротко ответил Дэвиан. Он знал, что Арин смотрит на «экспериментальную флотилию» как на вспомогательный отряд, предназначенный для разведки и набеговых операций, но не для серьезного боя. Однако если война с ивирцами чему-то научила Дэвиана, так это тому, что пора отказываться от старых представлений о тактике.

— В Ивире нам повезло: превосходство в воздухе было на нашей стороне, — пояснил Дэвиан. — Но если говорить о Тэй Анге, там все будет далеко не так просто. В сравнении с северянами, мы, в лучшем случае, на равных.

— Надеюсь, до войны не дойдет, — произнес Кардиф. — Хотя северяне с каждым годом ведут себя все наглее.

— Я тоже на это надеюсь, — сказал Дэвиан. — Но лучше быть готовыми заранее. Как только «Тамария» присоединится к нам, начнутся тренировки, — повторил он. — Ну, а пока что нас ждет Магистр, — Дэвиан бросил взгляд на часы. — Пойдемте, Кардиф.

— Хм… — Артуа Мориоль склонил голову к плечу. Он выглядел удивленным. — Кажется, у нас что-то начинает получаться.

Он первым сделал шаг вперед, но Ису Тагати вытянул руку и остановил его.

— Нет, не вы, Мориоль. Дайгаро, проверь!

— Я так ценен? — ухмыльнулся геаларский ученый.

— Да, — сухо ответил Тагати.

— Весьма польщен, — Мориоль заложил руки за спину.

Тем временем один из лаборантов шагнул вперед, в область, которая раньше оставалась недоступной. При попытке пройти дальше сам воздух, казалось, сгущался в невидимую, но непреодолимую преграду. Когда один из агинаррийцев пытался проломиться сквозь нее силой, это едва не закончилось несчастным случаем: воздух сгустился настолько, что у человека перехватило дыхание. Только чудом удалось вытянуть его, прежде чем болван задохнулся. С тех пор все относились к завесе, оставленной Зенин, с большим уважением.

Дайгаро ступал очень медленно, но на этот раз осторожность оказалась излишней: он преодолел невидимый барьер без затруднений. Пошевелил руками, затем громко и отчетливо проговорил:

— Все в порядке. Мне ничто не мешает, — он снова поднял руку, опустил, и сказал. — Ощущения обычные.

— Завеса снята, — констатировал Тагати. — Поздравляю, Мориоль.

— Сам себе удивляюсь, — признался геаларец. — Я не ожидал, что получится так легко. Ощущение такое, что искусственный разум этой базы помогает нам.

— Помогает? — нахмурился Тагати. — Почему вы так думаете?

— Возможно, принимает нас за своих. Я воспользовался данными, которые забрал с базы на Базальтовых островах, и теми, которые обнаружились на вашем корабле. Этого, очевидно, было достаточно.

Он покачал головой и сделал шаг вперед, другой. На этот раз Тагати не пытался его остановить. Мориоль озирался по сторонам.

— Невероятно. Все это еще работает! Как будто само время не властно над творением Зенин.

— Разве на Базальтовых островах было иначе?

— Нет, там все пострадало гораздо сильнее. Я уже говорил, там не было ни барьеров вроде этого, ничего похожего. Очевидно, Зенин, уходя, законсервировали свои базы, но на Базальтовых островах что-то произошло, и система дала сбой. А здесь все сохранилось идеально.

— Это обнадеживает.

— Пожалуй. Я уверен, здесь мы найдем множество образцов, с которыми можно работать. Как знать, быть может, из всей этой затеи что-то и получится.

— Коммодор! — позвал Дайгаро. — Посмотрите!

Он наклонился и подобрал что-то с пола. Когда Мориоль рассмотрел, что это, его глаза расширились от удивления. Нож с тяжелым широким клинком и рукоятью, обмотанной кожаным шнуром. Оружие выглядело старым, использовавшимся много лет.

— Кхм… — кашлянул геаларец. — Что-то мне подсказывает, коммодор Тагати, что это осталось не от Зенин.

— Мы знали, что сюда уже кто-то наведывался, — проворчал Ису Тагати. — Ты нашел это прямо здесь, Дайгаро?

— Да, он лежал на полу.

— Где-то здесь должны лежать и пули, которые выпустили ваши люди, — заметил Мориоль. — Хотя, я остаюсь при своем мнении: стрелять по завесе было не самым умным, что можно придумать. Впрочем, на кинокадрах это должно смотреться эффектно, не спорю.

Такой эксперимент действительно провели, вопреки возражениям Мориоля: обстреляли барьер из револьвера, карабина и пистолета-пулемета, пока оператор вел съемку. Барьер Зенин остановил все пули; они просто застыли в воздухе, словно увязли в невидимой, вязкой жидкости, а затем начали очень медленно опускаться к полу. Пленку отправили в Риогиру.

— Да уж, защитить ваши корабли подобным барьером было бы весьма заманчиво, — заметил Мориоль с затаенной иронией. — Ваш флот стал бы непобедим.

— Возможно, — сухо ответил Тагати. — Любопытно, кто бросил этот нож? Геаларцы или те двое, которых мы поймали на дороге? Мне кажется, они лгут о том, что ничего не знают.

— Кто бы то ни был, он экспериментировал так же, как ваши люди, коммодор. Это означает одно: пройти сквозь завесу он так и не смог. Значит, у нас все еще преимущество, и я предлагаю им воспользоваться. Как ученому, мне не терпится увидеть, что ждет нас за барьером.