Панфиловцы на первом рубеже - Бек Александр Альфредович - Страница 23

— Ура-а-а-а!.. Бойцы видели перед собой пятящихся, отбегающих немцев.

А, подались! Теперь мы расплатимся с вами за всё!

Немцы стреляли. Нет, этим нас не удержишь!

С топотом, с рыком, со штыком наперевес на отодвигающихся немцев бежал бесстрашный и страшный «рус».

А, показали спины!

Вы несли страх — узнайте его! Вы несли смерть — вот она, возьмите ее!

Мы гнали их по полю к реке.

В этом бою мы убили около двухсот немцев; уцелевшие были отогнаны за реку. Какие-то силы противника проникли в глубину сквозь брешь у Красной Горы, но над ними навис наш батальон.

Вот вам повесть, требующая продолжения, повесть о первых днях битвы под Москвой, о страхе и бесстрашии, о среднем образовании солдата.

Последний класс этой школы — удар штыком.

После штыкового удара командир может сказать: я воспитал отважного солдата.

А затем пойдет высшее образование. Потом мы поговорим о высшем образовании, которое панфиловцы получали в битве под Москвой.

Тяжелые бои, страшные испытания мужества — все это было впереди. Великая двухмесячная битва под Москвой лишь начиналась.

В эти два месяца мы, первый батальон Талгарского полка, приняли тридцать пять боев; одно время были резервным батальоном генерала Панфилова; вступали в сражения, как и положено резерву, в отчаянно трудные моменты; воевали под Волоколамском, под Истрой, под Крюковом; перебороли и погнали немцев.

О наших тридцати пяти боях расскажу потом. А сейчас…

— Сейчас, — закончил Баурджан Момыш-Улы, — ставьте большую точку. Пишите: конец первой повести.