Две стороны. Грань правосудия (СИ) - Верхова Екатерина Сергеевна - Страница 5

— Ожидаю вас, — вежливо ответила я.

— А как вы в него попали? — пристально уставившись мне в глаза, поинтересовался лорд Леннарт.

— Девушка, которой вы ясно дали знать о своем несогласии с ее позицией буквально полминуты назад впустила и наказала ожидать, — еще более сдержанно ответила я.

— А, Лора, — раздраженно кивнул лорд. — Она пару дней тут, еще не освоилась, а уже мнит себя знатоком. Терпеть не могу этих выскочек, идущих в органы следствия за романтиками и женихами… Сами только вчера пяльца из рук выпустили, а уже учат жизни всех вокруг.

Я замерла, задержав дыхание. Судя по тому, что говорили об этом человеке — нечасто от него услышишь подобные речи. Несколько раз видела «начальника всех начальников» издали, он производил впечатление действительно жесткого, фактически без эмоционального человека. Видимо, эта девица его совсем доканала…

— Дладж! Женщинам вообще не место на такой работе, все им хиханьки да хаханьки…

Воистину дладж! Теперь из-за этой барышни мне выслушивать стенания лорда по отношению ко всем женщинам и ко мне в том числе.

— Старший следователь, говорите? — уточнил он, облокачиваясь на свое кресло.

— Кира Форн, старший следователь, — в урезанном варианте повторила я.

— Прелестно, — поморщившись проговорил он. — А что случилось с Бар… Бур..

— Бираном. Он ведет несколько срочных дел. Но не переживайте, именно я собирала материалы дела, которое вас так интересует и могу предоставить информацию не хуже напарника.

— То есть Биран, получается, младший следователь? — уточнил лорд Леннарт.

— Именно, — осторожно ответила я. Стоит ли лорду знать, что при распределениях званий "младший" и "старший" мы учитывали лишь то, кто одержит победу в игре булыжник-резак-пергамент. Победил тогда Жорж Жоржастик, но его никто и следователем называть не планировал.

— Куда катится мир… — вполголоса произнес Леннарт.

— Лорд Арне, — я вспомнила его фамилию! — Не могли бы мы перейти к сути вопроса. В десять часов вечера мост закрывается, а мне совершенно не хочется поднимать на уши стражу и требовать, чтобы меня пропустили обратно, и объяснять, что я задержалась исключительно по рабочим делам.

— Не переживайте об этом. Думаю, записка главы Королевской канцелярии раскроет для вас ворота моста и вы в полной мере насладитесь вечерней прогулкой. Может, пару преступлений за это время успеете раскрыть.

Я начинала закипать. На редкость неприятный тип… Но о начальниках либо хорошо, либо ничего, потому мне оставалось лишь молча смотреть ему прямо в переносицу. Об этом ходе мне рассказал Биран: смотришь человеку в переносицу, а ему кажется, что в глаза.

— Чай, кофий? — из-за двери раздался голосок той же девушки.

— Лора, — зарычал Леннарт Арне. А потом уже на градус мягче мне, — Вы будете кофий?

— Не откажусь, — массируя виски, ответила я. — Буду надеяться, что ваша помощница туда не плюнет.

— Она может, — глухо ответил лорд, подав знак Лоре. — Итак, Кира Форн…

Леннарт Арне встал с кресла и подошел к шкафу. Покопавшись в одном из отсеков, он извлек пухлую стопку пергаментов, перевязанных красной лентой.

— Поступила на службу три года назад, до этого была помощником. Год назад стала старшим следователем, — блуждая пальцем по бумагам читал он. — За время службы раскрыла триста восемнадцать дел…

Что, правда так много? А я и не считала. Разумеется, всякие кражи веников в расчет можно не брать, но, тем не менее, показатель…

— … чем повысила раскрываемость преступлений отдела на двадцать процентов, а по всему Заречью на три процента. За время службы дважды состояла в длительных отношениях, в последних из которых дело шло к свадьбе, но жених оставил Форн прямо у алтаря.

Я вспыхнула. Не очень-то хотелось вспоминать тот случай…

— Проживает в съемной квартире в районе Ландивичево, в Застройном переулке. На ее имя записан небольшой дом в деревне Лиговке, в котором проживает сестра с мужем и тремя детьми. Характеристика от начальства положительная, из негативного отмечают лишь то, что отношения с напарником натянутые, не доверительные.

— Не правда, — не удержавшись, ответила я. — Биран мой единственный друг, на данный момент.

— Я не закончил, — строго ответил лорд, перелистывая стопку. — В остальном с коллегами отношения строятся нормально, без ярких недовольств. В настоящее время ни с кем в отношениях не состоит, но иногда во сне произносит имя некоего Жоржа.

Я икнула. Жоржа?! Вот ведь мерзкий суккулент!

— А цвет моего нижнего белья там не указан? — скрывая ехидство и подражая лорду в холодном тоне, уточнила я.

Лорд Арне и ухом не повел, лишь пролистал несколько страниц и тем же тоном произнес:

— Черное.

Я икнула.

— Я мог бы прочитать вам всю вашу характеристику, которую мои люди ведут на каждого сотрудника отделов по расследованию магических и немагических преступлений. Но, боюсь, тогда вы и к утру не поспеете. Хотя, у вас сегодня должно быть ночное дежурство, которое вы оставили на коллегу, так что времени у нас много… Мне продолжать?

Я невнятно помотала головой. Интересный у него способ вести диалог с подчиненными — вводить их в состояние оцепенения. В кабинет вошла Лора, поставила передо мной кружку с черным напитком, разносящим по комнате приятный мягкий аромат. Подождав пока помощница Леннарта выйдет, я пригубила. С нашей истолченной бурдой в отделе и не сравнится — привкус корицы гармонично вливался в терпкий кофий, раскрываясь с каждым глотком в более глубокий вкус!

— Так вот, старший следователь Кира Форн, не стоит просить начальство перейти сразу к делу. Оно то может и перейдет, но вам, скорее всего не очень понравится.

— Вы настолько плохи? — ляпнула я. Ох, не привыкла я общаться с высоким начальством, у нас то все по-простому, да и язык подозрительно перестал меня слушаться… А лорд разозлился, теперь от прожигающего ненавистью взгляда никуда не деться.

— Я не отвечаю на провокационные вопросы, — практически по слогам произнес лорд.

— А я не слушаю провокационные ответы на вопросы, которые даже не были заданы. Иными словами, монолога по поводу моей характеристики я не очень поняла, особенно с перечислением моих близких связей, — оскорбленно ответила. Что-то я слабо контролирую свою речь. Может, дело в кофии?!

— Вам не кажется, что вы забываетесь?

— А вам не кажется, что подсыпать в напиток подчиненного зелье искренности не совсем этично? — снова ляпнула я, буквально прикрывая рот руками. Лорд Арне ухмыльнулся.

— Вашему напарнику потребовалось больше времени, чтобы это понять. Теперь вижу, что звания старшего следователя вы добились не через постель.

— А у вас это обычная процедура? — уточнила я, уже даже не пытаясь молчать. Зелье искренности было из разряда запрещенных и редких. Но кто осмелится обвинять в таких грязных средствах Королевскую канцелярию? Верно, никто. Потому остается только терпеть.

— Вы про постель или про зелье?

— Знаете, про постель даже не подумала уточнять, но вот теперь вопрос прям напрашивается, — съехидничала я.

— Какие факты вы умолчали по делу об отшельниках? — внезапно спросил он. Понятно, допрос начат.

— Никаких.

— Всю ли информацию вы включили в отчеты?

— Всю, которой располагали.

— Кхм… Проявили ли достаточное рвение в поимке преступников и поиске свидетелей?

— Да. Мы с Бираном несколько недель фактически ночевали в отделе, заполняя бумаги о том, как днем прыгали по болотам, в поисках затворнеческих общин. Мы, может, не самые добросовестные работники, но не дебилы и прекрасно понимали всю важность данного дела, как и его опасность по отношению ко всему обществу. И да, не при особах высшего положения будет сказано, мы задницы рвали, чтобы найти как свидетелей, так и преступников, работая с утра до утра, поддерживая друг друга магией и не забывая еще и про текущие дела. Наверное, именно для того, чтобы добравшийся до высокого поста павлин, отпаивал нас вредными запрещенными зельями, устраивал допросы, вместо того, чтобы идти по горячим следам.