Заклятые враги (СИ) - "Владислава" - Страница 295

Но не они принимали решение. Не они определяли, кому было здесь место. Не им воевать в этом последнем сражении - последнем, если падет мир.

Последним, если победит Тэллавар.

И, признаться, Дарнаэл не мог ответить на вопрос, был ли Гартро злом. Никто - не был. Может быть, силы в нём и много. Может быть, рухнет от этого Источник, и магия захлестнёт мир.

Но если он раскроет Шэйрану все тайны, пояснит, как колдовать так, чтобы не было шансов проиграть - не сорвётся ли он с цепи? Не появится ли в Рэе то, что так ярко горит в его же отце, эта безумная жажда завоевания? Не утонет ли их мир в крови, когда он сделает свой выбор?

Дар об этом прежде думал. Но ведь он тогда не сорвался, без своих воспоминаний, безо всего, что держало бы его на цепи. У него просто не было никакого желания в очередной раз переступать тонкую линию, границу…

Он пришпорил коня, будто бы надеясь задать темп; спешить - единственное, что они могли сейчас сделать. Да и то получалось плохо.

…Дорога оказалась в очередной раз удивительно тихой. Казалось, Элвьента будто вымерла изнутри, и Дарнаэл не знал, сколько они уже проехали, пусть отчётливо понимал, сколько осталось. Сегодня к вечеру они будут у разрушенной границы. У последнего места, где прорвался на свободу Магический Источник. Для этого тоже не приходилось колдовать, вспоминать о своём даре, утерянном в чужой крови. Дар был его творением, как этот мир однажды обратился в создание его собственных мыслей, боли, любви.

Он виде Источник, он знал, какова его аура на вкус - будто ребёнок, что безошибочно из множества незнакомых женщин определит свою мать, не по её яркой, запоминающейся одежде и не по странной причёске, не по чертам лица, какими б они ни были, а потому, что она пахнет, как его мать, и руки у неё, как у его матери, нежные, добрые, ласковые.

Вот только в Источнике не было ничего доброго. Холод и ненависть - вот что чувствовал Дарнаэл, безошибочно утягивая за собой всю вереницу последователей, будто на верную погибель или, напротив, настоящее спасение.

Сейчас Эрри оказалась немного позади, что-то тихо втолковывала Монике, словно пыталась развенчать её бывшую уверенность в собственной религии. Хороша богиня - равно как и её мёртвый изнутри послушник-полуэльф.

Кони едва-едва шагали, уставшие после долгой дороги. И Шэйран - на своём вороном, - будто бы специально подъехал чуть ближе к Первому, но так и не задал никакого вопроса.

- Если ты хочешь спросить о том, как на самом деле задействовать твою магию, то это последнее - чему я тебя научу, пока пылает Источник, - Дарнаэл промолвил это тихо, будто бы даже осторожно, так, чтобы за стуком копыт по пыльной тропе не было слышно ни единого его слова.

Рэй протянул руку - не к божеству, а к лесу, - и зелень у обочины этого жалкого подобия дороги потянулась ему навстречу.

- Вот она - магия, на которую я способен, - улыбнулся весело он. - Вот она - та магия, которой я хотя бы могу управлять. А всё остальное - это так, дым…

Дарнаэл лишь усмехнулся.

- А растения, по-твоему, сотворены из чего-то другого, чем весь наш мир?

- Ну, тогда отец бы уже давно покорил все страны на свете, - рассмеялся Шэйран. - Ну, слушай, Первый… Неужели тебе, великому божеству, никогда не хотелось вернуться в то прежнее состояние, когда ты был просто королём? Как в той жизни, единственной, о которой сохранилось хоть что-то?

- Ты и вправду считаешь, что на самом деле у меня были и другие жизни?

- Разумеется, были, - Рэй вздохнул. - Ожил раз - бывает. Дважды - значит, это случалось довольно часто. И Эрри - тоже. Но реальные следы остались только после этой жизни. Король Дарнаэл… Удивительно, вы в этих ипостасях оставили реальные имена, получили свой природный дар… Почему всё другое было не так?

- Может быть, потому, что это были решающие возвращения. Единственное, что позволило нам быть вместе не только там, где прежде было место только хаосу, а и в обыкновенном мире, - Дарнаэл теперь смотрел под ноги своему коню, будто бы опасался увидеть там какую-то кочку.

Шэйран сосредоточиться на зелени не мог. Он плохо чувствовал магию - или не обращал на это обычно внимания, - он был глух к мольбам природы и к тому, как пылали ауры этого мира, да. Но ему хватало и того, что он знал, чтобы понять, что что-то давно уже пошло не так, как следует. И почему-то спрашивать, что именно, не хотелось.

- Ведь мы едем к Источнику, верно?

- С чего ты взял?

- Это логичнее всего. Ты раз сто упомянул о том, что, пока он открыт, ничто не даст моей магии действовать так, как надо. И тысячу - что мне придётся колдовать, сколько б я ни отпирался. Логично сначала отправиться к источнику, а потом, разобравшись с ним, к моим родителям, - пожал плечами Рэй.

- Маг, обучавшийся в Вархве, думает логично. Немного странно для этого мира.

- Позорно наследному принцу двух великих династий не думать головой, - высокопарно отозвался Шэйран, но в синих глазах всё ещё плескалось странное, казалось бы, совершенно неуместное веселье. - Я плохо учился, ты знаешь. Очень плохо. Меня никогда не интересовали ни власть, ни слава, я был слишком увлечён побегом из матриархата, чтобы всё это успело мне забить голову. Только интересно, насколько смертелен этот ваш Источник.

- Насколько глупы жертвы, что попались в его сети, или насколько они умны, - ответ Дарнаэла звучал туманно, но он вряд ли способен был выразиться немного точнее.

Мужчина лишь обернулся на Эрри, словно собирался сказать что-то и ей, но при этом не проронил ни единого слова, вновь сконцентрировался на том, что было там, впереди. Может быть, он и увидит что-нибудь. Источник, например. Или отрезок своего прошлого.

- А ведь вы с Эрри всегда вдвоём. И не надоедает?

- А твоему отцу надоедает твоя мать? - пожал плечами Дарнаэл.

- Так у них война, а у вас вроде как гармония, хотя я сомневаюсь, что с Эрри может быть спокойно, - Рэй проронил это до того равнодушно, что Дарнаэлу на мгновение даже стало немного не по себе - будто бы наследник его волшебства что-то знал.

- Я всё ещё вспоминаю эту свою единственную стоящую жизнь, - наконец-то промолвил он. - Жизнь, в которой я не стал селянином, вовремя подставившим подножку королю, или глупцом, что умер на поле боя - хотя должен был бы, казалось. Единственную жизнь, которую стоит действительно помнить.

- И ты по ней скучаешь, правда?

- По той жизни?

- По своей жене, - покачал головой Шэйран. - Ты сейчас смотришь на Эрри и думаешь о том, что она была другая, правда? Что всё-таки существует кто-то, кто мог бы с нею сравниться? Смертная и без острых ушей, а всё равно. Мудрее, благоразумнее, не такая пылкая. Верно ведь?

Дарнаэл не смотрел на него. Зелень взвилась ещё выше, словно почувствовав напряжение, и он криво улыбнулся, так и не обернувшись на Эрри.

- Я люблю только свою богиню, - ответил наконец-то он. - Но тот, кого все зовут Дарнаэлом Первым, выбрал для себя другую женщину. А он был слишком ярким, чтобы так просто всё забыть. Лет через сто, двести, тысячу, может быть, в новой жизни, когда мы воскреснем вновь вместе, это будет уже более приглушённым пятном. Но я всё равно буду всегда его - и её, - помнить. Такое не забывается. Ты тоже никогда не забудешь.

- Я ведь смертен, и воскрешение мне тоже не светит.

- Магический Источник ответит на это точнее, чем я, - покачал головой Дарнаэл. - Но я бы не зарекался на твоём месте, принц. Может быть, ещё захочешь жить вечно.

- Зачем мне жить вечно, если все, кто мне дорог, умрёт? - хмыкнул Рэй. - Ладно, родители или жена, но наблюдать со стороны за тем, как угасают один за другим твои дети, внуки, правнуки… Не жестоко ли?

- Жестоко, Шэйран, - усмехнулся Дарнаэл. - Но я же наблюдаю.

***

Источник никогда не увидеть невооружённым взглядом - он всюду, и в тот же миг, нигде его нет.

Источник никогда не является простым смертным, потому что его предназначение - поглотить миры, а не жалкие их осколки.