Пустошь (СИ) - "Ishvi" - Страница 217

- Я должен забыть и жить дальше.

- Да, - хрипло подтвердил Учиха. - Неужели дошло…

- Тише, - рука сильнее сжала плечо, комкая рубашку и впиваясь пальцами в кожу. - Я пришёл попрощаться.

В горле появился горький ком, и Саске поспешно сглотнул, прикрывая глаза.

- Да. Так будет лучше.

- И для тебя и для меня, - подтвердил Наруто. - Я должен был оставить тебя раньше. Я должен был сделать это раньше…кто, если не я?

Рука, потянувшаяся к Узумаки, замерла в нерешительности, но затем всё-таки легла на его макушку.

- Прощай, Саске.

Острая боль под ребрами заставила пальцы в чужих жестких волосах сжаться. Дыхание сбилось, вырвавшись из горла резким хрипом, брюнет опустил голову, широко распахивая глаза.

Наруто отшатнулся, когда рука Учихи разжалась и безвольно повисла вдоль тела.

- Что…

Взгляд скользнул по спокойному лицу Наруто, а потом рука нащупала рукоять ножа, торчащего точно из груди. Нащупала и сжала, пытаясь вытянуть. Ему это даже удалось сделать раньше, чем ноги подогнулись и колени больно ударились о плиточный пол.

Окровавленный нож со звоном упал где-то сбоку, а тело начало заваливаться вперёд и пришлось выставить руку, облокачиваясь об оную, чтобы не рухнуть вовсе.

Почему?

Это ведь…

Кровь жирными кляксами капала из раны и под ним уже образовалась небольшая лужица, холод будто бы усилился и его начала бить крупная дрожь.

Саске недоумевающее поднял глаза на стоящего перед ним Наруто, но блондин уже подёрнулся лёгкой рябью и картинка почти плыла перед глазами.

Наверное, это и есть смерть?

Если так…то…

Додумать Саске не успел, всё-таки рухнув на спину.

Это должно было закончиться именно так…

Саске попытался втянуть в себя последний глоток воздуха, но в лёгких заклокотало, и на губах появился привкус крови.

Болезненный толчок сердца.

Второй.

Третий…

…и последний.

Потолок.

Странно. Даже в психушке он был почти таким же, как и дома…

========== Глава 11. Counting Bodies Like Sheep ==========

Глава 11.

Counting Bodies Like Sheep.

«Don’t fret precious I’m here, step away from the window

Go back to sleep

Safe from pain and truth and choice and other poison devils,

See, they don’t give a fuck about you, like I do.

Count the bodies like sheep.

Count the bodies like sheep».

A Perfect Circle – Counting Bodies Like Sheep to the Rythm of of the war drums.

«Не бойся, солнце, я здесь. Отойди от окна.

Ложись и спи дальше

Ты спасён от боли и правды, и выбора, и других ядовитых демонов,

Видишь, им плевать на тебя? А мне нет.

Считай тела, как овец.

Считай тела, как овец».

Раз, два, три, четыре -

Ты один в жестоком мире.

Голос резал уши острым сверлом, ввинчиваясь в самый мозг и наматывая на себя мозги. Хотелось открыть глаза, но веки сшил какой-то злой безумец и теперь шершавые нити драли кожу, впивались в белок.

Три, четыре, раз, два -

Ну же, выйди из окна.

Он попытался сглотнуть, но в горло будто песка насыпали. Пришлось прокашляться, но и этого не вышло.

Пять, шесть, семь, восемь -

Взгляд голодный крови просит.

Голос. Этот голос. За него нужно цепляться, чтобы попытаться вытянуть себя из этого омерзительного затхлого погреба, в которое погрузилось сознание. Тянуть приходилось за собственные жилы, и каждая клеточка тела отзывалась ноющей болью. Не резкой, не выбивающей из лёгких воздух.

Она патокой разливалась по венам, булькала в горле и хлюпала в лёгких при каждом тяжёлом хриплом вздохе-выдохе.

Ну же, цепляйся.

***

Считалочка оборвалась, и Хидан тихо засмеялся, заметив на лице своего молчаливого собеседника подобие эмоций. Этот бледный парень хмурился, размыкал губы и будто бы что-то пытался произнести, но из его горла неизменно вырывались тихие хрипы.

Беловолосый едва не подпрыгивал на стуле от нетерпения. Он всматривался в парня и наслаждался каждой минутой.

Редко, очень редко Хидану удавалось вырваться из лап своих личных «смотрителей» и вот так просто наблюдать за людьми. Конечно, ведь эти люди считали его настоящим психом, угрозой для общества, тем, кто убьёт легко и без лишних мук совести.

Был ли он таким? Возможно.

Но вот что на самом деле испытывал Хидан, когда ему говорили о том, что он убийца. Хладнокровный и, если верить слухам, очень кровавый.

Испытывал ли он вообще что-то?

Жалость. Это чувство пропитало всё его существо, оно им дышало, когда парень смотрел на очередного врача, выносящего свой приговор - недееспособен. Так было с самого детства, когда он ещё будучи ребёнком был пойман за крайне ненормальным делом - препарирование кошки. Соседской пушистой Леди, которую хозяйка кормила только качественным кормом и редко выпускала на улицу.

Но однажды кошка просто выпрыгнула из оставленного по невнимательности приоткрытым окна. Тогда-то мальчишка и почувствовал присутствие Высшего создания рядом, а потом услышал его голос.

Выросший в набожной семье, Хидан с детства знал, что Всевышний существует и даже слышит наши молитвы. Его приучали к этой мысли.

Только отчего-то ни мать, ни отец не были рады, услышав, что их сыну посчастливилось получить ответ. Может быть, всё дело было в растерзанной кошке и окровавленных руках мальчишки?

Но с каждым годом Хидан понимал, что его родители слепы, глухи и немы. Они говорят только то, что требуют от них правила морали, общество и телевидение. Они закрыли своё сознание от Голоса, отказались от Истинной Веры, принимая за правду какую-то искорёженную и насквозь пропитанную ядом подделку.

Родители всегда ходили в церковь. Они молились там, просили о чём-то, возможно, о прощении своих грехов, но им не отвечали. С каждым годом денег становилось всё меньше и меньше, а в церковь ходили всё чаще и чаще. Они бегали к этому своему Всевышнему, в то время как Божество Хидана всегда было с ним.

И всегда ему отвечало.

И тогда мальчик понял - у них разные Боги.

Один требует безоговорочного самопожертвования, а другой не требует ничего. Да, убитых кошек и собак на счету Хидана стало больше, но парень сам был не против очищать мир от этих блохастых тварей.

Ему это нравилось. А потом, когда его вера окрепла, было первое испытание оной.

Божество потребовало их кровь.

И Хидан дал её.

Всё равно родители уже давно превратились в пустые оболочки, наполненные своей глупой безответной верой…

- Проснись и пой, - проворковал Хидан, выскальзывая из нахлынувших воспоминаний и с сожалением осознавая, что крики в ушах постепенно угасают.

Его горячие пальцы ухватили черноволосого за подбородок и повертели лицо того в разные стороны, разглядывая. И хотя Хидан уже вдоволь насмотрелся на эти резкие черты, он продолжал испепелять тонкую кожу взглядом.

- Наруто…

- Что-что?

Он придвинулся ближе, прислушиваясь.

- Как ты меня назвал?