Чароплет - Чарлтон Блейк - Страница 31

У призрака созрела идея. Впервые за последние часы пустота в груди слегка рассосалась. Рискованно, однако надежда есть. И потом, какие у него еще варианты?

Осторожно переместив оставшийся магнус в правую руку, призрак потянулся к локационному абзацу.

Глава двадцать первая

Во сне Франческа диагностировала у молодой женщины аппендицит и приняла решение его удалить. Но вскрыв брюшную полость с правой стороны, аппендикса она не обнаружила. Еще на этапе разреза она вместо полагающегося в этом месте восходящего отдела толстой кишки наткнулась на нисходящий.

Когда Франческа велела ассистенту послушать сердце оперируемой, тот доложил, что сердцебиение громче с правой стороны груди.

Обомлевшая Франческа поняла, что внутренние органы пациентки отзеркалены — своими глазами ей этот феномен пока наблюдать не доводилось, только читать о нем в медицинской литературе.

В полном замешательстве она перебирала режущие фразы.

— Вы теряете пациентку, — предупредил ассистент. — Тут все переставлено задом наперед, вот в чем дело.

— Что? — не поняла Франческа.

Ассистент, высокий мужчина в черном тюрбане с вуалью, повторил:

— Какография — это когда все задом наперед. И у пациентки так же. Вы ее убиваете.

Франческа спросила у ассистента, как его зовут, и он ответил: «Никодимус Марка».

И тогда она проснулась.

В незнакомой кровати, не понимая, где она. «Фран?» — послышался знакомый голос, и Франческа вздрогнула. Рядом с койкой стоял Сайрус. Откуда-то издалека доносилось поскрипывание канатов и шорох дождя.

Садовая башня.

— До заката часа три, — сообщил Сайрус. — Ветроловы возвращаются. Нужно выбираться на взлетную площадку, чтобы отбывающие про нас не забыли.

Потерев щеки, Франческа встала и пошла вслед за Сайрусом по темному коридору к опутанному лесами чреву башни. У западной стены царило оживление — иерофанты, перекрикиваясь и размахивая руками, разворачивали, а затем укладывали аккуратными стопками гигантские белые полотнища. От гуляющего по башне ветра Франческина коса заплясала по лопаткам.

— Что они делают? — крикнула Франческа Сайрусу, который вел ее по узкому трапу к восточной стене.

— Швартуют ветроуловители. После заката в перевале оставаться нельзя, если не хочешь попасть на ужин к ликантропам.

— Правда?

— Если бы не толстые стены башни, поминай тут всех как звали.

— Поэтому Авил отнесен так далеко от сада ветров, который ему полагается обслуживать?

Сайрус покачал головой, подныривая под низкую балку.

— Нет, пропитанные божественной силой Кейлы стены защитили бы город и здесь. Все дело в воде. Авил должен примыкать к дамбе — иначе она долго не простоит. Первое поселение находилось как раз здесь, в перевале, но ликантропы то и дело сносили дамбу, вода уходила, а во время засухи других источников орошения в саванне нет.

Дальше предстояло подняться по лестнице — крутой, как стремянка. Сайрус ловко взбежал по ступеням, а Франческа снова ощутила себя неуклюжей великаншей.

Они вылезли на промежуточную площадку — прямо под взлетной. Там уже собрались иерофанты с яркими свертками в руках — все молодые, лет по тридцать-сорок. На площадке стоял оживленный гомон.

— Обычно ветроловы работают до заката, — пояснил Сайрус. — Но сегодня расчетный день — до этого они пятьдесят суток трудились как пчелы, творя ветряные чары, а теперь отправляются в Авил на заслуженный отпуск. Вот он, источник авильского процветания. — Сайрус улыбнулся под вуалью. — Дорвавшиеся до благ цивилизации ветроловы, не жалеющие денег на хорошее вино, мягкую постель, доступных женщин и менестрелей в тавернах.

— Ты, значит, в молодости тоже тратил заработанное на доступных женщин? — поддела Франческа бывшего возлюбленного.

Сайрус пожал плечами.

На площадку высыпали, присоединяясь к коллегам, еще иерофанты. Сайрус подался вперед, словно собираясь что-то спросить, но тут все разом умолкли. Обернувшись, Франческа увидела Лотанну, помогающего Вивиан выбраться из лестничной шахты. И как только слепая старуха преодолела эти крутые ступени? Когда Лотанну повел Вивиан прямиком к Франческе и Сайрусу, иерофанты возобновили разговоры. Вивиан приветствовала новых знакомых кивком.

— Сайрус, вы не знаете, где находится авильская колаборисная станция?

— В Купеческом квартале, у Южных ворот.

— Мы планируем раздобыть через тамошних чарословов наряды для маскировки. Можно будет высадить нас где-нибудь неподалеку?

— Конечно, — ответил Сайрус.

— Магистра, — вмешалась Франческа, — боюсь, в таком случае ваша операция грозит сорваться.

— Почему?

— Стены, разделяющие авильские кварталы, пропитаны божественной силой канонистки. Ни одного чарослова межквартальные ворота живым не пропустят.

Вивиан сузила слепые глаза.

— А зачем Кейле ограничивать передвижения своих чарословов?

— Ее чарословы обычно перелетают поверху, — объяснил Сайрус. — А вот ликантропских чарословов в человеческом обличье божественная сила не пропустит. Кроме того, в случае массового прорыва внешнего кольца внутренние стены изолируют ликантропскую орду в одном квартале.

— И как часто ликантропы прорываются в город? — нахмурился Лотанну.

— Частенько, — вздохнул Сайрус. — Не далее чем в конце прошлогодней засухи два десятка этих тварей разгромили Северовратный квартал. Перебили чуть не половину жителей и успели устроить пожар, пока до них не добрались иерофанты и городская стража.

— Как же они пробивают стену? — недоумевала Вивиан. — Стенобитных машин у них вроде бы не водится?

— Вы правы, — кивнул Сайрус. — Никакой механики, насколько мы можем судить. Только разрывные тексты. Есть подозрения, что ликантропы не просто принимают человеческий облик, но и в самом деле превращаются в людей. Главным образом по ночам. Отсюда все эти бесчисленные приметы на тему, кого не стоит пускать на порог после заката.

— В этом году стало еще хуже, — добавила Франческа. — Научились закладывать взрывные заряды в тени и нападают средь бела дня. Сегодня утром устроили засаду у Северных ворот.

Лотанну помрачнел.

— Как же нам тогда передвигаться по городу в обличье вердантских купцов?

— На каждой внутренней стене есть перелазы — лестницы, по которым горожане перебираются из квартала в квартал, чтобы не делать крюк через ворота. После заката стража эти лестницы убирает. Вы, конечно, все равно рискуете застрять на ночь в ненужном вам квартале, но давайте я вам хотя бы на карте эти перелазы покажу, — предложила Франческа.

— Да, боюсь, иного выхода нет, — вздохнула Вивиан. — Спасибо, магистра.

Франческа кивнула. Воцарилось молчание. Целительница подумала завязать светскую беседу, но побоялась сболтнуть лишнее или ударить в грязь лицом перед Вивиан. Сайрус, тяготясь ожиданием, начал перематывать тюрбан и поправлять вуаль. Только Вивиан была сама невозмутимость. Лотанну время от времени наклонялся к ней и что-то шептал, но в основном с ненавязчивым любопытством оглядывал окрестности.

Наконец на площадку вышла ветряной маршал в сопровождении двух иерофантов, несущих большой деревянный сундук. Молодые пилоты, разом умолкнув, построились. Маршал произнесла короткую речь, хваля подопечных за проделанную работу и напоминая, что даже в отпуске они представляют Небесный орден иерофантов. Договорив, она занялась раздачей позвякивающих суконных мешочков.

Глухое стаккато дождя наверху вдруг переросло в канонадный грохот ливня. Сайрус, извинившись, нырнул в лестничную шахту, откуда вскоре вынырнул с несколькими широкими лоскутами черной материи, переброшенными через руку. Стоило ему взяться за один из лоскутов, как тот, разделившись на полосы, сплелся в замысловатый капюшон. По такому же капюшону Сайрус выдал каждому из спутников.

— Наденьте на голову, — велел он, помогая Вивиан. — Они пропитаны иерофантскими чарами, которые заполняют все пространство между нитями и делают ткань непромокаемой. Чары с капюшонов перекинутся и на мантии, не так страшно будет лететь через этот потоп.