Чертов Викинг наших дней (СИ) - Сидоренко Ольга - Страница 28

– Что, мать, не выспалась? – приветствовала подругу Сашка.

– Переводила их чертовы бумаги полночи, – пожала плечами Леська. Вот поэтому ей и не нравилось работать на конференциях. Ночью переводишь речи, днем сопровождаешь и опять переводишь. Спать и жрать в это горячее время – неслыханная роскошь. Завтра был последний день, потом оставалось только запихнуть иностранных гостей в самолет и наконец выспаться.

– О чем таком важном ты хотела поговорить? – рассеянно спросила Леська, с наслаждением отпивая свой «миллер».

Сашка, которая обыкновенно за словом в карман не лезла, вдруг замялась. Но подруга ее не подгоняла, постепенно погружаясь в расслабленное и умиротворенное состояние честно вспахавшего поле человека, который только что с этого самого поля вышел и утирает пот со лба. Сашка собралась с духом и выпалила:

– Об Антоне.

«Интересно, что ей такого сказали?» – думал объект обсуждения, глядя на мгновенно окаменевшее лицо подруги.

Мысли Леськи были чуть ли не паническими: «Вот, сейчас она скажет, что они любят друг друга, встречаются и все дела, и мне надо будет порадоваться за нее. А я совсем не рада…»

– А что с ним? – вслух спросила она, стараясь придать голосу максимальное равнодушие.

– Не знаю, что с ним, – долгое стеснение было Сашке не свойственно, поэтому дальше возмущение полилось из нее полноводной рекой, – но могу тебя заверить, это не то, что ты думаешь.

– А я ничего и не думаю, – буркнула озадаченная подруга.

– Поэтому у тебя лицо перекашивает, когда он увязывается за мной?

– Ничего у меня не перекашивает! – возмутилась Леська.

– Я видела!

– Это я лимон ела!

– По-моему, последние пару дней ты эти лимоны жуешь не прекращая!

– Они хорошо воздействуют на мое горло!

– Жаль, что не на мозг!

Подруги обидчиво замолчали, сосредоточившись на пиве. Спустя некоторое время Леська осторожно уточнила:

– А почему это не то, что ты думаешь, что я думаю?

– Потому что никакими амурами тут и не пахнет, поверь, – оживилась Сашка, получив долгожданную возможность донести мысль до собеседника. – Я не знаю, какого лешего он у меня торчит, но мне уже осточертело. И, мне кажется, ему тоже.

– Брось, за него ты не можешь говорить. А тебя-то в нем что не устраивает? Красивый парень…

– То, что он не Дэн, – буркнула Сашка, выдавая сокровенное.

«Огого, – подумала Леська. – Нет, ОГОГО…» Еще бы, в делах любви подруга отличалась патологической скрытностью, и если уж решилась на такое признание...  Леська оценила. Потом она вспомнила, что последние дни Дэн, судя по его виду, тоже питался исключительно лимонами, и решила, что подруга выбрала удачно. Во всяком случае, она может рассчитывать на взаимность. От Сашки тоже не укрылось кислое лицо Дениса, поэтому навязчивость Антона бесила ее вдвойне. Разговор с Леськой преследовал двоякие цели – утешить подругу и постараться, чтоб она донесла до Дэна правду. Друг детства поверил бы ей безоговорочно.

Антон проморгал тот момент, когда Сашка ушла. Набегавшись за день, теперь он расслабился и сидел, подперев рукой голову, созерцая Леськино лицо поверх стакана с колой. На вышеозначенном лице то и дело менялось выражение, и Антону было любопытно, о чем беседуют эти двое. В принципе, в его силах было подслушать, но он не стал, посчитав это неприличным. Но и просто смотреть было интересно. Вот он и засмотрелся, а потом внезапно понял, что Леська сидит за столом уже одна, а Сашку как ветром сдуло. «Черт!» – выругался Антоха, вскакивая из-за стола. Следовало как-то пробраться мимо Леськи к выходу, так чтоб она его не узнала. Поколебавшись мгновение, Антон прижал три пальца ко лбу и нашептал на себя иллюзию. Потом деловым шагом пересек бар.

Леська пребывала в задумчивости после откровений подруги. Конечно, с одной стороны, хорошо, что Сашка прояснила свою позицию. С другой… хочет того ее подруга или нет, она могла нравиться Антону, а перетягивать одеяло на себя Леська не хотела. Не в этом случае. Она еще не могла сформулировать свою мысль ясно, но почему-то она знала, что женское кокетство, флирт и любые дурацкие способы обольщения здесь не работают. Не потому, что нечестно пробовать всё это на друге. Потому, что это была шелуха, по сравнению с тем, настоящим, что жило у нее внутри. И требовало в ответ такого же, настоящего… Леська вздрогнула – прошедший мимо темноволосый парень сначала показался ей похожим на Антона.  «Дожили, – злобно подумала она, – уже мерещится. Совсем спятила девка…»

  Антон вышел на улицу, потянулся за сигналом маячка и цветисто выругался – Сашка решила прогуляться до дома пешочком через полгорода. Итого, полночи у Антона прошли весьма деятельно: сначала он тащился за неспешно шагающей и подпевающей плееру Сашкой, стараясь не слишком сокращать дистанцию, чтобы не пугать ее, затем, убедившись, что объект наконец дотелепал до дома и даже запер дверь изнутри, он уже гораздо бодрее топал обратно – туда, где оставил мотоцикл. Подъехать было не на чем – в такое позднее время общественный транспорт официально еще ходил, но фактически считался чудом. Когда он зашел в собственую квартиру, было уже три часа ночи, а в семь ему пришлось вскочить, потому что Сашка, свежая как жаворонок весной, разлупила глаза и решила сходить на пляж – окунуться, так сказать, раньком, пока не набежали люди и не замутили водичку.

«Это же электровеник, а не баба, – думал Антон, сидя в камышах и изо всех сил стараясь не заснуть. – Я так долго не выдержу…»

Спустя неделю атмосфера в редакции стала совершенно невыносимой.

Сашка пребывала во взвинченном состоянии плохо сдерживаемой ярости. Поэтому стоило кому-нибудь открыть дверь и создать хоть малюсенький сквознячок, как последний мигом превращался в буйное торнадо и уносил со столов документы.

Дэн ругался.

Глеб вздыхал.

Антон спал вполглаза, уронив голову на стол.

Все ценные бумажки были в итоге сложены на стол Леське. Тут царил полный штиль. Любые проявления урагана тихо гасли, попадая в незримую сферу действия мага воздуха, повинуясь ее настроению. Потому что настроение было на нуле. Леську посетила великая депрессия. Странные дела на факультете, сессия, диплом, но больше всего необъяснимое поведение Антона сделали свое черное дело. К тому же она просто банально соскучилась по обществу Чертова Викинга, который теперь либо спал, либо ходил за Сашкой по пятам. В свете всего этого кипы бумаг, наваленные ей на стол, не вызвали у нее никакой реакции. Дэн подумал, не надеть ли ей на голову ведро – ну так, чисто посмотреть – отреагирует ли она хоть как-то, но не решился. Глеб видел плачевное состояние подчиненной, но его радовало хотя бы то, что она не истерит и не скандалит, в отличие от Сашки.

* * *

После очередной бессонной ночи, проведенной в чужом подъезде (Сашке пришло в голову посетить квартирник и орать там песни до утра), Чертов Викинг созрел для воззваний о помощи.

В редакцию он влетел спустя полчаса, как туда явилась Сашка, благоразумно переждав эти полчаса во дворике за углом, вцепился в Глеба и с отчаянным:

– Пойдем, поговорить надо! – вытащил того за дверь.

– Чего тебе? – добродушно спросил Глеб, глядя на друга, который висел на нем, как бульдог на медведе.

– Нужна твоя помощь, – без предисловий начал Антон. – Наш психический некромант вычислил Сашку.

– Ведьму? – Глеб обеспокоенно и в то же время скептически вскинул брови. – Как ты узнал?

– Неважно. Важно – что мне теперь делать? Я уже почти неделю хожу за ней след в след и задолбался в дым! Она ни секунды не сидит на месте! – тут Антон хотел добавить пару крепких эпитетов, но сдержался.

– Гхм… ты ей не сказал о своем открытии, правильно я понимаю? – укоризненно покачал головой Глеб.

– Не сказал, – Чертов Викинг слегка поостыл. – Пока она ничего не знает, она ведет себя естественно, некромант расслабился и ждет своей даты, а у меня есть шанс внезапно появится и его накрыть. И освободиться. Ты не представляешь, как мне надоела эта фигня на шее!