Чертов Викинг наших дней (СИ) - Сидоренко Ольга - Страница 49

– Лесь, надо посоветоваться, а ты тут единственная трезвая.

– Ну?

– Как бы мне всех их выгнать дипломатично, а?

– Лучше подождать, пока уйдут, и больше не впускать.

– Нет, мне прямо сейчас надо.

– Чего это вдруг так резко?

– Понимаешь, – Макс замялся, но потом решился, – ко мне должен человек прийти. По… одному вопросу. Из газеты.

– О, у тебя будут брать интервью? – Леська изобразила восхищение, гадая, расколется ли Макс в конце концов, или нет.

– Не совсем, – тот выглядел раздраженным и одновременно растерянным. Похоже, он уже давно ломал голову, как расчистить свою жилплощадь для охотников за привидениями, но, увы, безрезультатно. Девушка сжалилась над приятелем:

– Не парься. Он уже пришел.

– Кто?!

– Человек из газеты.

– Где?!

«Ей-богу, олень в свете фар – образец сдержанности и хладнокровия по сравнению с ним», –  подумала Леська, достала из кармана удостоверение штатного сотрудника «Новостей сверхъестественного», и протянула Максу. Тот ознакомился, подобрал челюсть и посмотрел на нее:

– Ну и какого хрена я сразу прямо к тебе не обратился?

– Это ты меня спрашиваешь?

Они немного помолчали, думая о совпадениях.

– И что мне теперь делать? – очнулся, наконец, Макс. – Я должен тебе как-то способствовать?

– Не обязательно. Но что бы я ни делала, постарайся не удивляться и не привлекать ко мне внимания. Хотя пока я собираюсь просто понаблюдать.

– Окей.

Внимание хозяина отвлеклось на товарища в ванной, очень уж долго он оттуда не выходил, и Максим пошел перекликаться с ним через дверь, пытаясь выяснить размеры катастрофы. Время шло, час «икс» приближался, Леська слонялась туда-сюда, попутно искренне недоумевая, как Макс живет в этом бардаке. Народ прибывал и прибывал, большей частью уже нетрезвый, а те, кто трезвые, тут же на месте догонялись до остальных. Леська выпила бокал вина, почувствовала, что ей взгрустнулось, и срочно перешла на кофе. С ним-то она и сидела на кухне, когда в прихожей хлопнула дверь, и послышались знакомые голоса. Леська вздрогнула и замерла с поднесенной к губам чашкой. По закону максимального свинства к Максу заявилась Оксана – ее бывшая староста – со своим парнем. А парнем ее ныне являлся небезызвестный Леське Константин, с которым у нее вышло такое удручающе скучное свидание несколько месяцев назад. В небольшом городке эти двое каким-то образом встретились, и Оксана обрела в нем человека, которого считала по крайней мере таким же умным, как она сама, а он нашел в ее лице благодарного и, главное, понимающего слушателя лекций про акции, фьючерсы и прочую тягомотину. Первая встреча с этой парой обернулась для Леськи большой неловкостью. Скрыть, что у них было свидание, не вышло, из-за чего в лице Оксаны был обретен если не враг, то недоброжелатель. Константин же всячески старался демонстрировать, что сделал правильный выбор, чем задолбал Леську похлеще, чем индексами Доу-Джонса. С тех времен каждая случайная встреча сопровождалась громкими обвинениями непонятно в чем, и сегодня тоже можно было не надеяться на исключение. Стоило ли удивляться, что Леська избегала эту пару как могла. Она мимолетно удивилась, как Оксану занесло сюда, в это гнездо порока, но тут же вспомнила, что ее бывшей старосте не удалось еще изжить такой простой человеческой слабости, как любовь к музыке, а все любители музыки рано или поздно попадали сюда, к Максу.

Леська отставила чашку и затравленно оглядела маленькую кухню – увы, деться тут было некуда, а учавствовать в скандале в присутствии такого количества народа совсем не хотелось. К тому же истрепанные нервы Макса этого не заслужили. Мысли метались в голове как загнанные звери, лихорадочно ища выход. Сейчас эти, в прихожей, разуются и минутой раньше, минутой позже непременно сунут свои рыла на кухню. А тут она. Взгрустнувшая от вина и с нервами в полной боевой готовности от кофе. Что делать? Притвориться спящей? Набросить иллюзию? Что на это скажет Макс, обнаружив в своей кухне незнакомую бабу… Сразу с порога ляпнуть им что-нибудь обидное, пока они и рта не успели раскрыть? Из коридора донеслось вежливое хозяйское «Проходите», и Леська, ничего не додумав, подхватилась из-за стола и выскочила на балкон, стремясь всеми силами оттянуть неприятный момент встречи. А на балконе выяснилось, что уже одинадцать часов вечера. Мимо окон, уровнем чуть пониже ехала величественная колесница, запряженная четверкой призрачных как туман лошадей.

Леська, малость ошалев, разглядывала дивное видение. Откуда оно? Плод чьей-то фантазии? Эхо прошлого? Колесница поравнялась с ней, и Леська поняла, что эпитет «величественный» следовало бы заменить на «весьма потрепанный», хотя потрепанный призрак – это звучит как-то странно. Широкие колеса шатались как пьяные, завитки украшений где пообтерлись, где поотвалились, в борту зияла дыра, как будто кто-то ткнул туда копьем, полупрозрачные лошади брели, понурив головы. Лошадьми правило существо в длинном бесформенном черном балахоне. Под низко надвинутым капюшоном ничего нельзя было рассмотреть. Проезжая мимо Леськиного балкона, возница поднял голову – в провале капюшона синими огоньками вспыхнули глаза – и издал насмешливое фырканье. Мол, смотри, смотри, что ты мне сделаешь.

«А вот сделаю!» Леська зажала в кулак сережку с амулетом из перышек – сосредотачиваться на заклинании Антона было некогда – прошептала пару слов, перемахнула через подоконник и мешком свалилась в колесницу. Сработало! Перо уменьшило ее вес, а призрак оказался достаточно убедительным, и она не проскочила сквозь него в свободный полет.

Возница изумленно оглянулся. Леська дружелюбно помахала ему ручкой. Вступить в переговоры она не успела. Взвились вожжи, кони беззвучно заржали и рванули вперед, вытягиваясь в клочья тумана. Крыши домов мелькали внизу пестрым одеялом.

– Стой! Я же просто поговорить! – вопила девушка, а потом прекратила, с запозданием вспомнив, что без полынного напитка ни она призрака не услышит, ни он ее, а значит, прыгать с пятого этажа не имело смысла, и она бы точно об этом не забыла и не сделала такой глупости, если б не паника перед Оксаной. «С нервами определенно надо что-то делать, – решила Леська, – но не прямо сейчас. Прямо сейчас надо бы выжить.»

– А-а-а! – от особенно крутого виража, заложенного четверкой вокруг какой-то трубы, у нее перехватило дух. Возница только нахлестывал лошадей.

– Тппрррууу! – попыталась Леська обратиться напрямую к лошадям. Куда там. Несущиеся впереди вихри уже и лошадей-то не напоминали.

«Если я упаду, Глеб меня убьет!» – в панике думала Леська, не осознавая всю абсурдность страха перед Глебом после падения с высоты пятиэтажного дома.

Впереди появилось темное пятно – приближался парк. Над последним домом призрак зловредно истаял в дым, а у Леськи закончилось действие амулета. Мысленно попрощавшись с этим миром, она ухнула вниз и тут же хлопнулась на козырек балкона, не успев даже толком испугаться.

Рядом шла пожарная лестница на крышу, ржавая и перекосившаяся. Последний раз ею пользовались наверно лет двадцать назад – когда устанавливали. Леська неодобрительно подергала железные перила, но быстро перестала, когда с одной стороны они просто отвалились. Другого пути с козырька не было, так что она все равно полезла как миленькая, хотя это противоречило и здравому смыслу и доброй воле. Повалившись животом на крытый шифером скат, она лежала и переводила дух, наслаждаясь простой радостью бытия. Много ли человеку надо для счастья.

На крыше было здорово – бескрайний вид ночного города и свежий воздух. Дело оставалось за малым: найти открытый люк в подъезд. Дома в старом районе стояли плотно, фактически они были пристроены один к другому, так что квартал Леська прошла без особых проблем, дергая все попадающиеся на глаза дверцы и люки. Как назло, все было закрыто.

На углу она остановилась передохнуть и поглазеть на город. «Вот будет весело, если мне придется тут ночевать. Совью гнездо», – уже довольно безрадостно думала Леська, когда внезапно зазвонил телефон. Кто б это мог звонить ей в двенадцать ночи… Увидев на дисплее «Чертов Викинг», она чуть не разрыдалась от радости.