Чертов Викинг наших дней (СИ) - Сидоренко Ольга - Страница 60

Но все это лирика, а сейчас они кошмарно опаздывали. Такси притормозило у ларька, Глеб выскочил за цветами, оперативно вернулся и сунул на заднее сиденье букет белых роз:

– Нате, держите, а то мы с ним здесь, впереди не помещаемся.

– Можно подумать, нам тут втроем очень просторно! – возмутилась Сашка. Раздался визг тормозов, и Леська полетела носом в спинку Глебова кресла.

– Ой-ё! – ахнула сбоку придавленная Дэном Сашка.

Водитель, высунувшись в окно, оглашал воздух забористым матом. Как выяснилось, впереди вздумалось резко затормозить «матизу», увешанному значками неопытного водителя и изображением дамской туфли. За рулем его не менее красочно материлась гламурного вида блондинка.

– Все живы? – Глеб отстегнулся и заглянул назад, оценивая ущерб.

– Вроде бы… – пропыхтел Дэн, слезая с Сашки и помогая ей подняться. – Э… вот только цветочки… ну, помялись слегка…

– Что?! И с чем мы едем на свадьбу?! – тут оборотень перевел взгляд на Леську, и в голосе его зазвучал ужас: – С тобой-то что?!!!

Леська тем временем пыталась остановить кровь, идущую из носа, и при этом не замызгать все вокруг, включая друзей.

– Я чичас, – пробубнила она, зажимая нос и запрокидывая голову.

Сашка сунула ей в руку платок, что немного помогло делу. Проявлять свои неординарные способности при водителе все постеснялись, поэтому, когда такси подъехало к ресторану, она все еще зажимала нос платком. Впрочем, остальные выглядели не лучше. Сашка ушибла колено и теперь заметно прихрамывала, нецензурно выражаясь при каждом шаге. Дэн оцарапал руки о проклятый букет и выглядел так, будто сошелся врукопашную со стаей кошек. Сам букет заметно потерял в пышности и свежести, бутоны сплющились, и больше всего он теперь походил на огромный веер.

Антон ждал друзей на крыльце, переминаясь с ноги на ногу. Настроение у него было, прямо скажем, не очень. Мало того, что он выполнял свою функцию свидетеля с утра и уже успел основательно задолбаться, так еще и эти – он даже не мог подобрать достаточно уничижительного слова – так вот эти хамски опаздывали. Ему стоило огромного труда ускользнуть из-за стола, но стыд за опаздывающих не позволял там оставаться. Углядев родную когорту, вываливающуюся из такси, он открыл было рот, чтобы разразиться обличительной речью в духе «Какого хрена?...», но потом разглядел всех поподробнее и так и остался с беззвучно распахнутым ртом.

Сашка подковыляла и сунула ему в руки ошметки букета со словами: «Если можешь, сделай с ЭТИМ что-нибудь». Леську подвел к крыльцу Дэн, потому что та все еще старалась держать нос кверху, утирая платком кровавые сопли, и не видела, куда идет. Глеб приотстал, рассчитываясь с таксистом.

– Мы тут слегка аварийно ехали, – пояснил Денис оторопевшему другу.

– Нет слов, – только и выдавил тот.

Кровь наконец-то унялась, и Леська отняла от лица платок. Слова у Антона тут же нашлись.

– Это не свадьба, а пир каннибалов!

– Покажи лучше, где здесь туалет, мне бы умыться…

Антон повел ее, выбирая коридоры потемнее.

– Болит?

– Умеренно.

– Полечить?

– Некогда сейчас. Само пройдет.

«Что-то мальчик наш немногословен, где же его чувство юмора… – думала Леська. – Наверно мы опоздали совсем уж неприлично». Ей непременно стало бы стыдно, если б не было больно.

– Ну все вроде, – она, наконец, оторвалась от умывальника. – А нет, погоди, я еще накрашусь.

Антон застонал.

– И нечего выть. Займись пока букетом.

– Черт! – Антон впервые толком расмотрел, что ему всучила Сашка. Потом вздохнул и щелкнул пальцами по одному бутону. Тот как-будто чуть расправился. Антон воодушевился и продолжил. Леська тем временем пыталась нарисовать себе лицо.

– Вот скажи, – начал Антон, не отрываясь от дела, – почему я свидетель на свадьбе твоей подруги? Вот как так вышло? Я плохо знаю Леху и, считай, вообще не знаю Витку. И каким таким непостижимым образом я случился свидетелем, а? Зачем мне этот геморрой?

– Это потому что ты у нас задорный и красивый.

– Это не те качества, которыми мужик может гордиться.

– Это те качества, которыми мужик кругом встревает, – Леська придирчиво оглядела себя в зеркале. Конечно не тот праздник, что был до выхода из дома, но сойдет. – О, букет как новенький. Свежий такой… А ты морду лица так разгладить после похмелья можешь?

– Огуречные маски тебе в помощь, – огрызнулся Антон. – Пошли, меня наверно уже ищут.

Его и правда искали. Тамада обрадовалась ему так шумно, что тот факт, что за свидетелем зашли еще четыре человека, остался практически незамеченным. Войдя в ярко освещенный зал, Леська впервые увидела Чертова Викинга во всей красе, до этого ей мешал то нос, то темные коридоры. Она часто-часто заморгала, не в силах поверить своим глазам, но рваные чуть ли не в клочья джинсы, фенечки, перстни с черепами, ворох амулетов поверх криво вырезанного ворота футболки и поношенные кеды никуда не исчезли. Единственными пристойными вещами оставался черный фрак и галстук, но в сочетании со всем остальным они не только не спасали ситуацию, а вообще оказывали эффект, сравнимый с выстрелом в упор. Леська дернула Глеба за рукав:

– Эй, а почему он выглядит как весь состав «Guns N’Roses» в одном лице?

– Это новое слово в культуре брачевания: свидетель-панк, – максимально серьезно пояснил Глеб.

– Странно, что свидетель-панк еще не получил по голове от вполне классической невесты, – резонно заметила Сашка.

Леська отыскала глазами героиню дня. Судя по выражению лица, невеста уже пережила «новое слово» и смирилась: другого ведь все равно не было. Возможно, по голове получил жених, как пригласивший такого свидетеля на свой страх и риск.

Пользуясь тем, что тамада нападала на свидетеля с микрофоном, требуя от него то ли стихов, то ли песню, остальные чинно поздравили Витку и Лешика и успели рассесться по своим местам. Леська постаралась отгородиться от тамады Глебом, ибо испытывала перед этой женщиной ужас и трепет.

– Чего это ты так сутулишься? – недоуменно спросил Глеб.

– Ты, главное, сильно не вертись, – попросила она, – если эта тетка ко мне подойдет, я залезу под стол и тебе же самому будет за меня стыдно.

– Не подозревал в тебе такую застенчивость.

– Это не застенчивость, это животный ужас.

Глеб хмыкнул и налил ей вина.

– А вот на моей свадьбе все будет совсем по-другому, – заявила сидящая напротив Сашка. – Никакой тамады, никакого официоза, все собрались, напились, и вместо вот этого бессмертного хита всех времен «Ах эта свадьба, свадьба, свадьба» я закажу, например, группу «Сплин».

Возникла пауза. Все попытались представить себе свадьбу под «Сплин». Похоже, Сашка тоже попыталась, потому что она помолчала, а потом нерешительно добавила:

– Ну или «Би-2».

Глеб поднял одну бровь, намекая, что не видит разницы.

– А повеселее у тебя ничего в планах нет? – уточнила Леська.

– А по-твоему свадьба – это повод веселиться? – огрызнулась подруга, видимо, исчерпав идеи.

– Конечно. Напоследок. Перед семейной жизнью, – меланхолично пояснила Леська, только потом заметив, что их слушает как минимум половина стола. Хорошо еще, жених с невестой сидели слишком далеко.

– Когда до тебя дойдет очередь во всеуслышанье поздравлять молодую чету, ты им так и скажи, – посоветовал ей Дэн, слушавший беседу с круглыми глазами.

– Что?! Мы еще и речи говорить будем? – Леська пришла в ужас. – Глеб, налей-ка мне еще. Я быстренько напьюсь, и когда до меня дойдут, буду уже счастливым бревном валяться где-нибудь внизу.

– Отличная идея, – похвалила ее Сашка, которая тоже не испытывала воодушевления выступать, – Лесь, я хочу валяться с тобой. Глеб, передай-ка сюда бутылку.

– Упыри, – осуждающе покачал головой Глеб, – а как же ваша подруга? Она же ждет, что вы ее поздравите.

– Не надо ля-ля. Витка прекрасно знает наше отношение к таким мероприятиям и неприязнь к пафосу, – отмахнулась Сашка, наливая себе полный бокал.