Чертов Викинг наших дней (СИ) - Сидоренко Ольга - Страница 62

– Скорее всего, на меня, раз это я ее облил.

– И?

– Я постараюсь ее изгнать, а твоя задача – страховать невесту, она к ней ближе всех.

– И как я это сделаю?

– Да как хочешь. Возьми вон поднос и тресни мару по башке, например, если она повернется к Витке.

– И поможет?

– Видимая, она вполне материальна, а значит, уязвима. Так что хоть на какое-то время ее это отвлечет, будь уверена. Я за вином, – и Глеб направился за бутылкой.

Размышляя, что же делать с марой, когда она отвлечется на ударившего ее кухонной утварью, Леська взяла с ближайшего столика большой серебристый поднос и стала ждать Глеба, наблюдая за проблемным трио. Тут-то все и случилось.

Глаза мары удивленно расширились, она схватилась пальцами за край стола и рванулась встать, лицо ее исказилось в беззвучном крике.

– Что… – начала Леська, ничего не понимая, но в следующее мгновение из-под стола раздался пьяный хохот, и показалась голова Сашки.

– Лесик, лови! – и она запустила в подругу туфлей, черной, в цвет сажевому платью.

Инстинктивно ловя брошенный ей предмет, Леська выпустила поднос, который с оглушительным звоном упал на пол. Туфля шлепнулась ей прямо в руки, провожаемая недоуменными взглядами гостей. С искривленным, размывающимся от движения кошмарным лицом хозяйка туфли бросилась к ней, рука с паучье тонкими когтистыми пальцами мелькнула перед лицом, но не достала – мару перехватил за шею Антон. Он стоял позади нее, положив ладонь ей на горло, и оба смотрели на Леську. Неизвестно, как ему удавалось держать нечисть, но он это делал, а потом Леська увидела на его пальце кольцо-коготь, серебряное с сапфиром, и поняла. Вокруг них образовался вакуум, их как-будто не замечали, кто-то старательно отводил гостям глаза. Делал ли это кто-то из магов или сама мара, Леська не могла определить, но ближе, чем на пару метров, к ним никто не приближался.

– У нас есть два выхода, – негромко сообщил маре на ухо Антон, – ты уходишь и больше никогда не беспокоишь никого из присутствующих, или я тебя убиваю.

– Почему же такой выбор, почему сразу не убьешь? – зашипела мара.

Леське тоже было интересно, но Антон сказал только:

– Мне кажется, с тобой можно договориться.

– У меня есть цена, – чуть спокойнее проговорила зеленоглазая.

– Тапок отдадут на выходе, – тоном, не допускающим возражений, заявил Антон.

– Моя цена – танец, – прошелестела девушка-кошмар. На ее горле расплывался ожог от серебра. – Танец с тобой, здесь, сейчас.

Что-то было в этой секунде тишины после ее слов, а потом Антон знакомо безбашенно ухмыльнулся:

– Танец? Тю, делов-то! – и опустил руку с горла на талию. Мара медленно повернулась к нему, положив руки ему на плечи. Леська почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота – сажевое платье было с открытой спиной, но спины не было. Удивляться было нечему, такова была физиологическая особенность многой нечисти, но вот видела она это впервые. Голые кости ребер торчали из ошметок чего-то, рука Антона лежала на белых позвонках, выступающих из окровавленного мяса. Антон с улыбкой на лице кружил даму в вальсе, казалось, его это забавляло. «Вот сукин сын, ничем его не проймешь», – даже с какой-то досадой подумала Леська.

Танец закончился. Мужчина и женщина поклонились друг другу. Потом они направились к выходу. Леська, сжимая туфлю, пошла за ними. За дверями начиналась дождливая ночь, чуть желтая от фонарей и блестящая от луж.

– С тобой расплатились, давай отсюда, – приказал Антон.

– Чудесно танцуешь, – зеленоглазая казалась какой-то умиротворенной.

– Помни обещание.

– Обещание – это закон, – печально сообщила мара и пошла в ночь. На середине улицы она обернулась:

– Туфлю отдай!

Леська от души размахнулась и швырнула ей обувку. Та надела ее на босую ногу и пошла дальше, уже не оглядываясь. Грациозный силуэт, мерно колышущееся платье, кошмарную спину скрыла темнота. Антон громко выдохнул, прислонился спиной к стене, закрыл глаза и стал медленно съезжать вниз.

– Что с тобой?! – Леська подхватила его под руки, пытаясь придать ему вертикальное положение. Тяжелый, зараза! Схватила за лацканы смокинга и затрясла. Чертов Викинг открыл глаза и простонал:

– Как же противно! Обнимать за позвоночник, тьфу!

Подруга отпустила его, плюхнулась рядом подпирать стенку и заржала истеричным смехом.

– Ты-то чего? – удивился Антон.

– Супермен хренов, – только и смогла простонать Леська сквозь икоту.

Спустя какое-то время вниз спустился Глеб, а с ним, к удивлению Леськи, трясущаяся Витка.

–Я думал, ты сумел отвести всем глаза, – протянул Антон, глядя на плачевное состояние невесты.

– Сумел вообще-то, – проворчал Глеб, – только она почему-то увидела. Наверно, мара к ней уже слишком сильно прицепилась на тот момент.

Послышался дробный топот, и к ним сбежала запыхавшаяся и протрезвевшая Сашка.

– Лесь! Блин, я не знала! Ползу под столом, вижу – ноги в туфлях. Думала, это тамада…

Естественно. Для нее мара тоже была видимой. А Дэн, скорее всего, маячил где-нибудь за Сашкиной спиной и не разглядел, что она делает.

Витка всхипнула и с надрывом в голосе проговорила, глядя на Леську:

– Значит, то, что про вас говорят – правда? Ты – ведьма!

– Да нет, не я, – растерянно поправила Леська, но Витка не слушала, а ее речь становилась всё более обличительной.

– Значит, всё это существует! И портит мою свадьбу! И вы в этом замешаны!

– Вит, успокойся…

Но до спокойствия тут было далеко.

– …И Морт погиб из-за вас! И кто была эта женщина – я ее не приглашала! И что мне теперь объяснять гостям?!

– Стоп, – негромко, но решительно сказал Антон. – При чем здесь Морт? Что ты знаешь?

– Он подобрал вашу симку, – заявила Витка, в упор глядя на бывших одногруппниц. – Я видела, как вы оставили ее на окне, а Морт подобрал, наверно из любопытства, и вставил в телефон. И ему тут же кто-то позвонил.

– И ты это нам только сейчас рассказываешь? – прошептала Леська, но на нее никто не обратил внимания, все ошеломленно внимали Витке.

– О чем был разговор, ты слышала? – жестко спросил Антон.

– Морт спросил: «Нечистая сила?», а потом усмехнулся и сказал: «Да, это ко мне», и договорился встретиться после пар. Нечистая сила! – Витка опять сорвалась в истерику: – Да я не хочу об этом ничего знать! Вы все испортили!

Глеб положил руку Витке на плечо:

– Успокойся. Если хочешь, можно сделать так, чтобы ты об этом забыла.

– А гости? – невеста все еще шмыгала носом.

– Они ничего не помнят, и жених тоже. Для всех, кроме нас, твоя свадьба идет по образцовому сценарию.

– Тогда я тоже хочу забыть, – решила Витка и выжидающе уставилась на магов. Чертов Викинг помотал головой, будто стряхивая какие-то думы, и проведя рукой перед ее глазами, почти ласково сказал:

– Glemme.

Витка сморгнула, недоуменно посмотрела на собравшихся и спросила:

– Чего мы тут торчим? Все покурили? Тогда идемте в зал, – и возглавила шествие. Судя по всему, ее душевное равновесие пребывало в полном порядке. Чего не скажешь об остальных. Всем четверым ужасно хотелось куда угодно, только не обратно на свадьбу. Глеб вел под руку притихшую Сашку. Ведьма молчала, потому что злилась – ей казалось дико несправедливым то, что она услышала. Леська и Антон тащились в самом хвосте процессии, погруженные каждый в свои мрачные думы.

Наверху распахнулась дверь, и нежный подвыпивший голос свидетельницы позвал в темноту:

– Тотошечка, ты там? Котик?

Антон замер на полушаге, а потом резко развернулся и скатился к выходу, волоча Леську за руку.

– Я еще не докурил, сейчас приду! – крикнул он через плечо и выскочил под дождь. Здесь можно было не опасаться, что кто-то из гостей в красивых вечерних платьях решится составить им компанию.

– Тотошечка! – промычала Леська, бездарно копируя голос свидетельницы. Настроение ее слегка улучшилось.