Золотой Человек (СИ) - Разумов Никита - Страница 11

Эльза Владыч собрала по этому поводу праздничный стол, люди посещали их дом с поздравлениями, желая поговорить с хозяином. В основном все пытались узнать что-нибудь о родственниках, с которыми Драган вместе служил. Ближе к обеду к ним заглянула и давний друг семьи — тетя Даника со своей дочкой. Этих двоих Драган ждал особенно.

Он пригласил женщину, в гостиную, где за белым столом с множеством всякой всячины, уже находились несколько человек. Даника присела рядом с коляской Драгана, не отрывая от него глаз и ожидая, когда он что-нибудь скажет.

Никола поприветствовал Славу, но девочка промолчала, уставившись на его отца. Она смотрела с таким жалобным взглядом, что казалось, вот-вот начнет плакать. С красными глазами, носом, губы ее подрагивали. Никола, не дождавшись ответа, поприветствовал Славу еще раз, она тихонько кивнула и присела рядом с ним за стол. Дети расположились поодаль от родителей.

— Как же там мой муж? — спросила тетя Даника.

— Он молодец, знаешь, как его у нас в полку называть стали? — Драган достал из кармана маленькую книжку, внутри неё лежал кусочек бумаги, который он и вручил Данике — «герой Ташин», он тебе письмо передал, на возьми.

Она тихонько посмеялась, прикрыв рот рукой, и отложила записку в кармашек. Облокотившись на стол, Даника опустила слезящиеся глаза, и Драган прижал ее к себе.

— Не плачь, — он гладил ее по светлым волосам, собранным в хвостик — Милош, настоящий герой, его неспроста так назвали, он вернется, вот увидишь.

Мама Славы закрыла лицо ладонями и уткнулась в его грудь, пряча слезы. Эльза присела рядом с бедной подругой и начала гладить ее по плечу.

— Когда это все закончится? Драган… — прошептала Даника — я больше не могу так…

Никола с тяжелым сердцем наблюдал за тетей Даникой. Он не часто видел ее в таком состоянии: Слава рассказывала, как мама плачет по ночам, но увидеть это самому было страшнее, чем слушать рассказы. К тому же он был уверен, что сегодня все будут счастливы, ведь его отец вернулся домой.

Есть почему-то не хотелось, хотя Слава и Никола больше всего любили пироги, коих на столе было большое разнообразие. Было как-то неловко, Никола взглянул на девочку. Она сидела, уткнувшись в стакан с соком, вращая в нем деревянную питьевую трубочку.

Почему она сидит такая подавленная?

Мальчик посмотрел на отца. Драган не переставал утешать тетю Данику. Он мотнул головой, глядя на сына, давая понять, что дети должны уйти отсюда. Никола взял за руку девочку и направился к выходу из гостиной.

Небо было затянуто светло серыми тучами, от таких дождя можно было не ждать, они только и могли, что спрятать солнце. Слабенький и теплый ветер колыхал каждый кустик и дерево, гоняя пыль по дорогам. Душо лежала возле своей будки, как всегда положив морду на лапу.

Слава подошла к собаке и присела возле нее, согнув ноги. Лабрадор только грустно взглянул на девочку, дав себя приласкать.

— Слава, ты чего? — подошел сзади Никола, она посмотрела на него, покачав головой.

— Я рада, что твой папа вернулся — ее голос подрагивал, как будто девочка уже плакала. Никола не видел лица, она отвернулась.

— Не плачь… твой тоже скоро придет! — он присел рядом и обнял девочку за плечо — и, как раньше, сварит нам помадки… и мы будем есть ее много-много, возьмем целую сумку на качели… будем есть и качаться!

— Да… -

Беспокойство никогда не отставляло детей. Ни Николу, ни Славу, ни других ребят, преследуя их и мучая днями и ночами. В это время страх был у всех людей, но более всего доставалось все же детям. Вместо беззаботного времяпрепровождения, они все начинали задаваться вопросами не их возраста. Что будет дальше? Что если…. Именно страх ожидания не давал им покоя.

Но когда они были вместе, собирались с другими, такими же детьми и находилось время на веселье, им становилось легче. Вместе всегда легче.

***

Рано поутру, когда солнце еще не успело прогреть воздух, все дети с округи направлялись на учебу. В Ужице была только одна школа, старая как сам город, детей же было очень много. Поэтому детвору из пригорода учили по утрам, а остальных сразу после, днем.

Эта ранняя пора для ребят была, можно сказать, еще одним символом города: ученики из пригорода большой вереницей по каменной дороге шли в одном направлении. Кто-то один, большинство парами, а некоторые сбивались в кучки. Все что-то обсуждали: школу, выходные, но в основном ужасы утреннего подъема.

Никола, как и всегда, прибыл на место встречи. Здесь они со Славой еще давным-давно договорились собираться и вместе идти дальше. Место было на самом выходе из пригорода, дорога расходилась на две части, огибая с разных сторон один холм. Мальчик прыгал с каменного бортика вниз, поднимался обратно и снова прыгал.

Обычно Слава приходила первой, потому что ее дом был ближе к этому месту встречи, а вовсе не потому, что Никола постоянно опаздывал, как считал он сам. Но не в этот раз. Девочки не было уже очень долго, Никола продолжал ждать.

Как назло, день был не очень теплым — дул холодный ветер, а солнце то и дело скрывалось за облаками — вот такую шутку сыграла с мальчиком погода в самом начале июня. Но уходить без Славы он не хотел, одному идти было бы скучно.

Мимо Николы иногда проходили другие дети, тоже направлявшиеся в школу. Они здоровались с ним и, долго не задерживаясь, продолжали свой путь. Время поджимало. Мальчик начинал замерзать в одних коротких штанах и рубахе.

Со стороны города послышался глухой колокольный звон, гремящий так же тучно, как выглядел громадный колокол, который его издавал. Пока что он ударил только один раз, что вовсе не было знаком начала занятий, а только лишь чем-то вроде предупреждения для медлительных детей.

Никола решил отправиться в одиночку, ждать уже было нельзя.

Вначале он просто шел быстрым шагом, затем и вовсе перешел на бег, обгоняя других ребят, за одно и согрелся. Мальчик был уверен, что Слава, по какой-то причине, не дождалась его сегодня и ушла в школу без него, однако в классе ее не оказалось. Тогда он подумал, что она просто заболела и не пришла.

Раздался последний бой колокола, вещавший о начале занятий. Все ребята присаживались за одноместные столы. Никола занял свое почетное место, прямо перед учителем.

Как и любое другое занятие, преподаватель начал с проверки посещаемости. Он пальцем посчитал всех детей, затем еще раз.

— Хм… пятьдесят шесть, а у вас должно быть пятьдесят семь, верно? — сказал он

— Да — почти хором ответили ребята.

Учитель внимательно стал огладывать учеников.

— Кого же нет?

— Славы Ташиной — произнес Никола, медленно встав, как и положено

— А что с ней? Ты знаешь?

Мальчик покачал головой, некоторые ребята начали перешептываться.

— Что ж, видимо, заболела — учитель поставил крестик в своей тетради — уж просто так она не пропустит.

Никола сел на свое место. Он вдруг вспомнил, что еще вчера они с девочкой гуляли вдвоем, и она выглядела совершенно здоровой, а теперь, за один день заболела? Он решил обязательно заглянуть к Славе домой после занятий.

Каждый день ребят нагружали заданиями в школе. Никола, конечно, справлялся, но все же к концу учебного дня каждый раз чувствовал себя как выжатый лимон. Помимо этой работы, он не переставал, на радость отца, читать книги в его рабочем кабинете, которые были намного сложнее, чем школьные учебники. Его секрет заключался в том, что между работой надо обязательно было съесть что-нибудь, тогда появятся силы, и отдых уже будет не нужен.

Так и в этот раз, к полудню, когда колокол пробил окончание, Никола притерся к группе своих друзей, и они вместе решили заглянуть на площадь чтобы купить легкой еды на перекус.

Здание школы располагалось недалеко от площади, и только ребята вышли за ворота, как в глаза тут же бросилась длиннющая очередь и выглядела она необычно.

Люди в ней молчали, никто не толкался. Очередь была настолько длинной, что не умещалась на площади и уходила на соседнюю улицу, прилегавшую к ней.