Огненный Удар (ЛП) - Вудс Эдриенн - Страница 24

Нам всем приказали вернуться в замок и сопроводили прямо в офис Мастера Лонгвея.

— Мастер, я должна исследовать Бекки, — сказала Констанс, когда уводила ее. Бекки начала возражать, но Констанс что-то прошипела ей на ухо, это заставило ее замолчать.

Люциан, Дин, Сэмми и я вошли в офис Мастера Лонгвея, и то, как он посмотрела на нас, было хуже, чем выговор.

— Что произошло? — резко спросил он.

— Мастер Лонгвей, в нее попала молнией, и она упала. Не знаю, как она может быть жива. Через нее пробежало такое большое напряжение, по факту, ее среди нас быть уже не должно, — Люциан говорил быстро; должно быть, так он делал каждый раз, когда волновался.

— Люциан, как вы могли отправиться ночью на озеро? Ты знаешь об этом лучше всех. Что угодно могло произойти…

— Это не совсем его вина, все мы были там, — сказала я.

Мастер Лонгвей поднял бровь, а затем повернулся, глядя на меня. Один взгляд заставил меня пожалеть, что я оказалась в Пейе.

— Я не знаю, как там по другую сторону стены, юная леди, но здесь у нас есть правила. Вы рискуете своей жизнью и жизнью своих друзей, когда не соблюдаете их. Мы же не перебиваем, когда старшие говорят.

Моя нижняя губа начала дрожать. Папа всегда говорил мне разделять вину, если я тоже была виновата. Я не проявляла неуважение и начала злиться, что он намекнул на это.

— Я должен подумать, какое наказание устроить вам четверым. Вы можете радоваться, что Бекки все еще жива. Идите. Если я когда-нибудь снова поймаю вас на полуночном купании, обещаю, ни один из вас не увидит света дневного, пока не получит высшее образование! — проревел он, позволяя нам убраться восвояси.

Мои колени все еще дрожали, когда я спускалась по лестнице, и пару раз мне пришлось схватиться за перила, чтобы удержаться на ногах.

— Все будет хорошо, Елена, — успокаивающе сказал Люциан, растирая мои руки, чтобы попытаться возобновить кровоток, который застыл во мне.

Я просто кивнула, очень стараясь не плакать.

— Папа меня прибьет, — сказал Дин, шагая рядом с Сэмми.

— Давай просто надеяться, что это было предупреждение, — Люциан сделал глубокий вдох, явно все еще потрясенный.

Я заметила, что Сэмми ничего не сказала о своем отце. Он, вероятно, рассмеялся бы над этим, с учетом того, что он постоянно разбирался с дерьмом Блейка. Ее наказание, вероятно, было легким ветерком. Она на самом деле выглядела обеспокоенно, когда мы подходили ближе и ближе к нашей комнате.

Папа бы тоже на меня рассердился. Мне было жаль, что его здесь не было, и он не кричал на меня.

— Эй, ты в порядке? — спросил Люциан, когда мы собирались подняться на лестницу, ведущую в общежитие для девочек.

Я покачала головой, не зная, в порядке ли я, и он притянул меня ближе.

Мне были приятны его прикосновения, но, так или иначе, это не уменьшило мой гнев.

— Все будет хорошо, обещаю. До завтра.

Я быстро поцеловала его в губы и побежала вверх по лестнице.

— Доброй ночи, парни, — сказала Сэмми, и я услышала их слабое ворчание в знак благодарности.

Мы вернулись в нашу комнату и упали на постели. Я чувствовала себя так, словно могу разорвать подушку на бессчетное количество кусочков. Я была в полном раздрае. Одна часть меня была в такой ярости, а другая очень сильно беспокоилась о Бекки. Я не знала, как с этим справиться. Как могло получиться, что молния попала в человека, а он все еще остался жив?

— Все хорошо, Елена, — сказала Сэмми, подходя к кровати и пытаясь меня успокоить. — Бекки в порядке.

Я просто легла головой на колени Сэмми и всхлипнула.

— Бекки могла умереть сегодня, и что тогда?

Сэмми мягко похлопала меня по спине.

— Все будет хорошо, вот увидишь.

Мы обе подпрыгнули, когда Бекки открыла дверь. Ее волосы продолжали торчать во все стороны. Я просто хотела ее обнять.

— Держитесь подальше, — приказала она. Ее глаза были огромными, а руки она держала перед собой, будто изображала мима, заключенного в стеклянной коробке.

— Как такое возможно? — выкрикнула я, не сильно уверенная в том, на что или на кого я злилась.

— Ты в порядке? — Сэмми нахмурилась на меня и снова взглянула мягким взглядом на Бекки.

— В порядке, я взошла! — сказала она.

— Ты сделала что? — я все еще кричала. Что со мной не так?

— Я взошла, — она не могла сдержать слез. Они полились из ее глаз.

Сэмми подошла ближе и протянула руку, чтобы прикоснуться к ней.

Бекки снова подняла руки, отступая и рыдая.

— Не трогайте меня!

Мы просто молча стояли и ждали, когда Бекки успокоится. Сэмми продолжала ворковать, что все было хорошо, и это начало успокаивать ее.

Бекки глубоко вздохнула.

— Констанс сказала, что во мне все еще много электричества, и что я могу питать всю академию в течение целой недели. Она на самом деле подумывала об этом, — новые слезы текли по ее лицу, оставляя маленькие искры по следу. Она даже не вздрогнула.

Наверное, у нее действительно был иммунитет к нему. Картинка, как Констанс подсоединяет проводки к Бекки, чтобы получить электричество, сложилась в моем сознании. Было трудно, не засмеяться.

— Они звонят моей маме, пока мы говорим, — объяснила она.

— Все будет хорошо, Бекки, — повторила Сэмми в миллионный раз.

— Нет, не будет, — завопила она. — Вы еще не поняли, девчонки? Я могу управлять молнией. Это моя сила, глупая долбаная молния.

Сэмми и я посмотрели на нее так, будто она поджарила парочку клеток головного мозга.

— Я отдала бы палец на ноге за такую способность, как у тебя, — честно сказала я, раздраженная тем, что она не рада тому, что получила, когда я хотела этого, чтобы вписаться.

Она глянула на меня так, что я моментально вернулась в офис Мастера Лонгвея.

— Ты все еще не поняла, Елена. У меня сила молний. Это означает, что мой дракон — чертов Лунный Удар. Единственный доступный в этой школе — Джордж.

Глава 12

Несмотря на то, что Джордж был идиотом, парень находился в той же категории, что и Люциан, когда дело доходило до внешности. Горяч, как ад, с ямочками, как у Сэмми.

— Джордж? — спросила Сэмми. Бекки упала на свою кровать и заплакала.

— Ладно, это отстой, — сказала я. Это были первые слова, которые пришли мне в голову. Это была правда, потому что я знала, что Джордж ей ни капельки не нравился.

Она выглядела довольно расстроенной из-за осознания того, что он был единственным доступным Лунным Ударом. Слезы текли по ее лицу, а Бекки не была плаксой. Она выглядела смешной, и я больше не могла сдерживаться.

— Елена, — пропела Сэмми.

— Простите, — выдохнула я, слезы текли по моим щекам. Сэмми и Бекки присоединились ко мне через некоторое время, и было приятно смеяться, особенно после того, что случилось сегодня ночью.

Наш смех внезапно оборвался. Мы молчали минуту или даже больше.

— Мы можем просто поговорить о чём-то другом, пожалуйста? — тихо попросила Бекки.

— Как был поцелуй, Елена? — вмешалась Сэмми. Это сработало.

Бекки сразу взволновалась, как только я объяснила им, насколько идеально чувствовались его губы на моих. Было приятно пережить это, и всем нам стало лучше, когда я закончила свой подробный рассказ.

— Я же говорила, что он сходит по тебе с ума, — прощебетала Бекки.

— Прости, но это я сказала ей, что она ему нравится, — огрызнулась Сэмми, и мы снова рассмеялись.

Когда я позволила событиям ночи пройти передо мной, то попыталась переварить все, что произошло. Я легла спать, задаваясь вопросом, как почувствовала себя Сэмми, узнав, что ее лучшая подруга не была Огнетушителем.

***

На следующее утро мы проснулись и обнаружили Бекки, яростно расчесывавшую волосы. На расчёску сыпались искры, пока она пыталась заставить волосы лежать ровно. Она не очень-то в этом преуспела.