Скипетр всевластья (СИ) - Янюшкина Вероника Александровна - Страница 11

— Через день-другой слуги отправят приглашения. Лесники говорят, этой весной в угодьях бродят стада оленей.

— Жду не дождусь подробной статьи в «Вестнике». — Госпожа поправила засушенный цветок на шляпке. Бледно-сиреневый, в тон атласному платью. — На неделе заседал Светлейший совет… Ожидать ли нам перемен? Не подумывает ли Его величество передать власть принцу Конраду?

— Что вы! Пока Его высочество не остепенится, короны ему не видать, — советник понизил голос, — доверили бы вы государство человеку, которого каждый месяц видят с новой девушкой? Это не сплетни, трёх молоденьких особ я видел сам.

— Наверное, вы правы. Он слишком юн, — меж идеально очерченных бровей пролегла морщинка. — Удачного дня!

Картрайт наблюдал за керрой Цветаной. Едва прославленная модистка скрылась в лавке тканей, он откинул со лба светло-каштановые локоны и зашагал дальше. Яркая леди, успешная и состоятельная, любящая флирт, но отвергающая предложения руки и сердца. Едва ли не каждый мужчина из семей третьего сословия звал её под венец, но получал отказ, как судачила супруга советника. Чего не хватало обольстительной барышне, керр Рэгдол не знал.

Скрипела вывеска булочной, ветер разносил вкусные ароматы, но господину было не до еды. Сначала дело, удовольствия после. Завтра вечером вместе с женой он посетит приём в честь дня рождения королевы, а сейчас — внимание насущной проблеме. Если высшая власть не способна поддержать тех, кому всем обязана, то на сцене должны появиться другие актёры. Появиться и разыграть новый акт набившей оскомину постановки. Аплодисменты будут. Поначалу робкие, после бурные и продолжительные. Опустится занавес и…

Позади остались Дом красоты и цирюльня. Мощённый гранитом тротуар огибал купальню и, разветвляясь подобно дереву, плавно уводил к городской черте. Здесь, среди разномастных домов четвёртого сословия, обосновалась оружейная лавка. Мечи и магические амулеты, кинжалы и привезённые из дальних стран револьверы и ружья, украшенные камнями ножны ручной работы и доспехи — всё, что защищало или несло смерть, — население покупало в «Разящем клинке».

Звякнув дверным колоколом, советник вошел в магазин.

— Добрый день, керр Рэгдол. Рад, что заглянули в мой скромный уголок, — хозяин «Разящего клинка» отвлёкся от казначейских бумаг.

— Есть что-нибудь новое?

— Утром привезли коллекционные ножи. Думаю, они вас заинтересуют.

— Спасибо, Брес. Лежат, где обычно?

— Да, в изумрудной комнате.

— Я посмотрю.

Имение влиятельного господина раскинулось на восточных землях в трёх часах езды от столицы. Угодья плавно переходили в богатые дичью леса, куда нередко наведывался сам король. В любимом развлечении Исфара I, охоте на вепря, участвовали избранные, среди которых был керр Рэгдол. После утехи Его величество и свита пировали в особняке, утром возвращаясь в Мидгар, посему Второй советник первым узнавал замыслы правителя. Два-три бокала знаменитой на всю Лигурию вишнёвой наливки Картрайтов даже молчуну развязывали язык.

В зале, расписанном листьями оттенка изумруда, хранились предметы искусства. Самый ярый охотник не стал бы пачкать кровью булатные клинки или стрелять из гравированных вручную ружей. Трофеи помещались под стекло, раз в месяц прислуга смахивала пыль, а хозяева хвастались перед гостями. В нынешнем году мужчины всех сословий заказывали у мастеров «Разящего клинка» стилеты.

Одетый в не по весне тёплое пальто с высоким воротом человек рассматривал коллекцию серебряных кинжалов.

— Интересуетесь сокровищами? — Мужчина остановился в шаге от посетителя.

— Привык обладать тем, чего нет ни у кого.

— Вот как? — приподнял бровь Картрайт. — За подобные редкости приходится дорого платить. Вы готовы?

— Цена неважна. Главное — результат. Вепря не завалишь столовым ножом, на охоте нужен острый клинок.

— Тогда нам есть, что обсудить.

Керр Рэгдол прислушался. Никого. Не доносились голоса, не стучала обувь, не скрипели стеклянные крышки на полках.

Из внутреннего кармана плаща советник вытащил перевязанный синей лентой свиток.

— В Акмелле за него озолотят.

— Что взамен?

— Требования изложены в конце послания, и, упаси вас Нерот, обмануть меня. Мои марионетки танцуют далеко за границами Лигурии.

Человек сжал бумагу и… замер, словно мраморная статуя. Рядом с поднятой рукой застыл Второй советник.

Точно тени, из-за стеллажей выбежали одетые в тёмно-серое мужчины и окружили заговорщиков. Минутой позже появился ещё один. Широкие плечи и походка выдавали в нём воины, а рубиновый перстень на мизинце и обруч в иссиня-чёрных кудрях свидетельствовали о высоком положении.

— Керр Рэгдол, как низко вы пали, — хриплым голосом проговорил мужчина и мановением ладони вернул шпиону дар речи.

— Вы посмели следить за мной?!

— Оставьте игры. Вас поймали за руку, — витиеватым жестом глава службы безопасности короля повернул лицом скупщика информации. — Достопочтимый канцлер Акмеллы? Неожиданно, но с вами будет особый разговор.

— Кто донёс?

— Какая разница?

— Я должен знать предателя!

— Кто бы говорил! Не беспокойтесь, ваши слуги ни при чём. Одному из моих людей показались подозрительны частые прогулки в оружейную лавку. Приходите, смотрите и ничего не покупаете. И это охотник! — Грег Фонтейн указал на рыжеволосого юношу. — Он вычислил вас. Молодой, но талантливый. Далеко пойдёт.

Картрайт присмотрелся к «палачу» и скрипнул зубами. Острые скулы, сжатые губы… Конечно, фотографии в газетах двадцатилетней давности запечатлели ребёнка, но это был он. Как можно не узнать этот презрительный взгляд, словно рядом стоит воин, готовый в любой момент обезглавить жертву! Весь в Дориана! Будь проклят последний Хедлунд!

Жизнь во дворце бурлила. Слуги второпях завершали приготовления к празднику в честь королевы: украшали перила гирляндами лилий и пионов, развешивали полотна с огненными фениксами — символом бога Нерота, покровителя правящей династии. Её величество, Тесса Элайза Астери, в девичестве Фонтейн, отмечала сто тридцать пятый день рождения. Приглашения на обещающее стать грандиозным торжество получили все мало-мальски важные люди страны, не остались в стороне чиновники и правители соседних государств. Письма были отправлены за полгода до знаменательного события.

Впрочем, Второму советнику Лигурии было не до золочёных карточек и витиеватых фраз. В кандалах и одурманенный эликсиром правды, он покорно отвечал, как и почему связался с канцлером Акмеллы. Того, в свою очередь, держали в камере до особого распоряжения короля. Пленника не пытали, но требование об освобождении осталось без внимания.

Кивая вездесущим лакеям, глава службы безопасности шагал навстречу с Его величеством. Через пару часов замок наводнят гости, и тогда доклад придётся отложить. Не любит сестра, когда Грег отвлекает её венценосного супруга по «серым вопросам», а керр предпочитал доводить дела до конца. Тем более, после поимки шпиона, который больше года продавал соседям секретные бумаги и собирал под своё крыло всех, недовольных правящей династией. Праздник праздником, но долг превыше всего.

В тронном зале горделиво восседала королева и тоном учителя раздавала поручения, указывала на кривовато повязанный бант или блёклый цветок в корзинах.

— Почему около статуи Нерота розовые лилии? — хмурилась Её величество, — розовые! Ещё и с белой каймой! Забыли цвета покровителя?

— Н-нет, что вы… это случайность.

— Чтобы сию минуту поменяли на красные и жёлтые! Хотите разгневать бога?

Молоденькие прислужницы торопливо уносили букеты.

— Что ещё… не вижу лент на постаментах! — керра стиснула подлокотник, — и кто-нибудь объяснит, почему на окнах бледно-голубые гардины? Я просила отыскать под цвет глаз! Повесьте ярче! И тюль должен быть оттенка светлой пшеницы, как мои волосы!

— В делах, Ваше величество? — улыбаясь, Фонтейн смотрел, как сестра по-детски морщит носик. — не устали?