Независимый отряд - Дуэн Джеймс - Страница 32

– «Непобедимый»? – чуть ли не шепотом спросил коммандер.

Скарагоглу кивнул.

– Именно «Непобедимый», – подтвердил он.

– Но капитан…

Генерал покачал головой.

– Современная медицина способна творить чудеса, и каждый день это делает. Но она еще не настолько совершенна. Капитан Каверс и мисс Ван останутся здесь, чтобы лечиться. Ваше назначение на должность капитана – вещь чисто временная, коммандер. – Он лукаво ухмыльнулся. – По крайней мере, на данный момент. Когда вы вернетесь, Каверс и Ван приступят к исполнению своих обязанностей на прежних должностях. – Тут Скарагоглу повернулся к Смоллвуду. – Адмирал продолжит этот инструктаж, – сказал он. – Боюсь, мне пора идти.

– Вы хотите сказать, что вы здесь не за тем, чтобы проинструктировать меня по данному заданию? – спросил Редер. Скарагоглу с такой жалостью на него глянул, что Редеру тут же захотелось пнуть самого себя под зад за этот вопрос.

– Вам вовсе не требуется знать, затем я здесь, – ласково проговорил генерал. Затем он одарил Редера по-настоящему злой улыбкой. – Но вы вполне можете считать меня своим ангелом-хранителем. – Скарагоглу встал из кресла и высоко поднял рюмку. – Господа, – произнес он, – я поднимаю тост за успех этого задания.

Редер и адмирал встали, чтобы к нему присоединиться.

– За задание! – дружно воскликнули они, а потом залпом выпили виски.

– Ах, какая жалость! – сказал Скарагоглу, направляясь к двери. – Такой превосходный виски.

– Вы правы, – согласился Смоллвуд. – Его лучше смаковать.

– Как и жизнь, – добавил генерал, – Когда мы достигаем определенного возраста. – Он пожал руку адмиралу, затем Редеру. – Если, конечно, у нас есть для этого достаточно свободного времени.

После того, как он вышел, Редер и Смоллвуд так и остались стоять, причем адмирал заглядывал в свою пустую рюмку, словно бы что-то там выискивая.

– Я приказал, чтобы лазарет «Непобедимого» освободили от пациентов, – наконец сказал он. – Преодолевая возражения вашего доктора Голдберга и врачей госпиталя базы. «Непобедимый» заправлен и доукомплектован, все здоровый личный состав находится на борту. Следовательно, как только последний пациент будет удален, думаю, вам следует приступать к выполнению задания. – Адмирал вручил Питеру ридер, который он просматривал, когда коммандер только еще вошел. – Здесь содержится все, чем контрразведка располагает по поводу повианских налетчиков. Кроме того, сюда включены самые последние прогнозы насчет их следующей мишени. У нас также имеется лингвистический эксперт, который владеет основами повианского языка.

Тут Смоллвуд в задумчивости скосил глаза, и Редер вопросительно произнес:

– Сэр?

Адмирал сжал губы и повел плечами, словно желая, чтобы форменный китель удобней на нем сидел.

– Этот человек – самое лучшее, что нам удалось раздобыть в столь короткие сроки, – сказал он. – По сути, он один из лучших лингвистов Содружества. Единственная причина, почему нам вообще удалось его заполучить, это влияние генерала.

Оправдательная нотка в голосе Смоллвуда для Редера почему-то прозвучала тревожно.

– Весьма благодарен вам, сэр, – сказал он, стараясь излучать оптимизм.

– К несчастью, этот человек – тяжелый арахнофоб, – торопливо проговорил адмирал.

– А, понятно, – спокойно отозвался Редер. «Будь оно все проклято», – подумал он. – Как же он тогда умудрился стать таким экспертом в языке, на котором разговаривают существа, так похожие на пауков? – вслух спросил коммандер. «Потому что в самом этом факте, – подумал он, – есть что-то настолько извращенное, что оно меня еще больше его арахнофобии беспокоит».

– Боюсь, этой информации у меня нет, – напряженно ответил Смоллвуд, изымая у Питера пустую рюмку. – Итак, коммандер, вам пора идти. Не сомневаюсь, вас ждет миллион дел.

«И никакого торжественного рукопожатия? – подумал Питер. – Никакой речуги, типа «Вперед, мой мальчик, и дайте нам повод вами гордиться»?»

Смоллвуд торопливо поставил рюмки на стол и пожал Питеру руку.

– Возвращайтесь назад, – просто сказал адмирал. – И удачи.

– Благодарю вас, сэр, – отозвался коммандер. – Я вернусь.

Он выпрямил спину и как полагается отдал честь. Смоллвуд так же браво ему ответил, и Редер, четко развернувшись «кругом», вышел из адмиральского кабинета.