Независимый отряд - Дуэн Джеймс - Страница 96

Тусси появилась позади Редера и его группы офицеров. Свое ложе она заняла так тихо, что если бы повиане в зале не начали кланяться, люди бы так и не поняли, что королева уже на месте.

– Добро пожаловать, – начала Тусси. – Добро пожаловать, мои сестры-королевы и все ваши приближенные. Добро пожаловать, моя дочь, дама Систри. Мое особенное приветствие нашим человеческим гостям. – Она сделала жест в сторону Редера и его компании, и те поклонились.

В этот момент все глаза сосредоточились на содругах. Соу-бес уже проинформировал людей о том, что пока королева на них не укажет, глазеть на них повианским гостям будет невежливо.

Теперь же люди с каменными лицами глазели на повиан в ответ.

«Как интересно, – подумал Редер. – Когда на тебя глазеет народ с восемью глазами, это гораздо хуже, чем когда на тебя глазеет народ с двумя. Если точнее – в четыре раза хуже». Он также заметил, что повиане вроде бы и не собираются прекращать глазеть.

Наконец Тусси продолжила свою приветственную речь и тем самым сняла людей с крючка. Ибо пока говорила королева, было бы непозволительной грубостью смотреть куда-то еще.

– Круто они с нами, – уголком рта заметила Сара.

– Ага, – согласился Редер.

– Когда же нам доведется увидеть повианское представление Терри Хандинг? – поинтересовался Голдберг.

Доктор явно наслаждался происходящим. Многие годы он провел, обсуждая теоретических чужаков в различных дискуссионных группах, а теперь не мог на них насмотреться. Редер боялся, как бы пытливый медик при первой же возможности не взялся огорошивать повиан самыми откровенными вопросами.

– Как только королева говорить закончит, – прошептал ему в ответ Труон Ле.

«Чего нам, между прочим, сейчас бы делать не стоило, – подумал Редер, поворачиваясь к доктору и награждая его многозначительным взглядом. – Черт побери, я так нервничаю, как будто сам флажком собираюсь махать».

Хандинг носилась туда-сюда, располагая свой небольшой повианский отряд так, чтобы он в точности соответствовал ее эстетическому чутью. Подравнивала ряды, напоминала повианам выпрямлять спины. И при этом почти чувствовала, как от них исходит нервное напряжение.

– Просто расслабьтесь, – сказала девушка. – Нет никаких причин нервничать. Вы будете просто великолепны! Выше голову, Уд-мне!

– Мы должны ей сказать, – пробормотал Нин-ни.

– Ладно, – сказал Фиг-те. – Я ей скажу.

– Разговорчики в строю! – рявкнула Хандинг. – А теперь запомните. Вы не начинаете свистеть, пока двери не станут открываться, а потом продолжаете свистеть до тех пор, пока все не промаршируете в залу и не сделаете пять строевых шагов на месте. Поняли?

– Да! – крикнули повиане.

– Дама Хандинг! – К ней торопливо присеменил Без-бе. –Я ждал вас снаружи.

– Ничего страшного, – сказала Хандинг. – Просто вставайте в строй. И просто Хандинг. Никаких там дам.

– Я должен вам кое-что сказать, – продолжил Без-бе, следуя за Терри вместо того, чтобы искать свое место в строю, как было приказано.

Хандинг повернулась и мрачно на него посмотрела. С ее лицом, разумеется, ничего не случилось, но она буквально облучила повианина мрачностью, и педипальпы Без-бе машинально приняли то положение, которое вся команда уже посчитала вполне подходящим для этой электростанции в человеческом облике.

– На это найдется время позднее, Без-бе, – произнесла Хандинг и безапелляционно указала повианину его место в голубой шеренге. – А теперь встаньте в строй!

Странные глаза самки угрожающе на него засверкали, и повианскому солдату отчаянно захотелось повиноваться. Но тут сзади пришла волна поддержки от его товарищей по команде.

– Это насчет сви… – начал Без-бе.

Огромные створки начали раскрываться, и Хандинг буквально затолкала повианина на место.

– Позднее, – повторила она и поспешила занять свое место. Терри приложила к губам свой серебряный свисток, а когда створки окончательно раскрылись, она в него подула.

Повианские ряды немедленно замаршировали, стараясь как можно точнее насвистывать радостный мотив.

Вполне отчетливые повианские ахи разнеслись по зале, когда марширующие со свистом стали входить. Редер вроде как улыбнулся. Это мотив он всегда обожал. Коммандер даже начал мысленно напевать слова: «Не плачь, девчонка, пройдут дожди… солдат вернется – ты только жди…» А коллективный вздох он отнес на счет изумленного восторга перед достижениями команды Хандинг. Повиане маршировали просто потрясающе, и их ритмичное топанье производило сильнейшее впечатление.

Сидящая поблизости от Редера королева вдруг начала вставать со своего ложа. Медленно, величественно, подобно какому-то странному воздушному шару, она поднималась на ноги. В другом конце залы дама Систри тоже начала вставать.

«Ух ты! –подумал Питер.:–Прямо как король при исполнении оратории Генделя «Аллилуйя». Классное зрелище». Затем он повернулся к Coy-бесу и вдруг понял, что тот отчего-то посерел.

– С вами все в порядке? – спросил коммандер.

– Они свистят! – выдохнул Coy-бес. Грубые волоски по всему его хитиновому панцирю начали вставать дыбом от ужаса.

– Ну и что? – спросил Редер.

– Свист – это… это непристойное приглашение к совокуплению! – ответил повианин.

– Боже мой! – Редер бросился через залу, отчаянно стараясь привлечь внимание инструктора повианской команды. – Хандинг! – почти заорал он.

Девушка обернулась на оклик и увидела несущегося к ней коммандера. Лицо его оставалось совершенно невыразительным, но губы были так плотно сжаты, словно он тоже собрался вот-вот засвистать, а указательным пальцем Редер бешено пилил себе глотку. Терри мгновенно приложила к губам свисток и выдула сигнал перемены мотива. Затем, набрав на ручном пульте нужные кнопки, запустила воодушевляющий марш Джона Филипа Соузы.

Быстрый взгляд через плечо сказал Редеру о том, что королева и дама Систри уже оседают обратно на свои ложа. Вид у них был какой-то странный, словно бы слегка парализованный. Повиане по всей зале, включая клановых королев на экранах, имели схожую внешность.

«Будь оно все проклято», – успел подумать Питер, подбегая к Хандинг.