Венок Альянса (СИ) - "Allmark" - Страница 189

– Ну, об этом я уже немного в курсе…

– Второй, Андрес Колменарес, поинтереснее. Тоже ограниченно дееспособный, пять лет провёл в сумасшедшем доме, в прошлом из нелегалов - с пятнадцати лет скрывался от Пси-Корпуса, состоял, как говорят, в террористической группе, ответственной за взрыв гостиницы в Каракосе в 62 году, там останавливались корпусовские агитаторы перед съездом…

– Ну, уже теплее…

– С пропавшей девушкой пока сложно, дочь министра, информации в свободном доступе не так много, но ребята работают. Вторая девушка, которая Карнеску… Тоже ничего. Я даже удивлён, что существуют такие персонажи. Выросла в детском доме, о родне в свободном доступе ничего, мы работаем и над этим, но подозреваю, смысла с этого будет немного. Училась, потом работала, связей не то что преступных, вообще никаких, кажется, кроме учёбы и работы её ничего в жизни не интересовало. Характеристики отовсюду сдержанные - кажется, характер у мисс Карнеску тот ещё, но закон никогда не преступала. Серьёзно, даже лёгкую дурь не употребляла…

– Как знать, как раз людям с образцовой биографией иногда меньше всего причин доверять… Ну, далее?

– Август Филлмор… Оно, может, и опрометчиво так думать, но полагаю, ему попросту по возрасту уже не до авантюр. Ему 79 лет. Год назад перенёс операцию на сердце, непростой восстановительный период… В прошлом - коммерческий телепат, характеристики в основном очень хорошие - первый год в Корпусе провёл в лагере «меченых», после этого, видимо, старался вообще ничем не вызывать неудовольствия. Из родственников - только дальние среди нормалов, жена и сын погибли в 64, внучка умерла во время дракхианской эпидемии… В общем, думаю, нет, не наш клиент. Роберт Шеннон - в прошлом преподаватель математики в корпусовском интернате, в последние годы - школьный учитель, в характеристиках отмечена неуживчивость, склочность, два года назад привлекался за драку в общественном месте, впрочем, зачинщиком был не он. Первая семья погибла при попытке сбежать в подполье, вторая семья - во время теракта Земной Гвардии… Но проблем с законом не имел никогда, от Бюро о нём тоже характеристики хорошие.

– Добропорядочные корпусовские ребята, понятно…

– Ну, Сидней Ромм - не очень добропорядочный. Чтобы не сказать - совсем не… Удачливый карточный шулер, по мелочи ещё некоторые мошеннические дела, Корпус охотился за ним десять лет, по-моему, это рекорд в подобной категории. Несколько раз арестовывался полицией Земли и гвардией Центавра, службой безопасности космических станций. Сбегал каждый раз. Отсидел свою десятку уже после падения Корпуса, сел как раз перед дракхианской чумой, то есть, освободился как раз недавно. До чего ж удачливый чёрт…

– Ну, значит, не настолько удачливый, раз на сей раз не смог сбежать.

– А зачем? Во время чумы в тюрьме было безопаснее. Ну а потому как-то остепенился, что ли, увлёкся там музыкой, не поверите…

– Проверить, в общем, этого субъекта стоит как следует. С такой-то яркой биографией… Кто там ещё остался? За китайца, сколько помню, горячо ручалась его сокурсница…

– Да наверное даже, правильно ручалась. Мальчик то же, что и мисс Карнеску, из тех, кого ботаниками называют. Институт экстерном, аспирантура, невероятная куча олимпиад, начиная с младшей школы… И специализация - энтомология, это, то есть, ну вообще никак… Из знакомств вне сферы научных интересов только несколько друзей по корпусовскому интернату, тоже низкорейтинговых и увлечённых либо наукой, либо искусствами, из родственников осталась тётка, но они не общаются… Ну, по Блескоттам всё примерно как и сказала мисс Блескотт, у Хауэра из того, о чём умолчала жена - тяжёлая история с предыдущей семьёй, долгий бракоразводный процесс, суд, там чудом не дошло до криминала, но с нашей историей тоже никакой связи. Тяжелее-то всего с этими Викторами…

– Викторами?

– Ну да, Викторов Греев только в нужном возрастном диапазоне двадцать человек нашлось, это тех, кто по последним данным проживал на Земле, а не в колониях. Уж сразу бы Джон Смит… Ну, пока нашего среди них не нашли, видать, что-то ввели неверно, может, жил он не на Земле – на Марс мы запрос пока не посылали… Ну да, только на него и Сандерсонов нет биометрии, билеты без бронирования, только роспись… В некоторых кассах на Земле до сих пор удивительный бардак творится.

– Так… Что-то мне не нравится во всём этом… Куда это нас вынесло? Я не то чтоб эксперт по картам, конечно, но как-то это отличается от того, что мы сейчас должны видеть… Вот это, например, что за дрянь здесь? Ну, не газ, конечно, газовое облако… Ой, что это? Сигнал? Кто-то пытается выйти с нами на связь?

Аминтанир включил трансляцию.

– Это автоматический…

Сначала сигнал шёл на других языках, потом на земном.

– Вы пересекли границу запретной зоны, планета на карантине, биологическая угроза, просим немедленно повернуть назад…

Видимо, то же самое последовало ещё на нескольких языках.

– Карантин, биологическая угроза? Ого… Теперь я точно уверена, что нас вынесло не туда… Но как это получилось? Аминтанир, разворачиваемся!

– Мы не успеем, скорость слишком высока!

– Ты знаешь, что такое карантин по биологической угрозе? Если эта штука, которая нас засекла, не подобьёт нас сейчас – то точно собьёт, когда мы развернёмся от планеты! Ей как-то плевать, что мы на неё не садились, главное – приблизились!

– Я пытаюсь, Виргинне, но это то, что я не очень хорошо знаю в корабле… Они готовятся стрелять, да?

– Аминтанир, я знаю об этом корабле ещё меньше твоего, и тебе вот на такой скорости трудно маневрировать, а мне – сканировать эту штуку! Я вообще, знаешь, без году неделя у пульта, до тебя мне только Андрес… Ай!

Луч чиркнул по обшивке корабля вскользь – Аминтаниру всё же удалось совершить манёвр уклонения. Однако и этого хватило…

– Мы падаем! Падаем в атмосферу этой планеты!

– А вы почему не хотите сойти, Блескотт? Если лорканцы и в самом деле готовы доставить нас до Минбара… Чёрт их знает, конечно, таких кукукнутых, я вот лично им свою жалкую жизнь не доверю, но мало ли, вот Хауэр верит. Хауэр вообще, кажется, готов хоть с пак’ма‘ра лететь… У вас ведь там сестра. Она так беспокоится о вас…

– Да в этом и дело, Харроу, в этом и дело.

– Не понял?

Блескотт мрачно мял в пальцах последнюю сигарету. Как-то бросать курить у него в планах не было, но всё, кроме початой пачки, сгинуло с багажом, а путешествие затянулось, а в возможность купить сигареты на Лорке верилось немногим больше, чем в наличие там секс-шопов.

– Моя сестра… Она ведь мне сводная сестра, на 20 лет меня младше. Папаша на старости лет отчудил, женился на малолетке, кажется, она несовершеннолетняя даже была, студентка-младшекурсница… Я с нею и знаком-то не был, я работал тогда на Ио, семью навещал редко… Потом она исчезла. Вот просто исчезла и всё. Ну, я, конечно, полагал - сбежала, хватило с неё семейной жизни, дитё даже не пожалела… Папаша-то понятно, убивался, искать её пытался, чёрта с два его было убедить, что там любовью вселенской и не пахло… Крепко мы поругались тогда. Наталью я видел раза два, сперва работа-работа, потом война эта, потом снова работа, да и сам женился, развёлся, снова женился… В общем, когда спохватился семье письмо написать - узнал, что сестру в Корпус забрали, она телепаткой оказалась. Отца с горя сердечный приступ схватил… Я тогда в запой ушёл малость, но не об этом речь. И вот только когда Корпус медным тазом накрылся, мы с ней встретились. Точнее, она меня нашла… Уже развелась с навязанным там мужем, фамилию родную вернула… В общем, как бы это сказать? Ну какое такое понимание-то у меня есть, что она мне сестра? Ну, понимание-то как раз, умственное, есть. А внутри вот что-то не понимает. Не росли же вместе. Встретил уже взрослой женщиной, красавицей. А самое паршивое, что и у неё ведь что-то такое прорезаться стало. Я уже пять лет как во втором разводе, она, конечно, всё своего любимого вспоминает, но всё-таки сколько лет назад это было - она девчонка совсем была, и он пацан, с тех пор и погибнуть мог, и другую найти, что угодно… Но уж пусть она его найдёт, или другого кого встретит, поди, немало там неженатых… Не хочу я, чтоб она ещё, чего доброго, из-за меня осталась. Тогда уж у нас неровен час до греха дойдёт, на одной планете нам не жить лучше. Я и провожать её не хотел, да настояла же.