Фестиваль огней (СИ) - Штолле Галина Игоревна - Страница 191

Немое удивление.

— Я, пожалуй, сяду, — она опустилась на камень, переваривая сказанное.

А Дорреро продолжил:

— В тот вечер в русском корпусе работали три команды: Скарабеи, Полуночный рассвет и Соколы. Задачей русских было начало военных действий, чтобы они могли вмешаться и остановить войну. Задачей Скарабеев и Полуночников были саботажи и диверсии, чтобы можно было растянуть конфликт подольше. И каждая из команд была не в курсе о других двух. В такой момент в силу вступает неучтённый фактор и в любой момент всё могло пойти не так. Всё было очень зыбко и непредсказуемо. Но тут пришли вы. Прекрасная незнакомка в костюме греческой богини, неучтённая гостья, на которую отвлеклись Скарабеи и Полуночники. Сами того не замечая, вы помогли русским и предотвратили войну. Вы ведь этого хотели больше всего?

У Агнессы пропал дар речи. Но её шокированный взгляд был красноречивее любых слов.

— А теперь скажите, зачем вы пошли в русский корпус?

— Я…я просто знала, что должна там быть. Но почему, не могла себе объяснить. Я списала такое странное желание на беременность… — потрясённо ответила она.

— Пару дней назад был подписан мирный договор между Шиманти и Прескурвиком. Они поделили планету пополам.

— Рада это слышать, — ошарашенно произнесла Агнесса.

— К слову, конфликт на Джиоссе также пошёл на спад. И от третьего игрока — «Группы 47» Скарабеи и Полуноники камня на камне не оставили. В буквальном смысле.

Что-то в услышанном царапнуло Агнессу, и она странно посмотрела на Первого Оратора. Он истолковал это по-своему.

— Ещё я хотел бы отдать вам это, — он протянул ей круглую шкатулку, словно сплетённую из кружев. — Она принадлежала Бланш раньше.

Бросив недоумённый взгляд на Дорреро, Агнесса открыла крышку и вытащила ожерелье с пятью небольшими сосудами-каплями, переливавшимися перламутром на свету.

— Слёзы Митры, — пояснил Дорреро. — Нечто вроде живой воды. Если человек при смерти, нужно дать ему выпить или капнуть на рану. Здесь на каждого члена вашей семьи.

— Но нас трое! — возразила Агнесса. — Я, Кей и ребёнок. А здесь их пять!

— Вы меня спрашиваете? — развёл руками Дорреро.

Несколько драгоценных камней, самоцветов и молочно-белые кристаллы с непонятными письменами, фотографии. Фотографии? Агнесса вгляделась в изображение и узнала в пятилетней девочке себя.

— Она наблюдала за мной с рождения, — шокировано констатировала Агнесса.

— Наиглавнейшей задачей любого Оратора является вычислить переменный фактор, если он рождён, и вплести в цепь событий. Ей нужна была гарантия, что вы доживёте до нужных событий, — пауза. — А ещё вы были единственным человеком, которого она по-настоящему любила. Вы были для неё как дочь.

— Как вы сказали, у вас оказалась шкатулка? — вдруг поинтересовалась Агнесса.

Дорреро непонимающе посмотрел на Агнессу:

— Бланш принесла за день до покушения на вас и просила вам отдать.

— Получается, она знала, что умрёт? — осенено сделала вывод Агнесса.

— Но, если так… — ухватил её мысль Дорреро, — тогда события обретают совсем другой смысл! Значит, всё это время она не враждовала со мной. Она готовила себе преемника, чтобы я мог отражать нынешние удары судьбы и продвигать новую политику! — Дорррео не верил собственным выводам. Уж слишком дико они звучали. — Вы, Ристао, Троэлсен, я. Она окружила себя людьми, которые её ненавидели, потому что только так она могла воспитать в нас силу и способность не гнуться!

— Весьма сомнительный способ, скажем честно, — заметила Агнесса.

— Выходит, она и про вашего ребёнка проговорилась не в состоянии аффекта, а намеренно, — анализировал Дорреро дальше. — Только я не пойму, зачем? Мы, Ораторы и члены Верховного совета, не имеем права говорить о событии до того, как оно случится. Я правду про вас смог спокойно рассказать только потому, что нексус пройден и перемены закончились.

— Хотите сказать, что мой сын теперь не найдёт первоисточник?

— Нет, почему же? — ушёл в мысли Оратор. — Найдёт. Вероятность ещё очень велика. Но его будут искать и Бинар, и скрытые миры. Первоисточник — мечта всех в галактике.

— А ещё в курсе я, мой муж и ребёнку мы расскажем, — с готовностью заверила его Агнесса.

— Вот! — озарённо ткнул пальцем в её грудь Дорреро. — Да, он найдёт первоисточник! И потеряет. Потому что вы его предупредили! Ведь в случае нахождения первоисточника начнётся полномасштабная война за его обладание. И только ваш сын сможет её предотвратить! — он сделал паузу, чтобы отдышаться. — Бланш подарила нам ещё несколько спокойных тысячелетий и повернула историю в другое русло. Она знала, что делает.

Камеры за домом показала Шальке, и Кей с Агнессой ринулись к двери.

— Трибунал окончен. Я принёс его решение, — с этими словами тот протянул Кею синий конверт.

Кей разорвал его и вчитался в строки.

— Они меня прощают. Но мне три года запрещено появляться на Бинаре… Легко отделался.

— Приговор можно определить по цвету конверта? — удивлённо уточнила Агнесса.

— Да. Желтый — прощение, синий — изгнание, чёрный — смерть, — и обратился к Шальке. — Какой конверт у Гемини?

Шальке замолчал, боясь произнести. Кей схватил его за шиворот.

— Какой конверт у Гемини?

— Чёрный, — упавшим голосом произнёс тот.

— Гемини Найоклас Дербиш, вы приговариваетесь к смертной казни. Вы будете убиты как преступник, но похоронены как герой. Вам даётся несколько дней, чтобы закончить все дела. Ваше последнее желание?

— Я хочу увидеться с другом.

Гемини показался на пороге дома Кея и Агнессы на Фебере с большой корзиной.

— Гемини! — радостно бросилась к нему Агнесса, обняла и поцеловала в щёку. — Спасибо тебе большое.

— Не парься, — иронично отшутился он. — Вот подарок тебе от моей жены, — и вручил корзину Агнессе.

Сари, красивая ткань, приправы, драгоценности.

— Разве у тебя есть жена? — оторвавшись от всего этого великолепия, спросила Агнесса.

— Разумеется, нет, — заговорщицки подмигнул ей Гемини.

— Разумеется, — подмигнула ему в ответ Агнесса.

К нему подошёл Кей.

— Выйдем.

Они вышли на лужайку рядом с домом и Кей увидел человека, присматривающего за Гемини. Дневной кинул взгляд на друга и увидел, что тот был подавлен.

— Ты перешёл на дневной образ жизни? — начал разговор Гемини, словно ничего не происходит. — И как ощущения?

— На удивление, не так тяжёло, как я думал, — Кей оторвался от мрачных мыслей. — Ложусь я поздно, встаю часов в одиннадцать, днём сплю часа три. На языке землян я «недоделанная сова».

— Так ты сможешь больше общаться с Агнессой и ребёнком, когда тот родиться.

— Для начала помириться не помешало бы, — грустно заметил Кей. — Мы начинаем отношения с нуля! С полнейшей безысходности! — в его голосе сквозило отчаяние.

— Прости меня, — виновато опустил голову Гемини.

— Ты-то тут причём? — удивлённо посмотрел на него Кей.

— Твоя ссора была выгодна «Группе 47».

— Я вёл себя как кретин не из-за «Группы 47», так что расслабься.

Тяжёлое молчание. Сейчас Кей больше всего на свете хотел, чтобы его другу не грозила смертная казнь.

— Не думал я, что всё так закончится, — выдохнул Кей.

— Каждый из нас получил то, что заслуживает, — с улыбкой выдал Гемини. — Ты жену и прощение, а я… не могу же я вечно играть на обе стороны. Вот возьми, — он вытащил из кармана ожерелье из металлических квадратов с узорами. — Благодаря этому когда-нибудь на просторах Содружества потомки семьи Лиарават смогут узнать потомков Дербиша.

Кей принял его с удивлением и спрятал в карман, а Гемини пояснил:

— Приянка ждёт ребёнка. Срок — два месяца.

— Было бы здорово породниться, — вырвалось у Кея.

— Всё ещё впереди! — просиял Гемини. — Наши потомки всё устроят!

— Семья Лиарават в вечном долгу перед Дербишами, — серьёзно посмотрел на него Кей. — Я даже не знаю, как тебе этот долг отдавать.