Алекс Верус. Участь - Джэка Бенедикт - Страница 5

Но сегодня, пожалуй, был не мой день. Я не сумел прочитать ауру куба – я вообще ничегошеньки не смог. А это не поддавалось логическому объяснению, поскольку ауру Лоны я видел превосходно.

Лона сверкала чистым серебром, облачка прозрачного тумана постоянно отрывались от нее и улетали прочь, и на смену им тотчас же возникали новые. Серебристые частицы прилипали ко всему, к чему Лона прикасалась: ее рюкзачок и платок искрились ровным светом, а трава, на которой она сидела, переливалась самым замечательным образом.

А куб не излучал ровным счетом ничего. Он был подобен черной дыре.

Все магические предметы излучают энергию, и чем сильнее артефакт, тем ярче его аура. Вот почему мне пришлось просить Лону принести куб сюда – если бы я попробовал изучить его в магазине, я бы отвлекся на сотни других аур. Парк является природным оазисом, в каком-то смысле защитным кольцом, не пропускающим в себя посторонние энергии, поэтому я мог бы всецело сосредоточиться на артефакте. Можно создать магический предмет и специально сделать его «сигнатуру» минимальной, однако как бы тщательно ни разрабатывался этот самый объект, его аура все равно прорвется за любые границы. Единственный способ полностью скрыть магическую ауру состоит в том, чтобы делать это активно.

Что ж, куб оказался крепким орешком! Я поднял взгляд на Лону и заявил:

– Да, ты нашла нечто особенное.

– А что конкретно? – отозвалась Лона.

Покачав головой, я задумался.

– Расскажи поподробней, что случилось после того, как ты к нему прикоснулась?

– Искры внутри вспыхнули и засияли – но только на одно мгновение. А затем все прекратилось, – Лона хотела еще что-то добавить, но передумала.

– А было еще что-нибудь?

– Ну… всякая ерунда.

– Выкладывай.

– Мне почудилось, будто куб смотрит на меня. Даже когда я его убрала. Понимаю, звучит глупо.

Откинувшись на ствол бука, я уставился на кристалл.

Нет, все это мне совсем не нравилось.

– Алекс? – испугалась Лона. – Что с тобой?

– У нас намечаются крупные приятности.

– Почему?

Я ответил не сразу. Я уже несколько месяцев обучал Лону магии, но пока старательно избегал говорить о тех, кто ею пользуется. Лона хочет быть официально принята в мир магии, но шансы у нее крайне невелики. Наше сообщество основано на иерархии могущества: чем сильнее твоя магия, тем выше статус. Восприимчивые вроде Лоны в лучшем случае считаются гражданами второго сорта.

– Послушай, недаром лишь немногие маги заведуют магазинами, – наконец, начал я. – Маги не признают идею «мое – твое». Когда колдун видит магический артефакт, первая его реакция – присвоить предмет себе. Какую-нибудь мелочь можно легко спрятать, а вот серьезную штуковину схоронить нигде не получится. И Черный, и Белый маг, который прознает про кристалл, не поленится потратить время и выследить тебя, чтобы ее забрать. Уверяю тебя, церемониться с тобой он не станет. Одно только обладание могущественным предметом является опасным.

Лона прикусила губу.

– Но ты так не поступаешь, – произнесла она после паузы.

– Ты права, – со вздохом подтвердил я.

Лона посмотрела на меня и отвернулась: под деревом воцарилась тишина.

Проклятье Лоны заключается в магии шансов. Данный вид магии воздействует на везение, искривляет вероятность того, что какое-либо уникальное событие случается как раз в нужное – или в ненужное – время. Чары Лоны действуют в обе стороны. Она отгоняет невезение от себя и навлекает его на окружающих.

Но вообразите себе, что это еще далеко не все! Мне удалось выяснить, что первоначально чары были изобретены Черными магами в качестве защиты, а не проклятия, поскольку они максимально оберегали человека от нежелательных происшествий. Можно в час пик перебежать через оживленную магистраль, залезть в грозу на высокое дерево, расхаживать по полю боя среди рвущихся бомб и снарядов – и все без единой царапины.

Но несчастные случаи никуда не деваются – они перенаправляются на тех, кто в данный момент оказался рядом. Когда чары действуют постоянно, последствия оказываются поистине ужасающими. Чем больше сближается Лона с кем-нибудь, тем сильнее воздействует на ее свежеиспеченного приятеля ее проклятие. Она ни с кем не может жить в одном доме, ведь не пройдет и месяца, как бедолага угодит в автокатастрофу. Ей нельзя заводить домашних животных, поскольку питомцы сразу же скоропостижно умирают. А что уж тут говорить о друзьях!..

Если какой-нибудь парень останется рядом с Лоной на длительный срок, то последствия для него будут ужасными. А если Лона проникнется к потенциальному бойфенду искренними и теплыми чувствами, то трагедии точно не миновать! Причиненный ему вред будет смертоносным.

Однажды Лона призналась мне, что первый парень, с которым она поцеловалась, впал в кому.

Я долго изучал проклятье Лоны, пытаясь найти способ его взломать, но ничего не добился. Возможно, у меня бы хоть что-то получилось, если бы я обследовал ее более тщательно, но у нее и без того нелегкая жизнь. Не хватает еще, чтобы к ней относились как к подопытному кролику! Но…

– Лона!

– А?

– Есть кое-что…

Нечто едва уловимо прикоснулось к моей ауре, и я умолк. Я заглянул в будущее, и у меня внутри похолодело.

Лона озадаченно наблюдала за мной. Несомненно, она поняла – случилось что-то неладное, но не могла сказать, что именно.

– Алекс?

Я вскочил на ноги.

– Уходи!

Лона недоуменно встала.

– Куда?

– Нет времени! – Я был в отчаянии – у нас оставались считаные секунды. – Прячься за дерево! Быстро!

Лона помедлила, но через секунду юркнула за ствол.

– Не шевелись, – сказал я тихим настойчивым тоном. – Не издавай ни звука!

Я обернулся как раз в тот момент, когда из зарослей вышел мужчина.

Он был крепкого телосложения, с толстой шеей и здоровенными ручищами – сквозь складки его черного пальто проступали бугры накачанных мышц. Его можно было принять за вышибалу или за добродушного телохранителя – если только не всматриваться слишком пристально в его глаза.

– Верус, правильно? – произнес Черный маг, пристально глядя на меня. – Кажется, мы незнакомы.

Глава 2

Мы застыли на парковой лужайке. Ветер стих, птицы умолкли, почуяв опасность. Я придал своему лицу непроницаемое выражение, запретив себе выказывать даже намек на то тошнотворное чувство, которое накатывает, когда ты совершаешь по-настоящему серьезную ошибку.

Я ушел из магазина без магического оружия. Раньше я и подумать не мог о том, чтобы шагнуть за дверь без защиты, но долгие месяцы безопасности усыпили мою бдительность. Я напрочь забыл про осторожность.

А теперь мне предстояло заплатить за собственное легкомыслие.

Я стоял перед Черным магом, и если ему вздумается на меня напасть, от меня останется лишь уголек – в буквальном смысле. Пауза затянулась. Я лихорадочно старался заглянуть в будущее и увидеть то, что произойдет.

– Полагаю, нас не представили друг другу, – наконец промолвил я, стараясь говорить ровным тоном.

– Можешь называть меня Пепел.

Я выгнул брови.

– Тонко подмечено.

– Хочешь сострить?

– А тебе смешно?

Черный маг ухмыльнулся.

– Умник!

Я ничего не ответил, но, сканируя варианты будущего, ветвящиеся во временном потоке, я ощутил холодную дрожь. Наш диалог мог развиваться тысячью разных путей, в основном ведущих к тому, что Пепел набросится на меня, жестоко и без предупреждения.

И причиной схватки станет кристалл.

Я знал, что нельзя ни в коем случае выдавать свою тревогу. Красный куб мирно лежал на пледе в двух шагах позади меня. Когда Пепел заметит артефакт, он сделает все возможное, чтобы меня убить, а я понятия не имел почему.

Прямо сейчас все внимание Пепла было приковано ко мне, но спустя пару мгновений он переключится на кристалл. Мгновенно приняв решение, я неторопливо повернулся к Пеплу спиной, опустился на корточки и начал складывать плед.